Няня для дракона с большим… наследством (СИ)

— Я так понимаю, ваш эксперимент увенчался успехом, — заметил Кардус, привстав на кровати и тоже изучая открывшуюся нам картину. А там было на что посмотреть!
На широком подоконнике снаружи было выстроено (не могу сказать, что свито, именно выстроено) неряшливое гнездо из палок, веток и листьев. Оттуда же торчала забытая когда-то в саду Шемроком подзорная труба, какие-то тряпки, в которых я опознала шаль Стелларии, полосатый носок Лето, чей-то остроносый туфель, и парочка свежесорванных цветов.
  
На этом невозможном гнезде восседала самая красивая птица, которую я когда-либо видела. Нет, я таких не видела вообще, потому что у нас на Земле не существуют птицы с радужным оперением, сияющим собственным светом, с яркими изумрудно-зелёными глазами, хохолком, словно унизанным на кончиках пёрышек бриллиантами… А рядом, раздувая переливчатые пёрышки на горле и испуская мелодичные трели, топталась ещё одна такая же птица, распуская пушистый хвост, как у павлина, но короче, ярче и рассыпающий разноцветные искры.
Единственное, что мне подсказало, что это, скорее всего, действительно наши жабонки, так это короткие широкие клювы… ну и кошмарное гнездо тоже служило неплохой такой подсказкой. А так они отличались от невзрачных буроватых птиц, как… как… я даже сравнения не могла подобрать, настолько у меня перехватило дыхание от восторга. Это были какие-то ожившие драгоценные камни, а не птицы!
— Ну, теперь, когда мы поняли, что спальню придётся делить ещё с одной парой, может вернёшься, наконец, к покинутому мужу? — поинтересовался Кардус.
— Ну во-от! Ещё куча малышни, — послышался знакомый недовольный голос. — Их еще охраняй!
Кардус в изумлении повернулся к некоту, который с недовольной мордой вскочил на небольшой столик с остатками нашего ужина, задумчиво ухватил кусочек мяса с тарелки и продолжил:
— Требую увеличения зарплаты! Мне работы прибавилось!
— К-какой зарплаты? — начал заикаться Кардус, с лица которого не сходило ошеломлённое выражение. — Почему я тебя понимаю?
— А, — махнул лапой некот в сторону меня. — Это она тебя научила. Она же теперь твоя жена. Вы теперь с ней одно.
— Вот это да! — изумилась в свою очередь я. — Первый в истории случай, когда передача знания языка произошла половым путём!
— Зарплату мне увеличить не забудьте! — муркнул кот. — Ещё мяса! Вы мне такого не давали! Жадюги! — он доел с тарелки остатки ветчины и начал умываться.
— Оно же несвежее, — машинально сообщил Кардус. Таким удивлённым я его не видела, пожалуй, никогда.
— Тем более! Не забудьте: ещё мяса! Ладно, я пошёл. Некогда мне тут с вами!
Он спрыгнул со столика, столкнув бутылку с недопитым вином, и исчез в складках портьер.
Несколько секунд мы с Кардусом смотрели на расплывающееся по бежевому пуху ковра рубиновое пятно, а затем он повёл рукой, заставив разлитое втянуться в бутылку, которая вернулась на стол, и восторженно проговорил:
— Ты знаешь, это лучший подарок мне на свадьбу! Понимать некота! Потрясающе! — и в его голосе я отчётливо услышала интонации Шемрока.
И тут на нашу дверь обрушился град ударов и звонкие вопли мальчишек дали нам понять, что мы безбожно задержались в своём уединении.
— Папа! Папа! — вопил Шемрок из-за двери. — Мама!
— Хмм… тебя уже называют мамой, — улыбнулся Кардус. — Быстро они.
— Меня?
— А ты видишь тут ещё кого-то, подходящего на эту роль? — Кардус ехидно приподнял бровь, демонстративно осматривая комнату.
Жабонки за окном подозрительно прищурились в ответ, а тот, который стоял рядом с гнездом, прикрыл крыльями сидящую на гнезде пару.
— Жабонки! — кричал из-за двери Лето. — Они вылетели!
— Мы срочно должны проследить, где они загнездились! — вторил им суровый голос Арадия.
— Тихо! — крикнула Стеллария. — Они мне сказали, что далеко улетать не будут.
Я подошла к двери, рывком её распахивая, отчего куча мала из мальчишек, висевших на ручке с той стороны, вкатилась внутрь. Стеллария с Лоницерой на руках более чинно шагнула внутрь.
— Доброе утро, — расплылась она в широкой улыбке. — Там уже Винка приготовила завтрак. И, по-моему, у неё снова было предвидение, потому что она что-то бормочет о дополнительных силах и счастливом событии. Вы не знаете, о чём она?
— Ой, смотрите! Смотрите! — радостно подпрыгивал у окна Шемрок. — Они прямо тут загнездились! Сразу парой! Это точно счастье!
— Склонен с тобой согласиться, — серьёзно кивнул Арадий, поправляя на переносице очки. — Я вчера книгу начал читать…
— Тихо вы! — Стеллария подошла к окну и распахнула створки. В комнату влетело несколько радужных перьев, которые мгновенно были подхвачены Шемроком и Лето и вставлены в волосы.
— Ну не пугайтесь, — нежно-нежно промурлыкала она птицам. — Вы же тут надолго?
Жабонок сложил крылья, которыми закрывал свою подругу, и отошёл от гнезда. Его пара склонила голову набок, внимательно изучая девочку, и вдруг тоже встала со своего места.
Стеллария выглянула наружу и тихо пискнула от восторга. И даже Лоницера, сидящая у неё на руках, начала подпрыгивать и смеяться.
— Что там, что там⁈ — загомонили мальчишки, пытаясь подобраться ближе.
— У них там два яйца! — восторженно сообщила Стеллария. — Два! От волшебных радужных жабонков! А это значит… Это значит…
Она с сияющим лицом повернулась к нам всем и закончила:
— А это значит, что у нас скоро будут братики или сестрички!
Лоницера с довольным видом закивала, подтверждая сказанное.
— Ой! — сказала я, невольно хватаясь за живот. — Вы уверены?
Как такое возможно? У нас с мужем за всю жизнь так и не получилось, а тут буквально один раз… Ну ладно, не один. Ладно, очень много… Но ведь всего неделя!
— Охохонюшки! — раздался из коридора озабоченный голос Винки. — Ну завтракать же пора! Вам силы теперь нужны!
— Винка! — простонала я. — Мы же нормально общались, без этого выканья!
— А как мне обращаться? — удивилась Винка, возникая в дверном проёме и вытирая руки о белоснежный передник. — Вас же теперь трое сразу! А дети всё-всё слышат и понимают!
Лоницера снова серьёзно кивнула.
Я ошарашенно повернулась с сияющему гордостью Кардусу.
— Как так получилось, что об этом счастливом событии знают все, кроме меня? Это же сколько у нас теперь будет детей⁈
Кардус пожал плечами и, расплывшись в гордой улыбке, сообщил:
— Это неважно! Главное результат!
— Ну ты… Ну ты даёшь! — ляпнула я.
— Ну, чтоб двое сразу, такого у меня ещё ни разу не получалось, — довольно надулся он. — Думаю, это уже твоё желание.
Моё… Я погладила живот, в котором, как все уже знали, завелись два маленьких дракончика.
— А они будут драконами? — взволнованно спросила я.
— Обязательно! — кивнул Кардус. — Ну, может им понадобится на год-другой дольше, чтобы завершить трансформацию… Но они гарантированно будут драконами. А теперь… — он повернулся к детям. — Кыш завтракать! Мы с мамой сейчас к вам присоединимся.
И дети под чутким надзором Винки, гомоня и подпрыгивая от рвущихся наружу чувств, выскочили наружу.
— А какого цвета были яйца? — услышала я, как Арадий поинтересовался у Стелларии.
— Рубиновое и изумрудное.
— Подожди немного… — раздался шелест страниц. — Я тут вчера нашёл книжку научную про жабонков. Оказывается, когда они вот такие, они называются авис игнириус. И они действительно магические. Так… вот… Нашёл! 
На несколько секунд воцарилось молчание, а потом весь замок сотряс восторженный вопль:
— Рубин и изумруд! Ура-а! Это значит, что у нас будут братик и сестричка!
Дети подхватили восторженный вопль брата. По-моему, радостно верещала даже молчаливая Лоницера.
  
Кардус усмехнулся и махнул рукой. Дверь захлопнулась, отрезая нас от воплей в коридоре.
— Как тебе новости? — он подошёл и, обняв за талию, привлёк меня к себе. — Как самочувствие?
Я прислушалась к себе, перебирая ощущения, и подняла взгляд на мужа.