Система: эксперимент

– Я готова.
– Повторяй за мной.
Мы разогревались, пока Лир делился соображениями насчет завтрашнего испытания. Он прекрасно знал, что моя физическая форма на порядок хуже, чем у многих участниц, но старался не показывать разочарования и поддерживал во мне веру в успех.
– Я могу звать тебя Ати? – не прерывая разминки, спросил он.
– А мы достаточно близки? – поддразнила его я, не прерывая упражнения.
– Ты права. Но нам ведь нельзя, ты же знаешь. Правила и все такое, – в ответ поддел меня Лир. Мышцы его груди дразнили взгляд, когда мы перешли к разминке рук. – Но если тебе продолжат присылать подобные наряды… – Он прикусил нижнюю губу. – Мне будет труднее справляться со своей работой.
  
Глава 23
 
– Лир, я знаю, что в твою работу входят и твои интересы, – подметила я.
– Ты права. Мне нужно стать лучшим среди сопровождающих, а это значит, что ты не должна пострадать на первом же испытании. Ведь тебе и дальше придется соблазнять для меня холостяков.
Это прозвучало забавно.
– Ах, значит я соблазняю их для тебя? – ухмыльнулась я.
Мы перешли к разминке ног.
– Видеть их томный взгляд – лучшая награда для меня, – ответил Лир.
– Значит, ты просто меня используешь? – с притворной холодностью спросила я.
– Я думал, мы друзья, – разочарованно подыграл он, прекращая разминку.
– У меня никогда не было друзей-мужчин. Дружбы между мужчиной и женщиной не существует. Один всегда хочет другого.
Так мне говорила сестра, стоило ей узнать, что кто-то из моих знакомых в очередной раз «по-дружески» провожал меня до дома или навязывался в гости.
– А ведь я не прикасался к тебе с тех пор, как ты об этом попросила. Думал, ты оценишь. – Лир пожал плечами. – Ну, может, разок я не удержался, но в основном… – Он мечтательно улыбнулся. – Ладно, начнем с основ.
Лир начал наглядно демонстрировать технику безопасных падений. Он объяснял, как выставлять руки, как поддерживать вес бедром и многое другое. Я слушала его особенно внимательно, так как снова и снова прокручивала в памяти недавнее падение. Судя по всему, вчера я нарушила много правил.
– Попробуй, но не торопись. Я буду поддерживать тебя. – Лир встал за мной, удерживая за руки выше локтей. – Как ты упадешь, если тебя толкнули в спину? – Он начал опускать меня вперед, легко удерживая вес моего тела. Я согнула правую ногу перед собой, выставляя бедро для амортизации падения и, выставив две широко раскрытые ладони, аккуратно коснулась пола. – Отлично. – Лир вернул меня на ноги и встал спереди, обхватив руками мою талию. – А если тебя толкнули в грудь и ты падаешь назад? – Он стал медленно меня опускать. Я согнула спину, потянувшись к коленям, у самого пола раскрыла руки и хлопнула ладонями по мягкой поверхности. Я была не уверена, что в нужный момент у меня получится провернуть все это в реальности, поэтому мы снова и снова отрабатывали падения.
После Лир затронул тему уворотов и основных правил безопасности при общении с кем-либо на расстоянии вытянутой руки. Он аккуратно показывал все движения на мне, но повторить их у меня не получалось.
– Пусть с первого раза не получается. Иногда и теории достаточно для того, чтобы в нужный момент тело среагировало правильно.
Его забота отзывалась во мне приятным теплом.
Во время отработки движений на меня нахлынуло чувство неминуемого поражения. Я знала, что физически плохо подготовлена, но, стоя напротив Лира, окончательно поняла, что мне конец. До вчерашнего происшествия я и не предполагала, что здесь со мной может что-нибудь случиться. На темных улицах Аковама мне всегда приходилось быть особенно осмотрительной, но, вдохновленная Верумом, я и не думала, что здесь мне тоже придется быть настороже.
Лир присмотрелся ко мне, прервав объяснение нового упражнения.
Дожидаясь, когда он вернется с двумя бутылками воды, я уселась на мягкое покрытие, поджав под себя ноги.
– Вчера мне было очень страшно, – призналась я, обняв колени руками.
Усевшись рядом, Лир протянул мне воду.
  
– При первичном инструктаже сопровождающих попросили не мешать парам на индивидуальных свиданиях, так как рядом с холостяками участницам гарантировалась полная безопасность. Но после вчерашнего… – Его лицо исказила странная гримаса. – Теперь я буду повсюду тебя сопровождать, чтобы подобное никогда не повторилось. – Его слова придали мне уверенности. Хотелось верить, что наконец появился человек, готовый защитить меня, несмотря ни на что. – Я буду твоей тенью, Атанасия. И пока ты не отпустишь меня, со мной никто не справится.
– Спасибо, Лир. – Он затронул очень интересную тему. – Зои рассказала мне, что ты мутант. Это правда?
– Да, – коротко ответил он.
– И какой у тебя дар?
– Дар? – Уголки его губ поползли вверх. – Если коротко, у меня модифицированные мышцы, связки и кости. А при выбросе адреналина могу провернуть то, во что сам никогда бы не поверил.
– Например? – заинтересованно спросила я.
– Мои истории не созданы для твоих нежных ушей. – Он гордо улыбнулся.
– Но все, что ты перечислил, никак не выдает в тебе мутанта, разве нет? Как Система узнала, что ты особенный?
– Моя мать доложила об этом в военный центр. – Он тяжело вздохнул. Увидев мой откровенный интерес, он продолжил: – С самого детства я понимал, что отличаюсь от других детей. Мне легко удавалось отодвигать или поднимать тяжелые предметы. Я мог спрыгнуть с огромной высоты и удержаться на ногах, ничего не переломав. Мне почти никогда не приходилось чувствовать утомление, тогда как другие дети валились с ног от усталости после долгих и активных игр. Когда я узнал о существовании мутантов, я заподозрил неладное. Мне было страшно остаться без семьи, перейдя в полное подчинение Системы. Поэтому я старательно скрывал свою силу, адаптируя поведение под повадки сверстников. Все шло по плану до тех пор, пока меня не поставили перед выбором. – На его лице блеснула грустная улыбка. – Мне пришлось выбирать между своим комфортом и жизнью матери. И я выбрал второе.
– Что произошло? – тихо спросила я.
– Мы вместе были на военном полигоне, так как она работала тренером по базовой подготовке рекрутов. Я должен был наблюдать за процессом тренировок, меня с детства приобщали к военной повседневности, видя во мне продолжение семейного дела, хоть мне все это и не нравилось. – Лир развел руками. – Новобранец случайно взорвал одну из колонн крытого полигона. И все бы ничего, но за разрушающейся колонной потянулись макеты препятствий, закрепленные на платформе под потолком. Видимо, один из крепежей был вделан в колонну, не знаю, тогда я об этом не думал. – Ему тяжело давалось каждое слово, пусть он и старался сохранять спокойствие. – Когда я увидел, что рухнули массивные металлические обломки платформ, я за считаные секунды оказался рядом с матерью. Чтобы она осталась цела, мне пришлось в одиночку удерживать огромный вес конструкции. Мне было одиннадцать. – Он приподнял полы футболки, демонстрируя несколько длинных шрамов, пересекающих тело от живота до спины. – Меня подвели они. Тогда я еще не знал, что, помимо силы, мое тело склонно к регенерации. Металлическая платформа, которую мне удалось остановить, основанием почти перерубила меня пополам, и это видели все. Тело на глазах срослось, а о трагедии напоминали только горы обломков и пара новых шрамов.
– Мне так жаль… – тихо сказала я.
Кажется, вместе с шоком от услышанного я ощутила страх и боль маленького Лира, который был вынужден пожертвовать всем ради любимого человека. А ведь он так старался быть обычным, чтобы просто жить дома. Но это событие разделило его жизнь на «до» и «после», не оставив матери возможности поступить иначе.
– Я не жалею о своем поступке. И более того, снова поступил бы так же. Все к лучшему, зато сегодня я могу быть собой, что бы это ни значило.
Его сильный профиль сиял в солнечных лучах, что придавало ему загадочности и утонченности.