Любовь, которую ты вспомнишь (СИ)

Ди не выделял наших детей, умудряясь уделять равное внимание обоим, чего не удавалось даже мне. Поэтому не удивительно, что авторитетом среди них считался именно папа, а маму что Алекс, что София начинали слушаться только тогда, когда она им грозила нажаловаться отцу.
Я не завидовала этому – я была счастлива. И это чувство лишь крепло день ото дня.
– Мне кажется, твоя сестра родит раньше, чем наша дочь ее отпустит, – указав подбородком в сторону моря, сообщил Ди.
  
Я выглянула из-за мужского плеча, чтобы разглядеть босую малышку в белоснежном платьице, что под руку с тетей Лерой уже в сотый раз шлепала по волнам, возмущаясь на каждую попытку увести ее в сторону играющих детей.
Любовь к морю Софии передалась от отца: как только эта маленькая проказница видела воду, отвлечь ее чем-то другим становилось практически нереально.
Валерия, конечно, пыталась, задействуя и подкуп, и жалость, но даже ее заметно округлившийся животик, который Лера придерживала одной рукой, не был слишком убедительным доводом для нашей младшей дочери.
– Пойду спасать будущую мамочку, – сообщила я и, поцеловав мужа в щеку, нехотя разжала объятия.
По пути к кромке воды мне пришлось увернуться от целой стайки бегающих туда-сюда детей: тут и Алекс, и Матео с Сантьяго, и еще множество их общих друзей со школы. Младший сеньор Солер всегда был общительным ребенком, и я только радовалась, что после переезда он не растерял эту свою особенность, даже несмотря на языковой барьер, мешавший ему в первое время.
– А кого это я тут поймала? – произнесла я, подхватывая дочку на руки. Та недовольно завизжала, но быстро смирилась, обхватив меня руками и ногами. Это, конечно, не папины объятия, но на худой конец и такие сойдут.
– Спасибо, – выдохнула Лера с улыбкой, поглаживая спину. – А то если я сейчас не сяду, боюсь, мой позвоночник обидится и уйдет от меня.
Долгожданная беременность была очень к лицу моей сестре, а еще сделала Валерию спокойнее и размереннее. Она больше никуда не спешила, ни во что не лезла, а научилась наслаждаться тем, что есть вокруг. К нам в гости они с Пашей выбирались летом на неделю или две, обычно – как сейчас, на день рождения Алекса, привозя ему подарки от бабушки и дедушки, которых мы сами навещали зимой – чтобы показать детям настоящую зиму.
– Нау! Нау!
Мы почти дошли до веранды, как моя маленькая копия начала елозить и требовать поставить ее на ноги, указывая ручкой в сторону отца. Брошенный на него взгляд подтверждал то, что уже озвучила София: рядом с Диего стоял Арнау Серра, которого наша дочь ласково называла «тито Нау».
Когда я увидела этого лощенного адвоката впервые, даже предположить не могла, что он станет частым гостем в нашем доме. Сначала он помогал оформить документы для Александра, потом курировал получение мной статуса резидента. После они с Диего провернули еще несколько совместных проектов, и как-то само собой получилось, что из статуса личного юриста Арнау перерос в полноценного друга. Больше, конечно, это относилось к его общению с Ди, но и со мной сеньор Серра общался вполне по-приятельски.
Правда, чем именно он покорил нашу полуторогодовалую дочь, я так и не поняла. Но стоило только Арнау появиться поблизости, как София бросала все свои дела и направлялась к нему.
Вот и сейчас пришлось позволить дочери шлепать в нужную сторону, придерживая ее за руку, чтобы не навернулась.
– Нау!
– Малышка София!
Меня всегда умиляло, когда холенный Арнау, выглядевший как бизнесмен с обложки Forbes, нагибался и подхватывал на руки спешащую к нему малышку. Серра не создавал впечатления человека, стремившегося к семье или детям, поэтому в тридцать восемь до сих пор ходил холостым. И на приемах, где мы с Ди присутствовали, он всегда появлялся с разными спутницами.
– Что за несправедливость, я практически ревную! – наигранно возмутился стоящий рядом Хави. Ему внимание Софии доставалось куда меньше.
– Все честно, вы поделили наших детей поровну, – не без гордости парировал Диего. – Тебя обожает Алекс, а Арнау достается любовь принцессы.
– Просто я умею завоевывать женские сердца, – в словах Серра не было никакого пафоса или излишней самоуверенности: он произносил эту фразу как факт, как данность, как нечто само собой разумеющееся. Мол, да, вот я такой. Имейте ввиду.
Мы, конечно, посмеялись над его словами, но почти сразу наш дружный смех был прерван раздавшимся из-за спины Арнау голосом.
– Это кто тут покоритель женских сердец? Я бы не отказалась, чтобы мое завоевали.
Точеная фигурка появилась внезапно, как, собственно, и всегда. Предсказать визит Марии Солер не могли ни синоптики, ни ее братья или сестра: их младшенькая возникала, как ураган, и вносила в жизни всех присутствующих капельку безумия. Глядя на эту красотку, догадаться о том, что она – воплощение хаоса и непостоянства, было просто невозможно.
Мужчины одновременно повернулись к ней, но если Хави и Диего тут же расплылись в приветственных улыбках, то Арнау лишь лениво скользнул взглядом по младшей Солер и переключил внимание на Софию.
– Рири! – Хавьер шагнул вперед и заключил сестру в свои медвежьи объятия. – Ты как обычно внезапна. Давно вернулась? Почему не позвонила?
– Хотела сделать сюрприз, – призналась Мария, но при этом ее взгляд не отрывался от адвоката, пытавшегося отобрать свой галстук из загребущих рук нашей младшей дочери. – У вас новый друг?
– Это Арнау Серра, – представил Диего, и мужчине пришлось снова перевести взгляд на девушку. – Арнау, это – наша младшая сестра Мария.
– Очень приятно, – вежливо, но равнодушно отозвался адвокат. – София, только не мусолить!
И битва за галстук продолжилась под наши тихие смешки и улыбки. Арнау попытался отвлечь малышку развешанными вокруг шариками и отошел от нас. Мне показалось, что Мария от этого немного погрустнела.
– Так, где ваш чудесный именинник? – даже если сеньорита Солер огорчилась от отсутствия мужского внимания, долго грустить она не собиралась. – У меня для него чудесный подарок!
В подтверждение своих слов Мария подняла вверх большой подарочный пакет. Мы все оглянулись в поисках Алекса, но он как сквозь землю провалился.
– Думаю, он где-то там, – задумчиво растягивая гласные, протянул Хавьер, указывая рукой в неопределенном направлении. – Поищем?
Брат и сестра Солер ушли, оставив нас с Диего одних. И я тут же оказалась притянута к крепкому боку мужа.
– Устала?
Я улыбнулась, обнимая Ди в ответ, и осмотрела наш задний пляж, украшенный гирляндами, шарами и фигурками любимых супергероев Александра. Дети носились по песку, взрослые общались друг с другом вокруг столов с закусками – гостей было не так много, но все – близкие нам люди.
– Если только чуть-чуть, – призналась я. – Но это счастливая усталость.
Рука Диего плотнее прижала меня, а губы оставили нежный поцелуй на виске, даря чувство защищенности и полной безмятежности. Рядом с этим мужчиной я могла отпустить все свои проблемы и страхи, позволив ему быть моей стеной, щитом и мечом.
– А ты? – я чуть отстранилась, чтобы заглянуть мужу в глаза. – Ты счастлив?
Диего смотрел на меня долго. Улыбался нежно, заправлял выбившуюся из прически прядку за ухо. И лишь после отвечал:
– Ты даже не можешь себе представить, насколько. И все это – благодаря тебе.
Он склонился ниже, даря мне очередной поцелуй. Несмотря на то, что в нашей жизни их было бессчетное множество, до сих пор каждый их них ощущался как нечто самое нежное, самое трепетное, самое важное.
Как подтверждение, что все у нас хорошо. И будет хорошо так долго, как мы сами этого захотим. Вместе.