Няня для дракона с большим… наследством (СИ)

— Лето! — прорычал любящий папочка.
— А что? — искренне удивился Шемрок. — Арадий вот говорит, что детское любопытство необходимо поощрять.
— Это детское любопытство Арадия можно поощрять, а ваше детское любопытство однажды разнесёт нам дом, — буркнул Кардус, усилием воли возвращая себе нормальное дыхание. — Ладно, идите вниз, к девочкам.
— А остаться можно?
— Шемрок, не испытывай судьбу! — снова рыкнул он.
  
— Я уверен, что пока мы будем вести беседы на скучные темы, вы найдёте некоторый интерес в яблочном пироге, который, если я не ошибаюсь, только что извлекла из духовки ваша экономка, — загадочно мерцая глазами, произнёс Марк.
Мальчишек как ветром сдуло.
— Очаровательные молодые люди, — светским тоном сказал Марк. — И изрядно подросли с нашей последней встречи. Сколько им сейчас?
— Лето семь лет, а Шемроку шесть, — сквозь зубы процедил Кардус. — Забирай её, — он кивнул на меня, — и возвращай туда, откуда взял.
— Занимательный поворот событий, Кардус. — мягкие интонации Марка покрылись похрустывающей ледяной корочкой. — Не ты ли просил меня найти няню для твоих детей? А теперь, когда я привел тебе идеальную высококвалифицированную няню, ты требуешь, чтобы я забрал её?
— Эй! — возмутилась я. — Вообще-то я вовсе не…
— И куда, по-твоему, мне возвращать бедную девочку? — не обращал на меня ровным счетом никакого внимания Марк. — Если ты о теле, то оно принадлежало недавно почившей Эхмее Бромелицея. Вернуть тело вместе с Иридой семье Эхмеи? Как ты себе это воображаешь, Кардус Астераций?
— Я просил нормальную няню, а не… вот это недоразумение, — Кардус пренебрежительно поморщился.
Нет, я, конечно, не профессиональная няня, что бы там ни говорил Марк, и не няня вовсе, будем смотреть правде в глаза… но прозвучало всё-таки обидно. И на этой обиде я предпочла и сконцентрироваться, всячески избегая мыслей о ходящих стульях и признаниях Марка, что, дескать, именно он и запихнул меня в чужое тело, а все происходящее не просто бред моего помутившегося рассудка. Стулья, обладающие собственной волей — это было для моего всё же слегка мутноватого рассудка уже слишком.
— Если я сказал, что Ирида именно та няня, которая нужна твоей семье, значит, так оно и есть, — твёрдо сказал Марк.
— Кхм, — громко кашлянула я. — Возможно, кто-то из вас догадается наконец поинтересоваться моим мнением?
— Разумеется, Ирида, — просиял Марк. — Мы сейчас спустимся, выпьем по чудесной чашечке горячего чая и всё обстоятельно обсудим. С детьми ты, насколько я вижу, уже познакомилась.
— Познакомилась, — угрюмо подтвердила я, мечтая про себя, чтобы мне позволили «раззнакомиться». На мой вкус дети были немного чересчур бойкими.
— Со всеми? Замечательно! Уверен, они тебе пришлись по душе. Очень воспитанные молодые люди, которым не хватает разве что щепотки женской заботы.
Я мысленно пересчитала детей и пришла к выводу, что познакомилась еще не со всеми. Марк что-то говорил о пятерых, а я встретилась только с тремя, но об этом я решила благоразумно промолчать.
— Да, они… — я бросила быстрый взгляд на Кардуса. В отличие от нашей первой, ночной, встречи, сегодня он был одет, однако сердитости в Кардусе не поубавилось. Буравил меня взглядом так, что никакой томографии не надо, — они просто чудесные дети.
  
Глава 8
 
Булочки и объяснения
 
Когда мы спустились вниз, этих чудесных детей в гостиной не было. Зато был поднос с чаем и свежим пирогом. Вдохнув поглубже и выдохнув, я спокойно принялась наливать чай. Полагаю, что хроническая гипертония прилагалась к моему предыдущему телу, однако, привычка не поддаваться стрессу и не давать себе нервничать сохранилась и в этом. Что не могло не радовать.
— Итак, Марк, полагаю, ты догадываешься, что я ожидаю объяснений, — спокойно, но твёрдо сказала я, сделав пару глотков горячего чая. Превосходно заварен, но легче от этого не становилось.
— Ах, Ирида, мы все чего-то ожидаем. Оправдываются ли наши ожидания? — легкомысленно улыбнулся он и намазал булочку сливками.
— Марк, — настойчиво произнесла я, усилием воли не срываясь на рычание. — У меня нет ни одного рационального объяснения произошедшему. Как… как я вообще оказалась тут? Вот в этом⁈ — прошипела я, подразумевая скорее новое тело, чем дом Кардуса.
Марк обезоруживающе улыбнулся, предложил Кардусу кусочек пирога, а затем все же соизволил вступить в диалог:
— Возможно, тебе стоит поискать приемлемое объяснение в области иррационального. Видишь ли, я в некотором роде волшебник.
Дальнейшие расспросы и объяснения прервались небольшой демонстрацией магических сил Марка. Заставив мебель протанцевать пару кругов по гостиной — «интересные истории всегда стоят того, чтобы обращаться к ним за вдохновением», сказал он — Марк продолжил рассказ. Из его слов я поняла, что старый друг семьи не просто волшебник, а худший представитель этой профессии: волшебник, путешествующий между мирами и сующий нос в каждое дело, которое кажется ему заслуживающим интереса. А дел таких явно было немало.
Итак, Марк Альстромерий был не только давним другом моих родителей, но и давним другом семьи Кардуса, поэтому, прослышав о том, что пятеро детей Кардуса нуждаются в квалифицированной няне, сразу же вспомнил об Ириде.
— Какая прелесть, — оскалилась в улыбке я. — Значит, в вашем мире на работу так людей нанимают? — обратилась я к Кардусу. — Да меня ваша тетка сначала чуть не убила ультразвуком, а потом еще и попыталась обвинить в краже ценностей. Если вы всех потенциальных нянь так встречаете, неудивительно, что дети до сих пор сами по себе. Их мать, должно быть, не вынесла такого счастья и сбежала, иначе почему эта несчастная не здесь?
— Моя жена, — Кардус заскрипел зубами так, что я не могла не подумать о том, в каких же деньгах купается его стоматолог. — Моя жена покинула этот мир.
И судя по злобному взгляду, пронзающему меня, покинула не чтобы смотаться туда за покупками. Больше тему отсутствующей матери семейства я не поднимала. Ситуация неприятная, но посыпать солью больные раны… нет, подобное не для меня.
— Итак, если мы всё обсудили и урегулировали, полагаю, самое время вернуть меня домой, Марк. Как видишь, господин Кардус не слишком-то жаждет передавать своих драгоценных отпрысков в мои высококвалифицированные руки. А меня дома настурции ждут. И вообще, я столько лет работала, чтобы на пенсии именно отдыхать.
— Чепуха, — отмахнулся Марк. — Тебе сколько? Лет восемьдесят? Взгляни на меня, триста двадцать девять и по-прежнему тружусь, как пчелка. А всё почему? Потому что труд омолаживает! — назидательно сообщил он.
— Не лги девушке, тебя омолаживает кровь фейри, текущая в жилах, а вовсе не труд, — беззлобно фыркнул Кардус. Чай что ли успокаивающий такой?
— И потом, — как ни в чем не бывало продолжал профессиональный волшебник: — Вернуть тебя домой будет несколько затруднительно. Видишь ли, твоё тело…
— Что с моим телом? — насторожилась я. Хотя большинство мировых религий сходились в том, что не стоит привязываться к материальному, я всегда была довольно сильно привязана к своему телу. — Если ты что-то…
— Ирида, — обиженно покачал головой он. — Мне жаль, что ты могла подумать, будто я способен умышленно нанести вред твоему телу. Оно в том же виде, в каком ты его оставила, — но не успела я облегченно вздохнуть, как он продолжил: — Хотя, должен заметить, оно изрядно поистрепалось.
Подумать только, словно о платье говорит, а не о теле!
— Да, — подтвердила я твердо. — И оно моё. Поэтому верни меня обратно.
  
Вот тут-то и выяснилось, что вернуть меня обратно совершенно невозможно, и на то есть целый ряд совершенно убедительных и весомых причин. Перемещение души между мирами это невероятно сложный процесс и ему, Марку, нужно посоветоваться с коллегами, чтобы разобраться, как именно сделать это, не навредив душе.
— Да ты же только сегодня ночью это сделал! — воскликнула я, изумленная тем, насколько бесстыдно он несёт полную чушь, глядя мне прямо в глаза своими кристально правдивыми глазами. Ну надо же быть такой сволочью!