Любовь, которую ты вспомнишь (СИ)

Теперь оставалась только одна нить. И я знал, куда она ведет.
К Анне.
И к нашему сыну.
_________
Дорогие читатели!
Ваша поддержка очень важна, чтобы книгу увидело как можно больше людей - поэтому, пожалуйста, оставьте комментарий и нажмите "Мне нравится"!
Больше информации о героях, анонсы новых глав, визуализации вы можете найти в моих группах в ТГ и ВК - ищите по нику @rina_sivaya
    
Глава 51.
 
Диего Солер
В лифте мы с сестрой ехали молча. Сара не спешила начинать разговор, но я прекрасно понимал, что со мной она увязалась не просто так. Девяносто процентов времени сестра передвигалась на такси, хотя умела водить и имела собственный авто. Просто ей нравилось проводить время с пользой, даже если это время – стояние в пробке.
В той же тишине мы дошли до моей машины. Я щелкнул брелком, отключая сигнализацию, и открыл сестре переднюю дверь. Она скупо улыбнулась мне, благодаря. Но так ничего и не сказала – ни пока я занимал свое место, ни пока выезжал с придомовой парковки.
Лишь когда я занял место в потоке на проспекте, Сара решилась задать первый вопрос.
– Ты уверен, что это твой сын?
Что называется, не в бровь, а в глаз. Я лишь усмехнулся в ответ и разблокировал телефон, демонстрируя сестре экран. Уже пару недель на заставке у меня красовалось фото счастливого Алекса, возившегося с роботом.
Сара забрала мобильник с панели и долго рассматривала изображение, хмурясь так, словно выискивала что-то. И, вероятно, не находила, раз возвращала телефон с тихим выдохом:
– Кажется, тест ДНК тут делать нет смысла.
Я обрадовался, что семейное сходство замечали не только мы с Хави.
– Анна не против сделать его, – зачем-то заявил я, но тут же добавил: – Только я не вижу в этом смысла. Алекс – мой сын. Я в этом ни секунды не сомневаюсь.
Краем глаза я отметил, как Сара кивнула.
– Она – молодец. Что не отказалась от ребенка. Растить его одной наверняка было тяжело.
Укол вины непроизвольно задел сердце. Избавиться от этого чувства я еще не успел, но понимал, что посыпать голову пеплом уже поздно. Оставалось только сделать выводы и идти дальше, исправляя свои ошибки.
– Я не спрашивал. Но не думаю, что она бы ответила мне честно на этот вопрос.
Когда Анна рассказывала мне о временах, проведенных с сыном в одиночестве, ни разу в ее словах не скользнуло хотя бы намека на усталость, тяжесть или пережитые сложности. Зато всегда на губах была улыбка – счастливая улыбка. Вряд ли моя жена отказалась бы от нее, даже задай я вопрос Сары ей глядя в глаза.
Мы молча проехали еще два светофора, пока неожиданно сестра не повернулась ко мне.
– Ты так защищал ее, словно… ты ее вспомнил?
Я бросил быстрый взгляд на соседнее кресло. Каждый раз, когда кто-то спрашивал у меня, вспомнил я что-то или нет, я натыкался на надежду в чужом взгляде и начинал себя ненавидеть за то, что не мог эту надежду оправдать. Первое время мне хотелось повесить на лоб табличку «Нет, я ничего не вспомнил!» и ходить с ней, чтобы никто не лез с раздражающими уточнениями.
К счастью, со временем стало легче.
Пока не появилась Анна.
Но сейчас в глазах сестры я не заметил чего-то такого, что могло бы вновь вывести меня из себя. Лишь праздный интерес, не более.
Поэтому и ответил честно.
– Нет. Но мне кажется, что я ее и не забывал.
Это трудно было объяснить, и, если бы Сара попросила описать, я вряд ли смог бы это сделать. Все на уровне ощущений, когда рассуждать о чем-то просто глупо. Я это чувствовал, в себе, в своем сердце. И даже разум мирился с происходящим, признавая как факт: чувства к Анне – то, что было во мне всегда. Даже когда я ее не знал.
Но Сара ничего не просила. Она устремляла свой взгляд вперед и поправляла телефон, чтобы ровно лежал на ее обтянутых юбкой коленях. Экран вспыхнул от входящего уведомления, позволяя мне увидеть две улыбающиеся мордочки.
Вероятно, мы с сестрой похожи больше, чем я думал.
– Это хорошо, – вырвала меня из мыслей Сара. – Ты искренне был в нее влюблен, это понимал любой, кто тебя хоть немного знал. Ни на кого больше ты так не смотрел.
Забавно, что то же самое сравнение я услышал от Елены, когда мы с ней расставались. Знать бы еще, что именно все находили в моем взгляде, но посмотреть на себя со стороны я никак не мог.
– И она тебя любила, – не обращая внимание на мою задумчивость, продолжила сестра. – Пожалуй, даже не представляла своей жизни без тебя. Как только ты отходил от нее поговорить по телефону, она сразу же становилась такой потерянной, что хотелось подойти и обнять ее, чтобы не чувствовала себя одинокой.
Мне было сложно представить Анну столь беспомощной, ведь женщина, которую я знал теперь, определенно могла за себя постоять. Но Саре не было никакого смысла меня обманывать.
– Ты никогда не говорила об этом, – прозвучало почти укором.
– Ты никогда не спрашивал, – ровно парировала сестра, пожимая плечами. А спустя небольшую паузу продолжила: – Анна – хорошая девушка. И если ты правда считаешь, что вам не стоит разводиться, не делайте этого. Ребенку всегда лучше в полной семье.
Я понимал, о чем говорила Сара: когда умер отец, ей было всего двенадцать, Марии ­– и того меньше. Они обе росли без отцовской заботы, которой нам с Хави перепало значительно больше. И до сих пор для обеих эта тема отзывалась болью. Но если Сара могла делиться ею с близкими, то младшая Солер компенсировала отсутствие отца поиском очередного папика, готового ради нее на все.
– Благополучие Алекса – не единственная причина, – признался я сестре. – Я, кажется, влюблен в свою жену.
Сара тихонько рассмеялась.
– Знаешь, если сам Диего Солер дважды влюбляется в одну и ту же женщину – значит, это точно судьба.
Я аккуратно припарковался рядом со студией сестры. Если Анна действительно моя судьба, отпускать ее было бы невероятной глупостью. А я этим не страдал.
– Спасибо, – искренне поблагодарил я Сару, когда она уже собиралась уходить. – Что поддержала.
Все радушие мигом схлынуло с лица сеньоры Перез.
– Я понимаю, почему ты сегодня сорвался, – выдохнула она, устремляя взгляд куда-то в сторону. – Мама… порой она перегибала палку в своем стремлении заботиться о тебе, и ее нужно было поставить на место, особенно после того, что она сделала с вашей семье. Но, пожалуйста, пообещай мне одну вещь.
Я вопросительно приподнял бровь, требуя пояснений.
– Я верю, что однажды она поймет свою ошибку, – Сара внимательно посмотрела на меня, давая понять, что говорит искренне. – И когда она это сделает – не руби с плеча. Дай ей возможность все исправить. Ведь ты все еще ее сын, а Алекс – ее внук. Не лишай вас всех друг друга.
Пообещать такое было сложно. В свете произошедшего, когда эмоции были еще сильны, единственное, чего мне хотелось, это отмотать время далеко назад и сделать так, чтобы моя мать никогда не встречалась с Анной. Я был уверен, что без матери нам было бы легче, но понимал – это говорила моя злость.
Однажды она пройдет. Или утихнет. И тогда действительно не стоит пороть горячку.
– Хорошо. Я дам ей еще один шанс, если она действительно этого захочет.
Сара вновь расплылась в улыбке и на миг сжала мои пальцы своими, прежде чем выбраться из машины.
– Я жду знакомства с твоим сыном, – бросила она мне в открытое окно. – Уверена, мальчишки быстро найдут с ним общий язык.
– Даже не сомневаюсь.
Сара захлопнула дверь, и я остался один в машине, глядя, как ее стройная фигура растворяется среди прохожих у входа в студию. Ее слова все еще звучали у меня в голове:
  
«Ты дважды влюбляешься в одну и ту же женщину – значит, это судьба».
Я ухмыльнулся. Если бы кто-то сказал мне это полгода назад, я бы рассмеялся ему в лицо. Судьба? Любовь с первого взгляда? Чушь. Я верил в логику, в расчет, в холодный разум.