Дело слишком живого призрака (СИ)

 Даже если бы граф пришел в оперу в розовом фраке и с канареечной бабочкой, это произвело бы меньший эффект на родителей Кэтрин.
 – Какое счастье! Кажется, нам больше не придется терпеть вашего напыщенного петуха! – заявил Джеймс в наступившей зловещей тишине, и какoе счастье, что услышала его только мисс Сент-Мор.
 – Отчего же, граф, вы скрывали ото всех такой бриллиант? – cпросила миссис Сент-Мор, глядя на невесту Уинчестера застывшим взглядом болотной гадюки.
 – Мисс Буш только утром приехала в Ландерин и еще не освоилась, - ответил граф. - Я не считал возможным уведомлять о ее существовании высший свет,и без того взбудораженный моим появлением. Вы ведь знаете – титул и состояние обрушились на меня внезапно. В списке наследования я был так далеко, что и мыслей никаких не имел о подобной возможности. И все изменилось в одночасье. Поэтому… надеюсь на вашу скромность, - он со значением посмотрел на собравшихся. – Разумеется, вскоре про Арлин все узнают, но пусть это случится немного позже.
 – Оказаться невестой графа Уинчестера было очень волнительно, - подала голос мисс Буш. - Я еще не освоилась в новом статусе.
 Миссис Сент-Мор прожигала бедняжку Арлин такими презрительными взглядами, что Кэтрин стало неловко за свою родительницу. И было заранее известно, чего ждать дома. Мать наверняка не замедлит пройтись по возрасту мисс Буш, которой, было уже около тридцати лет – типичная старая дева и не так важно, что своего очарования она не утратила. Потом, конечно же, последуют домыслы, мол, мистер Квинси наверняка хотел на ней жениться из-за приданого, но теперь, получив титул и состояние, он найдет партию помоложе и покраше. Дальше круг замкнется на идее все-таки выдать за него Кэтрин. И никто не услышит возражений. А меж тем, по мнению мисс Сент-Мор, человек, способный бросить невесту только из-за того, что она уже не столь юна, точно так же бросит и жену, когда ее красота со временем поблекнет. Такой учаcти Кэтрин себе не хотела. Но как объяснить родителям? Особенно маме, которой просто необходимо найти для единственной дочери самого выгодного жениха.
 – Что-то мне подсказывает – невеста и ее матушка нагрянули к нашему красавцу внезапно и незадолго до нас, - влез Джеймс. – Смотрите, как у него глаза бегают, а ещё он уҗе во второй раз дергает воротничок. Похоже, этот петух собирался распушить перед вами хвост, а тут такая незадача. Вам повезло, Кэтрин!
 – В чем? - не выдержала мисс Сент-Мор.
 – Вы поняли, что я был прав до того, как увлеклись этим пустозвоном.
 – И не думала даже увлекаться… – прошипела Кэтрин.
 – Что вы сказали? - тут же повернулась к ней мисс Буш.
 – Я очень увлекаюсь оперой, – мисс Сент-Мор бросила злой взгляд на Джеймса. - Не могу дождаться, когда начнется представление.
 – Я тоже весь в нетерпении, - подал голос призрак. - Понятия не имею, что сегодня дают на сцене, зато в этой ложе представление уже началось и притом крайне увлекательное.
 Кэтрин сполна убедилась в правоте Дҗеймса. Не мог граф Уинчестер по своей воле создать такую кошмарную обстановку. Мать Кэтрин постоянно искала повод незаметно уязвить невесту графа. То восхищалась тем, что для ее возраста она выглядит очень свежо, то прėвозносила ее скромность : «…на вашем месте любая возгордилась бы, но вы так правильно смотрите на вещи… в любом положении нужно помнить – рано или поздно все может измениться и часто – к худшему,и что тогда?..» Дальше шли разглагольствования про общество и отношение к гордецам, «свергнутым с пьедестала».
 Впрочем, мисcис и мисс Буш тоже не молчали. С самым благожелательным видом они говорили гадости в ответ, не забывая отметить «как сложно девушке без большого приданого найти подходящую партию», «большая часть бедняжек наверняка останется старыми девами, если им не повезет встретить кого-нибудь из военных в невысоком звании или священников. Да, они редко бывают богаты, но здесь уж выбирать не приходится. Уверены, ваша Кэтрин так хороша, что наверняка привлечет внимание какого-нибудь лейтенанта».
 
 Вместе с остальными леди мисс Сент-Мор сидела на первом ряду. Οна старалась не участвовать в беседе и лишь несколько раз поворачивалась назад, что бы посмотреть на мужчин. Граф выглядел бледно и его вынужденные улыбки бoльше напоминали оскал мертвеца. Отец благожелательно говорил о погоде, но эта тема уже давно себя исчерпала,и «чудесные солнечные дни с прогулками в Королевском парке» по пятому разу звучали зловеще.
 – Кэтрин, может, сбежим? - предложил Джеймс, который для удобства сидел в ногах у девушки и развлекал ее беседой. – Я, конечно, всеми силами буду вас защищать, но тут вот-вот разыграется финал драмы «Денежный мешок,или Этот петух – мой». Зрелище нас ждет эпичное, но небезопасное. Здесь целых три дамы, не считая вас. Вцепятся друг другу в волосы, начнут царапаться, как дикие кошки…
 – У вас большой опыт участия в подобных зрелищах? - шепотом спросила Кэтрин.
 – Было пару раз. Когда Фрэн в Даргфорде училась . Студенты, сами знаете…
 – Не знаю. Я не училась в Даргфорде.
 У Кэтрин в голове множились вопросы, но не задавать же иx здесь . Фантазия подбрасывала небывалое зрелище леди Сеймурской, которая участвует в женской драке и треплет за волосы других девушек. Да еще и где-нибудь в трактире. Женщин в Даргфорде и сейчас совсем мало, а несколько лет назад они и вовсе отсутствовали. Наверное, леди Сеймурская там одна такая и была. Значит, ссоры случались за пределами университета. Ужас какой. Интересно, из-за чего или кого сестра Джеймса опустилась до женской драки?
 – Нет! – чудом понял ее мысли Джеймс. – Она не дралась. Дрались за нее.
 Кэтрин потрясла головой. Фантасмагорическое зрелище женской драки в ее воображении стало еще более бредовым.
 – И все-то вы не так понимаете, – укоризненно посмотрел на нее Джеймс.
 – А вы уже мысли мои читать научились?
 – Да зачем мысли? У вас все на лице написано.
 – И часто вы так сама с собой беседуете? – раздался язвительный голос мисс Буш. - Что на это говорит ваш семейный доктор?
 – Семейный доктор категорически не советует мне оказываться в среде враждебно настроенных людей, но если уж так случилось, то лучше поговорить с самой собой, чем обмениваться колкостями с окружающими, - не растерялась Кэтрин. - Избыток желчи вредит здоровью и плохо влияет на цвет лица.
 Джеймс принялся аплодировать. Конечно, бесшумно, но мисс Сент-Мор видела, как он изображает хлопки руками.
 – А из вас точно выйдет толк! – сообщил он Кэтрин с таким радостным видом, будто ему сделали подарок. – Все-таки давайте отсюда сбежим? Сделайте вид, что вам душно. И идем гулять. Обещаю проследить, чтоб вас никто не обидел.
 Кэтрин только вздохнула. Сбежать и впрямь хотелось. Дамская охота за графом Уинчестером нервировала. Мисс Сент-Мор не прельщали ни его деньги, ни титул, ни он сам. Но сбежать из оперы в вечернем наряде… Джеймс был cлишком уверен в своих силах, а вот Кэтрин сомневалась, сможет ли он ее защитить на самом деле. Да и как потом оправдываться перед родителями. Это же форменный скандал!
 К счастью, вскоре началось представление,и все замолчали. Кэтрин с облегчением выдохнула. Внимание собравшихся теперь было обращено на сцену… за исключением мистера Сент-Мора, который заснул тотчас, как погас свет. Но прошло всего-то минут двадцать, как кто-то, а точнее сам граф – больше некому – незаметно для других вложил в руку Кэтрин записку.
 Девушка раскрыла ее, стараясь не привлекать внимания.
 «Нам нужно поговорить, - было написано карандашом. – Когда начнется второй акт, подождите двадцать минут, а пoсле сделайте вид, будто вам душно и выйдите в фойе. Встретимся на третьем этаже рядом с попугаями».
 – Вот ведь мерзавец! Он украл мою идею! – возмутился Джеймс, увидев совет графа, как выйти из ложи.
 Кэтрин подумала , что общими стараниями ей скоро действительно станет душно. И притворяться не придется. Теперь бы решить, идти или нет?