Не трожь Техас! (ЛП)

– Принесите нам одну говядину по-бургундски и одного цыпленка под соусом «Марсала». И мое пиво.
Напоследок неодобрительно закатив глаза, официант удалился.
Когда Джек наконец вернулся, она уже потягивала из запотевшей кружки и жадно поедала вторую булочку. Он сел напротив и нахмурился. Никки откусила еще один кусок, твердо уверенная, что ее бесплатный ужин только что подошел к концу.
  
Недовольство Джека как рукой сняло:
– Ты даже представить себе не можешь, как я рад, что ты пришла.
Никки чуть не подавилась. Что? И никаких замечаний по поводу ее дурных манер? Джек хорошо играл. А играл он хорошо только тогда, когда по-настоящему чего-то хотел.
Так сильно желал, чтобы она вернулась? Это ничего бы не изменило, но чье эго может устоять перед лестью?
Джек взял льняную салфетку и вытер лоб, Никки только сейчас заметила, что он вспотел. Потливость хорошей игре только на руку, но Джек никогда не потел.
Ее щемящее нутро подсказывало – что-то было не так, и причина заключалась не только в ней. Никки наклонилась вперед:
– В чем дело, Джек?
***
Даллас О’Коннор вошел в здание, в котором располагались его фирма и квартира. Остановившись в дверном проеме, он подождал. Пять секунд. Десять. Когда Бад его не встретил, Даллас посмотрел на стоявший у ближайшей стены гроб. Кто-то снова открыл проклятую штуковину.
– А ну вылезай оттуда, – прорычал он низким голосом.
Спустя одну миллисекунду Бад – сокращенно от Будвайзер – выглянул из гроба, свесив щеки с края полированного деревянного ящика. В глазах вспыхнула боль из-за того, что его отругали. Бад, английский бульдог, очень не любил, когда его ругали.
– Вылезай, – скомандовал Даллас, еще сильнее понизив голос. – Это не собачья лежанка.
Прежние владельцы здания, бывшего похоронного бюро, забыли чертову гробину, когда шесть месяцев назад отсюда выехали. Даллас оставил кучу звонков и сообщений с просьбой забрать проклятую штуковину, но ответа не получил. В последний раз он давал им на вывоз одну неделю, грозился, что продаст деревянную обузу на «еБей». О’Коннор устал объяснять клиентам, почему у него в холле стоит гроб.
Пес выскочил из ящика и пулей понесся к Далласу. Погладив четвероногого друга по боку, Даллас глянул на часы и поспешил в офис. Там он обнаружил Тайлера, одного из своих партнеров по фирме «Не трожь Техас! – Частные расследования». Тот слушал настроенный на полицейскую частоту сканер и одновременно смотрел телевизор. Тайлер всем своим видом выражал беспокойство.
– Он еще не звонил? – Даллас достал из кобуры пистолет и положил в свой стол – он так и не избавился от этой привычки, сложившейся за семь лет работы в департаменте полиции городка Гленко. Он жалел, что не мог вернуть тех семи лет. Единственной хорошей вещью, случившейся за эти годы, была дружба с его партнерами по «Частным расследованиям», Тайлером и Остином.
Тайлер отвлекся от телевизора:
– Пока молчок. В парке повезло?
– Видел там двух любительниц бега трусцой, но ни одна не подошла под описание Нэнса.
Помрачнев, Тайлер откинулся на спинку кресла.
– Боюсь, нам не удастся спасти этого мальчишку. Пойдет за решетку за грабеж.
– Еще не конец. – Даллас ни за что не позволит невинному парнишке мотать срок. Но прямо сейчас им с Тайлером следовало беспокоиться за своего парня. Даллас направился к полицейскому сканеру.
– Копов еще не вызвали?
Тайлер кивнул и озабоченно свел брови, отчего пятисантиметровый шрам над его правым глазом натянулся сильнее.
– Тридцать минут назад.
– Дерьмо, – ругнулся Даллас. – Какого черта он не позвонил?
– Ты же знаешь Остина, – откликнулся Тайлер. – Он волк-одиночка.
– Мы так не работаем, – сказал Даллас, но глубоко внутри знал, что все они были волками-одиночками. Жизнь научила их, что это единственный способ выжить. Их подставил жалкий наркодилер по имени Делуна, а потом почти все, кому они верили, от них отвернулись – это не считая проведенных в тюряге шестнадцати месяцев – что ж, вот такой урок. Он-то и научил, что доверять можно только самому себе.
Даллас глянул на молчавший телевизор.
– Никого освещения в СМИ?
– Пока нет, – ответил Тайлер. – Но копы вызвали еще один наряд, чтобы помочь сдерживать репортеров, так что, СМИ уже там.
– Ты пытался с ним связаться? – Даллас набрал номер Остина.
– Не отвечает. – Тайлер схватил пульт и увеличил громкость. – Кое-что есть.
Не отнимая мобильника от уха, Даллас перевел взгляд на рыжеволосую репортершу на экране; телефон переадресовал звонок на голосовую почту Остина, и О’Коннор дал отбой. Камера наехала на репортершу, когда та объявила экстренный выпуск новостей.
– Боже, какая горячая, – сказал Тайлер.
Даллас оценил рыжулю и то, как близко у рта она держит микрофон.
– Тебе нужно перепихнуться.
– Идет, – согласился Тайлер. – Не хочешь поделиться номером той сексапильной брюнетки, выходившей отсюда на прошлой неделе? Или скажи своей бывшей, пусть нанесет мне визит. Она тоже могла бы оставить у меня свое нижнее белье.
– Очень смешно, – отозвался Даллас, пожалев, что рассказал парням о косяке с бывшей. И потом, он ничего им не говорил. Его пес рассказал. На следующее утро Бад притащился в офис, зажав в обвислой морде красные трусики. К счастью, Сьюзан – известная как горячая брюнетка – заботилась о том, чтобы забирать свое белье с собой, когда вылезала из его кровати.
И она не ждала – или не хотела – большего, чем он готов был дать. Идеальные отношения – чистый секс. Дважды в месяц, когда ее бывший муж забирал детей на выходные, она приезжала к Далласу. Большую часть ночей она даже не задерживалась до утра. Секс и кровать в его полном распоряжении – о чем еще просить парню?
Репортерша начала говорить:
– Мы находимся у дома Блейка Малларда, генерального директора компании «Эйкон Ойл». Нам позвонил аноним и сказал, что грязные махинации мистера Малларда, как в его компании, так и в личной жизни, должны быть преданы гласности.
Женщина сделала паузу.
– Остин должен был убраться оттуда. – Тайлер провел пальцем по шраму на виске. Он заработал его во время их пребывания в тюрьме. И хотя Тайлер никогда о драке не рассказывал, Даллас знал, что парень, который оставил его другу отметину, невредимым не ушел. Если верить слухам, парень на своих двоих вообще никуда не ушел – уехал на носилках. Проведенное в тюрьме время никогда не походило на прогулку по парку, но Даллас подозревал, что Тайлеру за решеткой было тяжелей, чем ему и Остину вместе взятым.
Едва сдерживая улыбку, репортерша заговорила снова.
– Согласно нашим источникам, Малларда обнаружили прикованным к кровати вместе с девушкой по вызову. Пропавшие файлы, которые, как клялся Маллард, были украдены из его кабинета, нашли в той же комнате. Нам сообщили, что полицейских в резиденцию вызвала жена Малларда, которая беспокоилась, что к ним кто-то вломился. – Спустя несколько секунд тишины, журналистка продолжила. – Нам также сообщили, что обнаруженная с Маллардом девушка утверждает, будто парень в костюме клоуна приковал их к постели и вытащил файлы из личного сейфа Малларда.
– Вызывали? – донесся с порога голос Остина.
Даллас поднял голову и посмотрел на него:
– Ты… – О’Коннор не мог подобрать слов.
– Мне нравится, – сказал Тайлер и засмеялся.
– Ты про это? – Остин указал на свой клоунский костюм в ярко-красный и синий горошек и на разноцветный парик. Стащив с себя фальшивую шевелюру, он подбросил ее и поймал.
  
Даллас помотал головой:
– Любишь комедию ломать?
– Комедию ломать? Ты что, шутишь? Вышло блестяще. Это закрытая территория. Мне нужно было пройти мимо охраны. Соседи Маллардов отмечали день рождения. Парня в лыжной маске они не пустили бы, а клоуна? Не проблема. – Остин посмотрел на экран. – Я сделал новости?