Соулмейт 2 (СИ)
Я не стал расстраивать родителя и сообщать, что в университете меня считали деревенским лопухом. Пусть лучше остается в неведенье.
— Пап, я не знаю, как поступить. Я струсил. Возможно, всего этого бы и не было, если бы я остался. Вы бы с отцом не нервничали так сильно.
— Сынок, не говори глупости, — отмахнулся он. — Ты правильно поступил. В такой ситуации ты должен быть в кругу тех, кто сможет тебя защитить. Вдруг твой Фортус бы захотел использовать, чтобы обогатиться? Ты же понимаешь, что с приходом новой реформы, Фортусам стало необязательно выбиваться вперед. Теперь все контролирует государство. С одной стороны Глава облегчил им жизнь и дал свободу Соулмейтам, с другой стороны — он лишил мир истинных пар, которые собирает сама природа. Плюс ко всему, теперь Фортусам необязательно учиться и добиваться всего, потому как остались исключительно малюсенькие шансы на встречу со своим Соулмейтом, после того как сделали регистрацию свободной, а поиск своего омеги приравняли к преследованию личности. Руки Фортусов связаны.
— Ты все еще не можешь принять политику Валентина?
— Валентин по-своему прав, — папа опустил голову. — Но он стал слишком… его поступки необдуманны. Я его не осуждаю, но на его плечах лежит целая страна.
— Это после смерти дяди Феликса? — грусть затопила сердце.
Когда пять лет назад не стало крестного, вся страна погрузилась в глубокий траур. Он был живым лучиком. С его сыном мы росли практически вместе. Теперь наши дорожки разошлись. Василий долго страдал после смерти своего папы, мои родители поддерживали их семью всеми силами. Потом Василий встретил хорошего альфу и уехал с ним заграницу. С тех пор мы его не видели. Валентин ушел полностью в правление, иногда встречался с сыном, но Вася сюда не приезжал, Глава сам летал к сыну, а мы узнавали о его жизни чуть позже, после прилета Валентина. В такие моменты, он, из сурового, несговорчивого, злого альфы, превращался в доброго, общительного и улыбчивого человека. Через некоторое время на Валентина вновь накатывало и все возвращалось на круги своя. Труднее было отцу, он каждый день видел, как морально погибает его друг.
— Да, раньше он был более живым. А сейчас отдыхай, — папа быстро сменил тему, да и я не был против. — Поспи еще немного, потом будет видно, что делать с твоим студентом-Фортусом.
Я широко зевнул, почесал уже наболевшее место и погрузился в спасительный сон.
========== Часть 3 ==========
***
Валентин всегда считал, что выглядит безупречно. Сейчас же, сидя в удобном кожаном кресле чужого огромного кабинета, он нервно теребил край черного пиджака. Рубашка, расстегнутая на две верхних пуговицы, нещадно давила, не давая вдохнуть. Фортус по инерции потер шею. Нет, он не волновался, а просто боролся с гневом, затапливающим все его существо.
Сидевший напротив, человеком однозначно не был. Все в нем об этом кричало: и нереально высокий рост, и слишком развитая мускулатура, обтянутая дорогим костюмом, и даже бледность кожи. И было видно, что Оно, чувствует себя замечательно: игривый взгляд из-под бровей, смотрящий на Валентина, губы, растянутые в довольной улыбке — все бесило Фортуса.
«Где-то уже нажрался, скотина!» — промелькнула вялая мысль у альфы.
— Зачем тебе война между нашими государствами? — тихо полюбопытствовал мужчина. — Не лучше ли согласиться с моим предложением? Я не трогал тебя, пока жил Феликс, но сейчас… Я больше не могу ждать.
— Когда ты уже от меня отстанешь?! Тридцать лет я не могу жить без твоего присутствия в своей жизни! Я же тебе уже говорил, что не собираюсь, как омега вынашивать твоего ребенка! Я — Глава, Фортус, а не производительная сука, — Валентин не выдержал.
— Увы, Валентин, — мужчина развел руки в стороны. — Ты же знаешь, что ты мой идеальный донор. Без твоей энергии я в скором времени издохну. Мне уже пятьсот лет, я вошел в стадию совершеннолетия и теперь, как ты знаешь, мне нужен постоянный энергетический донор. Я больше не могу питаться первыми попавшимися людьми. И, как ты заметил, наследник мне тоже нужен, а выносить его можешь только ты. Мы — раса мэцкэй, и ты — донор, а не простой человеческий Фортус.
— Я — альфа!
— Нет, дорогой. Наша раса не делится ни на Фортусов, ни на омег. Ты это знаешь, и сам себя обманываешь. У людей — да, ты альфа. А для меня ты моя вкусная пара. Ты сам выбрал обычную жизнь, забыв свою вторую сущность. Только вот наш мир тебя просто так выпустить не может. У тебя есть вторая половинка в мире мэцкэй и от нее так просто не отделаешься. Я терпеливый, поэтому я ждал… ждал долго. В обычном мире ты уже реализовался. Мужа у тебя нет… Я уважал Феликса, поэтому ждал бы до самой его старости, но когда-нибудь бы Феликс спросил тебя, почему он стареет, а ты нет. Думал об этом?
Как же Валентина бесили эти все разговоры… За тридцать лет он уже порядком устал от своего преследователя, что являлся Главой соседнего государства.
— А что ты будешь делать со своим Соулмейтом, если он появится? — раздраженно спросил Фортус.
— Не переживай, моя человеческая половина умерла своей смертью, еще в 1995 году. У него был муж — простой альфа, детей не было естественно. Я не вмешивался в их жизнь и не давал о себе знать. В отличие от тебя, мне не претит моя нация.
— Конечно! Не тебе же ломать себя и рожать!
— Валентин, все проблемы у тебя в голове, — ласково улыбнулся мэцкэй. — Ты сам забыл о себе настоящем.
Валентин скрипнул зубами. Раса мэцкэй была древней и забытой. Её вообще считали мифической. Ведь вампиров не существует? Валентин с детства знал, что он кормушка для кого-то, ему это рассказали родители, когда он впервые почувствовал, что он слишком полон энергии и из-за этого пошли проблемы в садике, а потом в школе. Он никогда не встречал себе подобных, поэтому все это списал на байки и враки. В более зрелой жизни начались и более серьезные проблемы — он мог не спать неделями, в нем била кипучая жизнь. Этот избыток хотелось вытащить из себя, слить, из-за чего Фортус погрузился в спорт. Это помогало, но ненадолго. Потом в его жизни появился Владлен… Познакомились они на одном из родительских приемов, во вполне мирной обстановке.
Владлен мог пить его на расстоянии, и это приносило настоящее облегчение. Поначалу молодой Фортус нормально воспринимал этот симбиоз и принял свою принадлежность к мэцкэям, но когда ему еще и рассказал о том, что он должен будет в будущем принести своему вампиру ребенка — тут-то его и накрыло…
— Я объявлю войну, если ты не примешь верное решение! — строго сказал старший мэцкэй.
— Да пошел ты, — выплюнул Валентин, вставая.
— Я не шучу.
— Я тоже. Иди к чертям! — Фортус быстрым шагом покинул кабинет.
***
Уже прошло три дня с того момента, как прилетел отец Майкла. За это время они успели разослать лучших ищеек во все деревни, прилегающие к столице, но успехов никаких не было. И даже то, что они нарушали закон государства, отца с сыном не остановило. Пока они не обращались к другу отца Майкла, решив справиться своими силами. Но с каждым днем молодому Фортусу становилось все хуже. Об учебе не велось и речи теперь. Они поселились в гостиничном номере. Опечаленный отец, не зная, что уже и делать, набрал номер Антона Незримова, но тот почему-то не брал трубку. Отчаянье и страх за сына сжали твердой рукой сердце старшего Фортуса.
***
Мне не помогали никакие таблетки. Рука была вся в крови, пачкая постельное белье, перемешиваясь со смазкой, вытекающей из анального отверстия. Живот разрывало от боли. Папа плакал, а отец рвал на себе волосы. Теперь они плюнули на все, да и я… все силы были брошены на поиски иностранного студента, о котором я знал только то, что говорил он с сильным английским акцентом. Что было более всего странно, так это то, что даже моему отцу наотрез отказались предоставить о нем информацию в институте. Валентин полностью погрузился в государственные дела, у него, как слышал отец, назревал серьезный конфликт. Помощи просить было не у кого.