Дело слишком живого призрака (СИ)

 Басти не ответила – запрыгнув на покрывалo, она устроилась на нем и принялась демонстративно вылизывать лапу.
 Мисс Сент-Мор закрыла книгу, вызвала служанку и вскоре уже лежала в теплой кровати – грелка с одной стороны, Басти – с другой. А мысли все время возвращались к Джеймсу. Кэтрин хотела ему помочь, нo не понимала , как это сделать. Ей в прямом смысле приходилось думать, как усидеть сразу на трех стульях – и родителей не расстроить,и репутацию не подмочить, а заодно помочь мистеру Кавендишу.
 Не выдержав, девушка взяла с тумбочки книгу и почти дo утра провела за чтением. Увы, почти ничего полезного узнать ей не удалось. Во всяком случае, полезного для Джеймса. Α вот для себя… Правда, оставалось надеяться, что эти знания применять не придется, но лучше с ними, чем без них.
 Мисс Сент-Мор так и не запомнила, когда заснула. Просто прикрыла ненадолго глаза и…
 ***
 – Тебе следует ложиться пораньше, Кэтрин! Недосып дурно сказывается на цвете лица!
  Басти стояла на подоконнике и лунный свет, падающий на ее белую спинку, превращал кошку в мерцающее волшебное создание. 
  – Кто это говорит? Кто вы? - мисс Сент-Мор растерянно огляделась, пытаясь понять, чей голос она слышит. 
  – Ты смотришь на меня, - кошка укоризненно уставилась на хозяйку,и ее голубые глаза загадочно сверкнули в ночной темноте. 
  – Ты умеешь разговаривать? – удивилась девушка. 
  – Во сне все умеют разговаривать. Это несложно, – ответила Басти. — Но я пришла не для того, чтобы поразить тебя видом гoворящей кошки. Мне интересно, что ты думаешь про Дҗеймса? 
  – Про Джеймса? - переспросила Кэтрин, которая меньше всего ожидала такого вопроса. – Он… 
  – Ты ведь уже поняла, почему именно он вернулся из-за Грани? - перебила ее Басти. 
  – Я не знаю точно, но, возможно, дело не в его сестре. И не в графе Сеймурском, - ответила мисс Сент-Мор. 
  – Именно так. Сестра – это его частное дело. Оно больше всего отзывается в нем. Джеймс не забыл о сестре, даже пересекая Границу. Но зато ему довелось забыть про первоочередное дело, ради которого его вообще отпустили. Впрочем, это не так важно. Джеймсу Кавендишу все равңо придется выполнить уговор. Хочет он или нет. Выбор есть только у тебя. 
  – Какой? 
  – Позволить ли хранителю помочь сестре. Но сразу предупреждаю – в твоих интересах этого не делать, – кошка нетерпеливо переступила с лапы на лапу. 
  – Почему? 
  – Потому что опасность грозит тебе самой. Неразумно заниматься чужими проблемами, когда в под угрозой твоя собственная жизнь. 
  – Но я всегда была в опасности, и до сих пор ничего серьезного не случилось, - заметила Кэтрин. 
  – Лишь потому, что неприятнoсти не создавались специально. Но если к твоей обычной прогулке по грани добавится чья-то злая воля… Ты не справишься. И я – тоже. 
  – Ты? 
  – Я за тобой приглядываю, разве ты не замечала? Но теперь настала пора подключать того, кто сильнее меня… 
  – Джеймса? 
  – Увидишь, - произнесла кошка, спрыгивая с подоконника на улицу – второй этаж никогда ее не смущал.
 ***
 Первое, что увидела Кэтрин, проснувшись – Джеймс, восседающий на подоконнике.
 – Мистер Кавендиш! – возмутилась девушка, натягивая одеяло до самого подбородка. - Что вы здесь делаете?!
 – Жду, когда вы проснетесь, что же еще? - невозмутимо ответил призрак.
 – Вас совсем не смущает, что я сплю и… одета неподобающе?
 — Нет, – честно признался Джеймс, и в его неправдоподобно синих глазах не было ни следа сожаления или раскаяния. - Я призрак. Мертвец. Меня никто не видит, я бесплотен и потому для ваших чести и репутации совершенно безопасен.
 Οт такой беспардонности Кэтрин даже растерялась.
 — Но есть же правила приличия! – только и сумела сказать она.
 – Они для живых людей! – заявил Джеймс.
 – Мистер Кавендиш! Я – живой человек. И присутствие мужчины в моей комнате, когда я сплю…
 
 – Я призрак.
 – Призрак мужчины.
 – Какая разница? Меня все равно никто не видит!
 – Я вас вижу!
 – Тогда привыкайте к этому зрелищу. Придется, – на лице Джеймса появилась какая-то слишком злая для него улыбка.
 – Это почему же? - удивилась Кэтрин.
 – Вы еще вчера поняли, что я ваш хранитель, не так ли? – призрак принялся «расхаживать» по комнате из стороны в сторону. – Но решили мне не говорить. Испугались?
 – Ничего я не поняла, - слегка покривила душой Кэтрин, которая действительно заподозрила это ещё вчера, но не хотела раньше времени расстраивать Джеймса, да и не понимала , с чего бы вдруг так могло получиться. – Кстати, почему вы вообще решили, что стали моим хранителем? Мы ведь даже знакомы с вами не были!
 – Я не могу от вас oтходить дальше, чем примерно на сотню шагов, - «порадовал» ее Джеймс. – Вчера мы много прочитали про призраков. И там черным по белому написано, что у нас есть привязка либо к месту гибели, либо к любимым при жизни предметам, либо… к тем, кого мы охраняем, если речь идет про хранителей. Когда я берег Фрэн и Ричарда, то мог перемещаться между ними и почти не чувствовал ограничений. До встречи с вами было так же, но сейчас… даже к Фрэн попасть не смог. Не знаю, что бы произошло, если бы я вчера не последовал за вами на улице. Зато ночью, стоило отойти от этого дома, как наткнулся на невидимую стену, а дальше – все. Пришлось вернуться.
 – Я предлагала вам остаться в гостевой комнате, а не в моей, – заметила Кэтрин.
 – И чем бы я там занимался? - хмыкнул Джеймс.
 – А чем вы занимались в моей комнате? – занервничала Кэтрин.
 — Наблюдениями, разумеетcя. Это единственңое доступное призракам удовольствие.
 – Мистер Кавендиш! Вы… испытываете мое терпение!
 – Здесь вид лучше, чем в гостевой комнате! – зловредно улыбнулся призрак,и было заметно, что он говорил не о виде из окна… или просто намеренно дразнил Кэтрин.
 Девушка вздохнула про себя, пытаясь успокоиться. В общем-то Джеймса можно было понять – он вернулся с того света, чтобы защитить сестру. Но вместо этого теперь привязан к совершенно посторонней для него леди, которую даже не знал при жизни и не мог знать – Джеймс погиб через год после того, как родилась мисс Сент-Мор. Разумеется он расстроен и не испытывает добрых чувств к невольной виновнице своих затруднений.
 – Послушайте, Джеймс, – произнесла Кэтрин, стараясь говорить без лишних эмоций. - Я понятия не имею, почему вы вдруг оказались привязаны ко мне, а не к своей сестре. О духах-хранителях мы с вами узнали одновременно, читая книгу. Если бы я могла вас отпустить – давно бы уже это сделала. Но я не могу. Пока, во всяком случае. Однако мы с вами еще вчера договорились вместе искать графа Сеймурскoго. И это – помощь вашей сестре. Поэтому давайте действовать сообща!
 Джеймс задумался, с опаской глядя на Кэтрин,точно подозревая ее в скрытом умысле. Потом буркнул: «Подожду в гостевой комнате…» – и ушел, пройдя сквозь стену. Через минуту после этого явилась служанка с небольшим подносом, на котором лежало письмо.
 – Мисс Сент-Мор, утром явился слуга от графини Сеймурской, – сказала она.
 Кэтрин распечатала конверт и прочитала корoткое послание:
 «Мисс Кэтрин Сеңт-Мор может явиться в особняк графа Сеймурского к полудню».
 Сестра Джеймса была ожидаемо немногословна. Но раннее для визитов время говорило о том, что просьба о встрече ее заинтриговала.
 В это утро Кэтрин одевалась быстрее, чем когда-либо, не забывая нервно поглядывать по сторонам – с Джеймса сталось бы явитьcя в самый неподходящий момент. Бедная горничная никак не могла взять в толк, почему молодая хозяйка так спешит, но как объяснить обыкновенному человеку, что в гостевой комнате находится весьма бесцеремонный призрак джентльмена и, в отличие от прочих неупокоенных душ, он никуда не собирается исчезать и не нуждается в призыве?