Няня для дракона с большим… наследством (СИ)

— Не тебе её судить, — ледяным тоном сообщил он. — С леди Умброй я разберусь сам. А ты, будь добра, уйми свою страсть к приключениям и займись, наконец, детьми. Я запрещаю тебе выходить из дома!
— Что за глупости? — возмутилась я. — Детям нужны прогулки! А старшая девочка, как я поняла, вообще почти всё свободное время проводит в саду! Или они должны гулять без присмотра няни?
  
— Пока что у меня создалось ощущение, что это именно они присматривают за няней…
Мне показалось, или уголок его рта подозрительно дрогнул в усмешке. И я решила ковать железо пока горячо:
— Хорошо, значит, они будут присматривать за мной, и у них не останется время на шалости, вроде проникновения в лабораторию.
Кардус тяжело вздохнул, сдаваясь:
— Хорошо. Но только сад. Никакого озера, никакой ловли животных… Смирно гулять по саду! Это ты в состоянии делать?
— Я много чего в состоянии делать, — буркнула я.
Нет, это какой-то ужас! С этим музеем-паноптикумом, меня окружающим, я сама себя не узнаю! Куда делись моя выдержка и профессионализм? Эдак я скоро тут сама одраконлюсь и на людей нападать начну с воплями «о, где мои бриллианты⁈»
— Да, ещё… Пожалуй, наш разговор о детях отменяется. Мне кажется, ты и без этого неплохо с ними поладила… А мне предстоит серьёзный разговор с леди Умброй и, пожалуй, со всей прислугой замка. Если её бриллианты действительно пропали прямо из сейфа, значит тут действует кто-то очень серьёзный.
Я было раскрыла рот, чтобы возмутиться в очередной раз, что никаких бриллиантов я в глаза не видела, но Кардус меня прервал:
— Я сказал «кто-то серьёзный»! — он смерил меня презрительным взглядом. — Ты не подходишь под это определение, извини. Но на общий допрос прислуги я вызову всех, так что тебе придётся явиться.
— Охотно извиняю, — фыркнула я. — Отрадно, что хоть кто-то верит, что я не брала эти дурацкие бриллианты. Зачем тогда весь этот фарс с допросом?
— Чтобы никого не выделять. И я должен идти. У меня разговор. А тебе нужно наконец заняться своими обязанностями. Ужин через два часа. Опаздывать не рекомендую.
И он, не дожидаясь ответа, развернулся и пошёл в дом, оставив меня разевать рот, как рыба, выброшенная на берег. Раздал приказания и пошёл! Смотрите на него! Сатрап! Это, значит, он сначала мою задницу ощупывает, а потом заявляет, что я прислуга? Вот дракозёл!
Ну ладно, будет тебе прислуга!
Пылая гневом пополам с жаждой мести, я тоже направилась в дом.
Дом встретил меня широченной лестницей на второй этаж, откуда разбегались в разные стороны лестницы поуже, и удручающей пустотой. Мрамор, позолота, парча. Версаль и Эрмитаж. Но куда идти-то? В версалях всяких хоть указатели есть!
Когда меня тащили из комнаты, было как-то не до запоминания дороги, у меня были дела поважнее: не споткнуться и не пасть духом (и задницей, конечно, тоже). Падения под ноги противных тётушек и полицейских в грязных сапогах, знаете ли, очень вредит реноме гордой и независимой девицы. Но сейчас я горько об этом пожалела. Вот совершенно не представляю, куда идти. Сейчас точно заблужусь тут без проводников и, упаси Господь, попаду снова в комнату Кардусу или его тётушке. Я аж содрогнулась при этой мысли. Интересно, гувернанткам тут отпуск положен? И молоко за вредность! А лучше коньяк. Молоком такое не поправить.
— А ты чего тут стоишь? — раздался голос Шемрока.
Занятая своими мыслями, я не заметила, как этот юркий дружок появился откуда-то, как чёртик из табакерки. Впрочем, вполне вероятно, что он воспользовался каким-нибудь потайным ходом. Во всех уважающих себя замках есть потайные ходы. А этот замок (или всё-таки дворец?) явно себя очень уважает. Как и его хозяин. Чтоб он своей огненной икотой подавился, дракозёл!
— Ты обиделась, что мы убежали? — продолжал выпытывать Шем. — Мы за папой побежали, чтоб он тебя спас!
— Он же спас? — присоединился к допросу Лето. — С тобой всё в порядке?
— Да-да, конечно, — кивнула я. — Спас, спас. Спасибо вам большое, вы, на самом деле, настоящие герои! Просто всё как-то неожиданно случилось, я растерялась.
— А у тёти и правда камешки украли! — мгновенно развеселился Шемрок, подпрыгнув. — Папа открыл сейф, а там пусто!
— А сейф хороший? — поинтересовалась я.
— Конечно! — важно ответил Арадий. — Папа сам его зачаровывал! Я видел. И даже немножко помогал!
— Ой, помогал! — фыркнул Шем. — Небось поднос держал с ритуальными свечами и мелками!
— Ну и что? — пожал плечами Арадий. Зато я там был и всё видел. И знаю, какие заклинания использовать. А ты нет. Ага!
— Да и не очень-то хотелось! А ты…
— Так, ребята, — вмешалась я. — У нас тут через два часа ужин, и папа ваш хочет, чтобы мы все, красивые и умытые, пришли вовремя. А нам ещё нужно обратно жабонков поставить!
— А до них точно тётя не доберётся? — опасливо поинтересовался Лето.
— Я ей доберусь! — кровожадно пообещала я. — Я сама до неё доберусь!
Не знаю, что со мной происходило, видно молодые гормоны бурлили в крови, но я чувствовала, что хватит с меня тётушки и её племянничка… Надо обзавестись каким-нибудь оружием вроде чугунной сковородки (видела такое у Винки на кухне) и быть готовой отстаивать свой суверенитет. А то ишь чего выдумали: прислуга и профурсетка!
  
Глава 25
 
Вербовка шпионов и манто с крылышками
 
Но сначала дело. Нужно проследить, чтобы дети были вычищены и умыты. А то вон снова умудрились угваздаться в грязи, штаны на коленках в пятнах от травы, а в волосах листики с дерева. Даже у чистюли и аккуратиста Арадия! Не дети, а какая-то липкая лента для всего окружающего мусора. Неудивительно, что Винка везде держит запас чистой одежды для них. Надо бы и мне этим озаботиться, раз уж я их няня.
Так что мы направились первым делом приводить в порядок мальчишек.
После всех процедур, перекусив маленькими бутербродиками, которыми нас снабдила сердобольная Винка, мы вернулись ко мне и заново расставили клеточки с жабонками на подоконнике.
— Не нравится мне держать их в таких маленьких клеточках, — посетовала я.
— Это временная мера, — серьёзно сообщил Арадий. — После первого кормления они не захотят сбегать.
— Ой, они же голодные! — ужаснулась я, стараясь не зацикливаться на мыслях о стокгольмском синдроме маленьких жабонят. — Они маленькие, и мы их не кормили!
— Это не страшно, — ответил маленький всезнайка. — Ночью мы наловим пажучков, покормим их, и всё будет хорошо.
— Мда… — пригорюнилась я. — Знаете, ваш папа за меня так боится, что разрешил мне гулять только в саду.
Ну не сообщать же детям, что их папочка деспот и сатрап, который готов меня на цепь посадить.
— Ух ты! — подпрыгнул Шемрок. — Тебя же могут похитить! Эти Держащие Закон — ужасные люди! Давай мы будем играть, что ты принцесса, которую хотят похитить, А мы — верные рыцари.
— А Держащие Закон — злобные драконы Хаоса! — вдохновенно добавил Лето. — И мы тебя спасём.
— Ну или папу позовём, — уточнил практичный Арадий.
— Но я хочу тоже ловить пажучков, — вздохнула я. — Думала, что мы пойдём в лес за ними…
— Нет, ты действительно не настоящая леди, — задумчиво сообщил мне Арадий. — Настоящие леди не ловят пажучков и не лазят по деревьям.
Я только успела обиженно набрать в лёгкие воздуха, чтобы сообщить этим детям о неуместности гендерных стереотипов в современном обществе, как Арадий радостно рассмеялся:
— Ты наверняка из фейри! — он даже в ладоши захлопал. — Только фейри такие беззаботные и делают, что хотят… и только фейри могут кричать на нашего папу.
  
— Точно! — просиял Шемрок. — И как я сразу не догадался!
— А что особенного в том, чтобы кричать на вашего папу? — удивилась я. — Тётушка вон тоже на него кричит.
— Нет, что ты! — замахал руками Лето. — Она не кричит, она ноет и скандалит. Но никогда не обзывается.
— Ага, — поддержал брата Шемрок. — Только фейри могут. Драконы вежливые, тоже не будут. А тётя полукровка, она ноет.