Дейр (ЛП)

— Звучит как достойная цель. Возможно, ты найдешь кого-то, кто уйдет просто потому, что возненавидит работать на тебя.
Он запрокинул голову и засмеялся.
— Было бы занятно, — добавил он, когда снова отдышался.
— Зачем тебе вообще ассистент?
Тернер покачал головой, словно я упустил что-то важное.
— Ты можешь немного притвориться автором-затворником, давая несколько интервью, кажется, один или два раза в год? Тебя нет в Фэйсбуке. Нет аккаунта в Твиттере. Черт, ты, наверное, даже не знаешь, что такое Инстаграм.
Так и было, но лишь потому, что слышал, как они с Кенди говорили об этом несколько раз, и, насколько я знал, это было место, где женщины размещали свои снимки декольте (а мужчины заходили смотреть на них).
Он закатил глаза, глядя на меня.
— Я хочу сказать, что в писательском мире есть лишь несколько человек, которые могут делать это, как Аласдейр чертов Мастерс.
Я продолжал смотреть на него.
Он снова покачал головой, как будто я был безнадежным.
— Для тебя это срабатывает, но некоторым из нас нужно продвигаться. Это значит, что помимо написания книг, есть другие виды работ с полным рабочим днем, которые могут быть выполнены или нет, и если у нас не будет такой помощи, выпуск нового релиза может провалиться или нет.
Наконец-то, в этом был некоторый смысл, хотя у него его не было.
— Значит, действительно есть над чем работать, а ты продолжаешь нанимать людей, которые этим не занимаются?
— Больше нет. Клянусь. Кенди была последней. Но хватит обо мне. Как дела с Лурдес? Ты снова с ней встречаешься?
Я покраснел. Мне не понравилась его формулировка.
— Мы пошли выпить кофе. Как друзья. Мы не встречались.
Он пожал плечами.
— Ну, она горячая. Сто процентно. По-моему, она смогла бы стать дублером Николь Шерзингер. Может, тебе все-таки стоит пригласить ее на свидание. Почему, блядь, нет? Есть один большой плюс: могу гарантировать, что она не будет домогаться тебя после траха.
— Удивляюсь, что ты сам не пригласил ее на свидание, — размышлял я, думая об этом. Я знал, что она один раз точно делала для него портретные снимки, так что они были знакомы, а такая девушка, как Лурдес, была настоящим плэйбойским магнитом для такого парня, как Тернер.
Он покраснел, ерзая. Мне потребовалось время, чтобы понять выражение его лица, потому что я никогда раньше его не видел.
Ему было неловко.
— Ты приглашал ее на свидание, — догадался я.
Он комично поморщился.
— Ага. Я не в ее вкусе. Думаю, я немного перегнул с ней палку сразу после ее развода. После этого она отказывается отвечать на мои звонки, даже в профессиональном плане.
— Что такого ты натворил?
— Ничего страшного. Я был немного груб, а она леди. Замолви за меня словечко перед ней, ладно? По крайней мере, в профессиональном плане, если больше ничего не светит. Мне бы не помешали несколько новых снимков.
— Посмотрю, что можно сделать, но, скорее всего, я не увижу ее в ближайшее время.
— Уверен, что нет, жеребец.
Как будто по желанию чертова Тернера, три дня спустя я случайно столкнулся с Лурдес на рынке.
Мы обнялись, она по-европейски поцеловала меня в обе щеки. Мы пошли выпить кофе и болтали больше часа.
Мне очень нравилась ее компания.
Что-то в ней изменилось, новый румянец на щеках, которого раньше не было. Ее глаза сияли по-новому. Я задумался, чем она занималась.
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал я ей, возможно, в третий раз.
Я идиот. Она всегда выглядела великолепно.
Она покраснела от удовольствия и поблагодарила меня.
Но в ней было что-то такое, такое тонкое изменение, которое заставило ее перейти от естественной красоты к сочащейся сексуальной привлекательности.
Я знал, что она не часто встречалась, если вообще встречалась после развода, но внезапно я задумался, не занимается ли она сексом.
«Вот что это было», — подумал я, — «вид хорошо оттраханной красивой женщины».
Возможно, разыгралось мое богатое воображение, но она действительно хорошо выглядела. Не просто обычное ношение правильного цвета, а как будто постоянно твой мир взрывался.
 
Мне было интересно, но у нас не было той дружбы, при которой я мог бы просто подойти и спросить о подобном.
Мы пошли погулять после кофе; на самом деле я проводил ее почти до ее дома, который был поблизости.
Всю дорогу до дома я старался не прикасаться к ней, струсил и сказал, что я убегаю на встречу, которая была ложью.
Я просто не мог понять, насколько я ей интересен. Мне не хотелось попасть с ней в неловкую ситуацию, если я мог этого избежать.
Я все еще был влюблен в восемнадцатилетнюю девушку, которую держали в плену бог знает где по непонятным причинам.
Жизнь продолжалась без единого слова от Ирис, и я чувствовал себя дураком.
ГЛАВА 8
МЕСЯЦ СПУСТЯ
Я даже не могу вспомнить, о чем было сказано в коротком телефонном звонке, из-за которого ехал через весь город посреди ночи во вторник.
Я запомнил звук ее голоса и его тон.
Спокойный и уверенный.
Даже легкое прикосновение, как будто я уже не ждал, не волновался и не отчаялся услышать от нее хоть слово с тех пор, как мы в последний раз были вместе.
Я не помнил, как одевался, но к тому времени, когда добрался до гаража, мой разум прояснился.
Я взял свой черный Q7 [прим. — Audi Q7], потому что в нем было слегка больше места. Я не знал, чего ожидать.
Еще я вспомнил, где она сказала мне встретиться с ней и почему это была такая странная просьба.
Это был тот проклятый неоновый рейв-клуб, откуда мне пришлось забрать ее несколько месяцев назад. То же самое место, где кто-то подсыпал ей что-то в напиток.
О чем, черт возьми, она думала, что снова оказалась там?
И когда она вернулась в город?
Мне придется подождать, чтобы узнать, потому что она повесила трубку, прежде чем я смог задать хоть один вопрос.
Я оглянулся, когда припарковал свою Ауди возле обочины рядом с детьми, разрисованными неоновой краской и находившихся под бог знает чем.
— Это коп, чувак! — закричал один из них, и я на мгновение замер, оглядывая себя.
Я надел темно-серые спортивные штаны и подходящую футболку, мои непослушные каштановые волосы, как обычно, были растрепаны, и в этом я оказался похож на полицейского? Или они были просто под кайфом?
Не важно. Я проигнорировал их, проходя мимо. Меня беспокоил только один человек в этой неоновой неразберихе.
Мне потребовалось всего несколько минут, чтобы осмотреть всю толпу, выстроившуюся в очередь вдоль улицы. Ирис было всегда легко заметить, поэтому мне не пришлось особо искать, чтобы понять, что ее на улице нет.
С многострадальным вздохом я направился внутрь.
Охранник не хотел меня впускать, но именно по этой причине я взял с собой наличку.
Я протянул ему полтинник, и он молча отошел в сторону.
Я вошел в тесный, переполненный коридор, который, казалось, никогда не закончится. Это место было сумасшедшим из-за громкой хаус-музыки, просачивающейся сквозь стены, и огромного количества укуренных людей, занимающих очень узкое пространство.
Я прошел через извивающиеся тела, просматривая каждую промелькнувшую голову.
Ее нигде не было.
В конце коридора у двери стоял еще один охранник. У него была противоположная реакция, чем у того парня.
Он осмотрел меня с головы до пят.
— Ты — Дейр?
По понятным причинам меня это застало врасплох, я поймал себя на том, что киваю.
Что, черт возьми, сейчас происходит?
Он кивнул в ответ, вытащил из-под воротника микрофон, которого я не видел, и заговорил в него.
Очевидно, это была хорошо организованная рейв-вечеринка.
— У нас здесь Дейр, — громко сказал он. — Бруно, можешь провести его наверх?