Черный Маг Императора 16 (СИ)

Услышав вертолет, глава тайной канцелярии оживился и встал из-за стола.
— Максим, давай заканчивай со своим компотом поскорее, нам пора, — сказал он и кивнул Платону, который почтительно замер в нескольких метрах от нас.
— Василий Юрьевич, а можно еще один вопрос? — спросил я, взяв в руку стакан с компотом.
— Давай. Только один.
— Вы мне расскажете, о чем с Державиным разговаривали? — спросил я и опустошил стакан. — Вы же сказали вечером с ним разговаривать будете…
  
— Обязательно, — усмехнулся он и вновь посмотрел на часы. — Все что нужно ты услышишь. Только это уже случится поздним вечером, так что скорее всего в воскресенье наберу, или в понедельник.
Ладно, потерплю как-нибудь. День всего лишь, что тут осталось? С этой мыслью я подхватил свой чемоданчик с броней, которая на этот раз мне не пригодилась, схватил рюкзак, поблагодарил Платона за прекрасный прием и потопал вслед за Голицыным.
Глава тайной канцелярии быстро шагал в сторону вертолетной площадки, активно помогая себе тростью, а я старался не отставать от него и осматривался по сторонам в поисках Градовского. Призрак опять куда-то запропастился. Как бы он не опоздал на вертолет, а то потом будет долго до Белозерска добираться. Хорошо если вообще дорогу найдет…
Словно прочитав мою мысль, со стороны одной из дозорных вышек в нашу сторону метнулась ярко-зеленая молния, которая при ближайшем рассмотрении оказалась Петром Карловичем.
— Вспомнишь дурака… — проворчал Дориан.
— Так и думал, что это за тобой вертолет, хозяин! — радостно сообщил он, подлетев поближе. — Шмаков же улетел, вот я и подумал, что теперь твоя очередь.
Разумеется, я ему ничего не ответил.
— Я практически все здесь осмотрел! — продолжал делиться новостями Градовский. — Точнее сказать все, куда смог попасть. Здесь у некоторых зданий какие-то барьеры мощные, через которые даже я просочиться не смогу. Я вот тут подумал на досуге, а ты случайно призраков усиливать не умеешь? Чтобы они везде пролетать могли?
Вместо ответа я бросил на него красноречивый взгляд, который он считал вполне верно.
— Почему-то я так и думал… — сказал Петр Карлович. — Ну ладно, может быть, еще научишься, когда подрастешь немного. Ладно, я в вертолете вас подожду.
Вот засранец лысый! Когда подрасту, говорит! Ну не наглец?
* * *
На этот раз Родина в вертолете не было. Видимо, Голицын опасался, что со мной может что-нибудь случиться до того, как мы попадем на базу «Волга». Однако совсем без охраны не обошлось. В кабине вертолета сидела пара мрачных ребят, которые там явно находились не просто так.
Первым делом мы полетели в Москву, чтобы высадить Василия Юрьевича. Наскоро попрощавшись со мной, он выскочил из вертолета со скоростью пули. Забрался в машину, которая дожидалась его около вертолетной площадки, и как только за Драконом захлопнулась дверь, она тут же рванула с места.
Спешит глава тайной канцелярии… Видимо не терпится ему побеседовать с Державиным, а может быть, даже и лично к нему в гости наведаться. Вряд ли он мне за столом всю правду скажет о своих планах. Ну ничего, если не обманул, то скоро я и сам обо всем узнаю.
На обратном пути в Белозерск, я, как обычно, хотел завалиться спать, но в этот раз сон ко мне никак не шел. Поэтому я переписывался с Нарышкиным, который уже был там. Я же отменил наш запланированный завтрашний поход в Приозерное, поэтому княжич спрашивал, не изменилось ли чего?
Нет, не изменилось. Домой я попаду неизвестно во сколько, а идти в гости к троллю как следует не отдохнув, это будет с моей стороны крайне глупо. Лучше, как и планировали, перенесем это мероприятие на потом, а завтра, как обычно, поедем в школу, чтобы нормально подготовиться к понедельнику — первому учебному дню после каникул.
Правда перед этим у меня кое-какие планы все же были. Если у Полины все получилось как нужно, то завтра было бы неплохо забрать у нее подарок к Лешкиному совершеннолетию. То-то он обрадуется!
Ну а еще я хотел созвониться с Жемчужниковым по важному секретному делу. Пришло время заказать семена для моих будущих растений, которые я намеревался выращивать в Берлоге. В последний раз, когда я в ней был, клумбы уже полностью были наполнены землей, так что нечего больше откладывать.
Семена для обычных компонентов я и сам запросто достану. Даже самые дорогие из них с некоторых пор для меня не проблема, а вот что касается запрещенных растений… Здесь без помощи дяди Игната никак не обойтись. Пока для меня это был самый надежный способ из всех, которые я знал. Не просить же семена у Щекина?
Жемчужников лишних вопросов задавать не будет. Барон мне нравился тем, что не считал нас с Лешкой оболтусами, которые только и думают о том, чтобы поскорее свести счеты с собственной жизнью. Поэтому на наши просьбы реагирует нормально. Если, конечно, сам не считает их опасными для нашего здоровья…
Дома я оказался около полуночи. Какой-то день бесконечный выдался. Едва я вошел в дом, меня встретил дед, который, разумеется, не ложился спать и дожидался моего приезда. Я ему еще перед вылетом с базы «Волга» отправил сообщение, что буду вечером дома. С учетом того, что по пути мы еще залетели в Москву, получилось не совсем вечером, но что это меняло?
Первым делом я спросил у него как дела у Софьи и что изменилось со вчерашнего вечера? Оказалось, что практически ничего. По большей мере она все время спала. Просыпалась лишь на несколько часов. Поела, немного поговорила с дедом, приняла дозу Эликсира Жизни, а затем вновь легла спать.
Во всяком случае, если Воронова не обманывала деда, то в этот раз приступ был намного слабее, чем обычно. Не то чтобы у нее совсем не было болей, но сейчас они были не такими сильными. По крайней мере, она могла спокойно спать.
Я зашел к ней в комнату на минутку, чтобы проведать и посмотреть, как она там. Убедился, что девушка спокойно себе сопит, на обратном пути разогнал котов, которые затеяли ночные гонки по коридору второго этажа, а затем мы с дедом сели ужинать.
Сегодняшний субботний вечер выдался не особо праздничным. Совсем не таким, каким он должен был быть. Да и какой это вечер? Скорее ночь. Тишину в доме время от времени нарушали лишь коты, которые почему-то сходили с ума в основном по ночам, а днем предпочитали дрыхнуть в каком-нибудь укромном уголке. Точнее дрых только Пират, а Фауст просто делал вид. Наглая некрокошачья морда…
Мы с дедом старались особо не шуметь, лопали заботливо приготовленную им курицу и разговаривали. Точнее сказать, это я делился последними новостями, а он молча слушал, нахмурив брови.
— Будет хорошо, если проблема только в Державиных, и дело лишь в мести вам с Нарышкиным, — сказал он, после того как я закончил. — Думаю Голицын быстро решит эту проблему, а вам с Лешкой это послужит хорошим уроком.
— Ты о чем сейчас говоришь? — спросил я и принялся за десерт, в качестве которого сегодня был мой любимый шоколадный торт с вишнями. Дед всегда его покупал в такие вечера, когда мы в последний день каникул устраивали праздничный ужин.
— О том, что всегда нужно думать о последствиях, когда что-то делаете, — сказал он. — Ты об этом Державине и думать забыл, а вот он о вас помнил.
— По-твоему, нам не нужно было трогать этого живодера? — удивленно спросил я.
— Я сейчас не об этом, Максим. Конечно, нужно было, об этом и речи быть не может, — отмахнулся он. — Вы с Нарышкиным все сделали правильно и не могли поступить по-другому. Я говорю тебе о том, что всегда нужно помнить о своих врагах, внучек. О врагах, об их сильных сторонах, а также о том, что они в любой момент могут дать знать о себе. Как правило, это будет происходить в те самые моменты, когда ты этого меньше всего ждешь.
  
Дед замолчал и тоже положил себе кусочек тортика.
— Дядя Игнат говорит, что врагов вообще желательно не оставлять в живых и убивать на месте, как тараканов, — улыбнулся я, вспомнив слова Жемчужникова. — Барон считает, что рано или поздно они обязательно станут источником новых проблем.