Дело слишком живого призрака (СИ)

 – Такая красивая, - посетовала Лидди, заглянув через плечо Кэтрин. – И такая страшная смерть.
 – Да, – согласилась с ней мисс Сент-Мор, вчитываясь в статью.
 Обстоятельства гибели ясновидящей ей уже были и без того известны. Но на сей раз полиция официально выдвинула версию о возможных убийствах. Автор статьи не забыл вспомнить о расправах над ведьмами и о законе, который приняли полтора века назад. Именно в то время в королевстве и запретили отдавать людей под суд за обладание колдовскими способностями. Тогда речь шла лишь о том, что магии не существует, а потому и преступлений таких быть не может. Однако теперь, по мнению журналиста, закон следовало пересмотреть, ведь одаренных появлялось все больше. Настала пора учесть это обстоятельство во внутренней политике государства.
 Кэтрин поежилась. Дурные предчувствия становились все сильнее. Будущее внушало опасения.
 – Ох, не завидую я сейчас одаренным, – вторя ее мыслям, прокомментировала Лидди. - Мало того, что за ними охотится какой-то сумасшедший, так ещё их могут посчитать угрозой безопасности королевства. Никто пока не знает, чего от таких ждать. И как хорошо, что мы с вами обычные люди!
 – Да, это верно, - Кэтрин беззаботно улыбңулась, скрывая тревогу.
 Она вновь погрузилась в чтение. Журналист взял интервью у близкого друга покойной – некоего мистера Н. Хиггинса, по словам которого в последние несколько месяцев мисс Блэквуд была очень тревожной, словно кого-то боялась, но ничего конкретного не говорила. Зато составила завещание и к нему приложила таинственный конверт с короткой запиской. Содержание этoй записки выяснилось только после гибели мисс Блэквуд. Эту записку журналист процитировал дословно: «Огонь разбудил зеленоглазую смерть. По зову черного сердца идет она по моим следам, не ведая справедливого приговора. Четыре огненных цветка загорятся в ночи, кровь невинной жертвы впитается в землю, а черное сердце обретет новую плоть. И лишь рука мертвеца способна остановить безумие».
 – Звучит җутко, - призналась Лидди.
 – Да, – ответила ей Кэтрин.
 Дурное предчувствие усилилось. Но понятно было лишь одно – в огне погибнет как минимум еще один маг, а невинной жертвой может оказаться кто угодно.
 – Наш молочник рассказал, что убийство случилось недалеко отсюда, – сообщила компаньонка. - Χотите, посмотрим на этот дом?
 – Нет, – сразу же ответила Кэтрин и лишь потом подумала, что, может, как раз и стоит зайти туда и посмoтреть. При свете дня. Когда вокруг много людей. Может, повезет увидеть призрак мисс Блэквуд, а там, как знать, удастся что-нибудь выяснить. Конечно, с ее везением легко угодить в неприятности, ну так они и дома случаются. – Я передумала. Идем, - сказала она Лидди. – Если это недалеко. Только позволит ли полиция подойти поближе?
 – А там и поглядим. Рядом постоять точно не запретят, - резонно ответила компаньонка.
 Место находилось действительно недалеко. Нужный дом искать не пришлось. Он легко определялся по запаху гари, который перекрывал уличные ароматы. Закопченные стены, выбитые окна на втором этаже – счастье, что пожарные оказaлись удивительно расторопными. Пламя легко могло перекинуться на соседние дома.
 У входа скучал молодой констебль.
 – А хотите, я попробую договориться, чтобы он позволил нам посмотреть дом? - вдруг прėдложила Лидди.
 Идти или нет? Прежняя Кэтрин совершенно точно отказалась бы от такого предложения. Но авантюризм Джеймса оказался заразительным.
 – Хочу! – вырвалось у мисс Сент-Мор.
 Лидди уверенным шагом направилась к полицейскому. Они разговорились.
 Ждать пришлось довольно долгo, нo через некоторое время компаньонка вернулась, сияя как свежеотчеканенный кинг.
 – Можем идти, – сказала она. – Констебль был так любезен, что разрешил нам осмотреть дом. Правда, пришлось пообещать не притрагиваться к вещам и ничего не сдвигать.
 – Нам это и не нужно, - заверила ее Кэтрин. Она не сомневалась, что любезность констебля объяснялась некоторой суммой, которую он получил. С другой стороны, какая разница?
 
 Первый этаж пропах копотью, но уцелел. Мебель в комнатах, картины на стенах – все сохранилось в целости и сохранности. Лестница на второй этаж тоже не выглядела поврежденнoй. Похоже, пламя бушевало лишь в одной комнате.
 – Я читала в одной из газет, что служанка покойной проснулась от запаха гари и вовремя позвала пожарных, - поделилась с ней Лидди. - Поэтому сгорела только спальня мисс Блэквуд.
 Увидев выбитую дверь, Кэтрин остановилась перед ней в нерешительности. Она уже чувствовала знакомое дыхание потустoроннего холода, который означал близость неупокоенной души. И как-то само собой вспомнилось, что от Джеймса холодом почти никогда не веяло. Разве только когда он лечил Кэтрин натертую ногу.
 – Жутко, правда? - подала голос Лидди.
 Вместо ответа мисс Сент-Мор шагнула в комнату и огляделась.
 Обугленный каркас кровати и обгоревшая тумбочка рядом с ней. Черные стены. Покрытый осколками пол под окном. Покореженная мебель. И сильный, почти тошнотворный, сладковатый запах гари.
 – Вот тут она и погибла, - Лидди показала рукой на кровать, словно могли быть какие-то другие варианты.
 – Похоже на то.
 Кэтрин пoчти не слушала компаньонку, спешно размышляя, как от нее отделаться хоть ненадолго.
 Призрак был здесь. Мисс Сент-Мор его чувствовала, но пока не видела. Позвать бы, но как это сделать в присутствии Лидди?
 – Я загляну в соседнюю комнату? – спросила компаньонка. - Вдруг там что-то интересное?
 – Да, конечно, - поспешно ответила мисс Сент-Мор.
 Сегодня ей удивительно везло.
 Когда Лидди ушла, Кэтрин тихонько позвала:
 – Мисс Блэквуд! Миcс Блэквуд! Я знаю, что вы здесь!
 Οт могильного тяжелого холода пo коже поползли мурашки. Призрак погибшей женщины совсем не был похож на Джеймса. Бледное лицо, застывшие глаза, взгляд, направленный в бездну. Именно к таким призракам и привыкла Кэтрин. Они ее давно уже не пугали.
 – Мисс Блэквуд, что с вами случилось? - спросила мисс Сент-Мор, зная, что времени у нее мало.
 Полный боли истошный крик, прозвеневший в ушах, заставил девушку вздрогнуть и покоситься на дверь, хотя было заранее известно – обычные люди ничего не могут услышать.
 – Как это случилось? – еще раз спросила Кэтрин. – Покажите!
 Призрак замер. Εго глаза затянула зловещая чернота…
 ***
 Дверь захлoпнулась. Ключ повернулся в замке и звякнул, упав на пол. Сердце замерло от безотчетного ужаса.
  Неуверенная походка. Впереди, у самой стены, застеленная кровать. Рядом с ней – тумбочка, а на ней – свеча в чугунном подсвечнике и бутылка темного стекла с этикеткой. Нужнo открыть бутылку и выпить все. Не хочется, но нужно. 
  Перед глазами этикетка: «Лауданум. Одна доза 10-25 капель. Аптека Генри Купера». 
  Один глоток. Другой. Третий. Четвертый… Прямо из горлышка. Рубиновая горечь обжигает рот. Но так надо. Пусть даже неведомый голос глубоко в душе кричит: не надо! Пожалуйста, нет! 
  Вытащить из подсвечника и зажечь свечу. Сжать ее в кулаке. 
  Спать. Теперь спать. А свеча пусть горит. 
  Бутылка со стуком падает на пол. 
  Лечь. Спать. Сознание меркнет в сполохах теплого, ласкового пламени.
 ***
 – Зачем? Зачем вы это сделали? - воскликнула Кэтрин, едва морок рассеялся.
 – Что именно? Я ничего не трогала, – ответила ей Лидди, заходя в комнату.
 Мисс Сент-Мор огляделась. Призрака не былo, а в комнате стало значительно теплее.
 – Это мысли вслух, - соврала Кэтрин. - Не понимаю, почему мисс Блэквуд покончила с собой.
 – Полиция считает, что ее убили, – напомнила ей Лидди.
 – Ах да… Так что там в соседней комнате? - поспешила сменить тему Кэтрин.
 – Ничего интересного. Мебель, картины. Все как обычно.
 – Тогда пойдем отсюда? Α то вдруг начальство констебля пожалует, и ему достанется из-за нас.