Руины (ЛП)

Название: «Руины»
Автор: Джиллиан Элиза Уэст
Серия: «Инфернис»
Книга: 1
За друзей, которых больше нет, и горе,
которое никогда не отпускает.
  
ГЛАВА 1
Оралия
Сколько себя помню, я не забывала о маме.
Порой, в мгновения между сном и явью, я будто видела ее нежное, улыбающееся лицо. Но образ был неуловим, словно струйки вьющегося дыма. И с приходом света, когда тьма отступала все дальше, я понимала, что не могу удержать ее образ, как не могла бы удержать туман. Ощущение ее материнской ласки, каждый раз растворялось в утреннем солнце.
— Здравствуй, друг, — пробормотала я, идя по территории и глядя вверх на широкий дуб, на котором сидел большой черный ворон.
Ворон не обратил внимание ни на мое приветствие, ни на мое присутствие. Но он был там. Как и всегда. Мог ли он быть фамильяром или стражем, посланным Великими Матерями, чтобы следить за мной и защищать меня? Этот вопрос не казался странным, учитывая, что он появился через несколько дней после того, как меня укусили, и моя жизнь превратилась в кошмар наяву.
Ленты золотого света скользили по моим плечам, каскадом ниспадая по грубой коричневой коре широкого ствола передо мной. Мою кожу покалывало, дискомфорт струился по венам, магия внутри меня уклонялась от света. С глубоким вдохом я повернулась и опустилась на колени, склонив голову и прижав кончики пальцев ко лбу, защищая глаза от пламени. Позади застонали доспехи, когда мой стражник тоже опустился на колени.
— Я так и предполагал, что найду тебя здесь, — пророкотал глубокий голос, прерываемый шелестом перьев.
Сглотнув, я опустила руку, и взглянула на сияющее лицо Золотого Короля. Его кожа, в особенности здесь, на солнце, сияла золотистым оттенком, который причинял боль моим глазам. Но в этот раз он улыбался, золотистые волосы развевались вокруг его лица, когда он махнул рукой в сторону дерева.
Дерева, которое моя мать вырастила с помощью своей силы. Последний след ее магии в этом мире.
— Я надеялась провести день, воздавая ей почести, Ваша светлость, — ответила я, чувствуя, как до боли сдавливает горло, не позволяя мне говорить.
На протяжении столетий я крала крупицы информации и знаний о ней. Перегрин Солис была пылкой и сильной. Она любила плавать в реке, которая танцевала на территории замка, и слушать шепот, который доносил до нее ветер.
Сегодня день её рождения… по крайней мере, так мне сказали.
Король Тифон хмыкнул, блестящая рука скользила по его золотой бороде. Ослепительно-белые крылья вспыхнули позади него, когда он отвернулся от дерева, глядя в сторону замка.
— Ты нужна в садах.
Молния пронзила мою грудь. Руки сжались в кулаки, натянув белую кожу перчаток. Гнев, всегда кипящий под поверхностью, вспыхнул от его невинных слов.
— Но… Вы же обещали этот день мне.
Слова сами вырвались изо рта и это прозвучало чопорно, поскольку я напомнила ему об обещании, которое он дал две недели назад.
Губы короля скривились в подобии хмурой улыбки.
— Я не помню такого обещания.
С моих губ сорвался вздох разочарования, и я покачала головой. Конечно, он не помнит. И я поняла, что для короля пустые обещания, данные мне, терялись среди огромного списка действительно важных дел. Наибольшей проблемой была тьма, которая проникала из королевства мертвых Инфернис на нашу землю. С каждым днем она распространялась все сильнее, уничтожая урожай и моря голодом наших людей.
Но ведь король мне обещал. Я редко, когда находила в себе смелость обратиться с такой просьбой. Это был один из немногих случаев, когда я решилась на такое за жалкие 250 лет своего существования.
— У тебя есть долг перед этим королевством, — резко бросил король Тифон, повернувшись ко мне и расправив крылья, словно пытаясь охватить всю землю вокруг нас.
Я сглотнула. Невысказанные слова застряли в горле. Темперамент, который я сдерживала всю свою жизнь, давил на ребра, сковывал кости, словно они были прутьями тюрьмы. Именно такие моменты напоминали мне, кем я была для Золотого Бога, Золотого Короля — короля Эферы. Или, скорее, кем я не была. Потому что этот бог не был моим отцом. Я узнала это на восьмой день рождения, когда он впервые надел мне на голову корону моей матери с изумрудами и опалами.
— Вы мой отец, мой король? — спросила я, коснувшись пальцами в перчатке золотого обруча, который был немного великоват для моей головы.
Король Тифон жестом пригласил меня взобраться на ступеньки большого помоста и сел всего в нескольких футах от меня, что для него было почти как объятия. С тех пор, как меня укусил один из монстров Инферниса — демони, сородичи которого терзали наши земли, он запретил любой физический контакт, чтобы моя сила не навредила кому-то. Мой восьмой день рождения ознаменовал три года изоляции. Три года резких слов и испуганных взглядов. Три года чего-то в глазах короля, что говорило об ужасе. Три года ноющих колен, когда я слишком часто их преклоняла на мраморном полу тронного зала, пока целители пытались изгнать темную силу, гноящуюся внутри меня.
— Ты моя во всем, кроме крови, — ответил король, но теплота в его голосе не коснулась его глаз. Нет, вместо этого там жила горечь, которую я слишком хорошо знала.
Горечь от созерцания оскверненного плода его королевы. Не наследница, не дочь. Просто напоминание о зле в этом мире. И все же король принял меня, когда она умерла при родах, ее магия перешла ко мне, когда мои крошечные легкие кричали о нехватке воздуха. Его откровение на мой восьмой день рождения успокоило какую-то ноющую часть моей души, даже если это разрывало сердце.
Он рассказал мне, как мама возвращалась из человеческих поселений на восточной окраине королевства, когда на нее напал бог. Бог, чья душа была испорчена тьмой, извращена землей Инферниса и ее королем. Этот бог посадил свое семя в ее утробу, и, хотя король Тифон в конце концов нашел свою месть, жестокость сломала ее. Сломала его.
Меня это тоже сломало.
История моего происхождения терзала меня глубоко в сердце, раздувая пламя, которое я, казалось, не могла потушить. Тени пульсировали на периферии моего зрения, порываясь вырваться из груди.
— Оралия, — позвал король Тифон, его голос прорезал слух. — Контроль.
Боль пронзила руки, когда золотой свет короля ослепил меня. Я закричала, наклонившись вперед, раскинув руки по сочной зеленой траве, когда тени вырвались из моей груди. Магия Тифона сожгла тьму, которую выпустила моя тоска.
В мгновение ока свет исчез. После него осталась шипящая, жгучая агония. Воздух жег легкие, перед глазами расплывались черные пятна. Я отпрянула от золотого света, который каскадом лился по траве, когда король опустился на колени рядом со мной, тихие слова сорвались с его губ.
— Если ты не освоишь контроль, ты превратишь все в руины и принесешь нам погибель.
  
Я кивнула, солнце отражалось от его золотистой кожи, окрашивая мои веки в кроваво-красный цвет. Он презирал то, кем я была так же, как и я, но ему приходилось мириться с этим. За поучениями никогда не следовало никакого утешения, только напоминание о моем долге и опасности, которую я представляла для королевства.
— Да, мой король. — Слезы брызнули на тыльную сторону моих перчаток, дрожь прокатилась по позвоночнику, а боль медленно утихла, превратившись в глухую пульсацию.