Дейр (ЛП)
Автор: Р. К. Лилли
Книга: «Дейр»
Серия: Необузданная сторона — 3 (Одни герои)
Переводчики: Алекс (1–4); Екатерина Д. (5, 6, 12); Елена Ч. (7, 8, 13);
Анна Б. (9-10); Иришка К. (11, 14, 15 и эпилог)
Редактор: Evgeniya A
Обложка: Wolf A.
Вычитка: Екатерина Д.
Переведено для группы: Золочевская Ирина || Б. Б. Рейд
ГЛАВА 1
Я попробовал еще раз.
Пытался уйти от нее, оставаясь занятым.
Но на этот раз все было по-другому, бремя ее отсутствия еще больше усилилось горечью постоянства.
Тем не менее, я попробовал.
Сначала я вел свой новообретенный социальный календарь.
Я ходил к Тернеру два раза в неделю, чтобы поговорить и выговориться. Это действительно помогло; его компания была мне полезна, но только до тех пор, пока я снова не оставался один, со своими мыслями и этим сокрушительным чувством потери.
Был вторник, через несколько недель после письма, и мы пили кофе, пока он слишком много говорил (чтобы отвлечь меня), и я позволил ему это.
На нем были спортивные штаны и красная облегающая футболка с изображением Тириона Ланнистера с надписью imp, его руки загорелые и выпуклые, настолько большие, что мне захотелось снова пойти в спортзал, как только я выйду из его дома.
— Теперь ты едва можешь прийти ко мне домой, — пожаловался он после того, как Кенди наконец оставила нас одних и вернулась в свой офис. Она сидела рядом со мной на кушетке перед столом Тернера, в течение целых пяти минут пробуя еще больше своих откровенных нападок.
Я только отмахнулся от этого, даже не краснея. Я привык к ней.
— Тебе удалось заполучить Кенди, черт возьми.
— Мне? — недоверчиво спросил я. — Ты собираешься обвинить меня в этом? Это ты задаешь ей все эти гипотетические вопросы о том, чтобы трахнуть меня.
Он выглядел задумчивым.
— Ты делаешь доброе дело. С этого момента все мои новые помощники должны будут доказать, что они понимают слово «гипотетический», прежде чем они получат эту работу.
— Кенди уже уходит?
— Я думаю да. Она ненавидит свою работу, и она ужасна в ней. Я даю ей еще две недели, прежде чем она уйдет по собственному желанию.
Я просто покачал головой, смеясь.
Не в первый раз он начал выдвигать теории о том, что случилось с Ирис, и я тоже, но мы оба были писателями художественной литературы, поэтому было ясно, если это не было сказано, что мы не должны доверять нашим собственным надуманным убеждениям и идеям.
— Бьюсь об заклад, это что-то связано с секс-торговлей. Она принадлежит некоему шейху, а этот ублюдок в «Ягуаре» был нанят, чтобы следить за этим имуществом.
Мне действительно не нравилась эта теория.
Он выдвинул несколько, и ни одна из них мне не понравилась, но эта определенно была наименее интригующей. Фактически, мое сверхактивное воображение изобразило это в картину, от которой мне стало немного плохо, еще до того, как он закончил.
Настолько плохо, что я начал возражать против этого.
— В этом нет смысла. Что-то с этим парнем не так. Он ненавидит меня, и однажды я видел, как она поцеловала его в щеку. И он коснулся ее волос.
— Ну, блядь. Может, она из ФБР, ЦРУ или чего-то в этом роде. Тот удар, который она нанесла Тэмми, был довольно крутым.
— Может быть. У меня только что сложилось очень отчетливое впечатление, что чем бы она ни занималась, она, похоже, не желает участвовать. Казалось, она убегает от него. И ей было страшно. Она призналась мне в этом. И, по твоему мнению, она слишком молода, а это слишком рано, чтобы служить в ФБР или ЦРУ.
— Не обязательно, но я признаю суть дела. Как насчет того, что ее заставили быть дорогостоящей проституткой, а этот блондин — ее сутенер?
— Думаешь, она станет целовать сутенера в щеку?
— Стокгольмский синдром.
— Я же говорю, с ним какие-то личные счеты. Он яро ненавидит меня. Я мог сказать это по взгляду.
— Ну, я уверен, он мог сказать, что ты ненавидишь его тоже. Не могу винить парня за ответ.
— На чьей ты вообще стороне?
Его ярко-голубые глаза смеялись надо мной, даже когда он пытался сохранять невозмутимое лицо.
— На твоей. Блин. Просто пытаюсь найти ответы и, возможно, подыскиваю новую историю для книги.
Я указал на него.
— Не смей писать об этом.
Он ухмыльнулся, как будто собирался сделать все, что ему угодно. Он всегда так делал.
— Может, она связана с мафией. Эй, я кажется знаю. — Он щелкнул пальцами, и его лицо оживилось.
Он был слишком взволнован этим.
— Ее отец — босс мафии, этот блондин — ее телохранитель, и он влюблен в нее. Она ушла, потому что не хочет, чтобы ты был связан с «семьей». Ее отец, вероятно, убил бы тебя, если бы узнал о тебе.
Конечно, это меня не волновало, но это казалось таким же верным предположением, как и все остальное сказанное до этого. Догадка. Это было чертовски неприятно, потому что я начинал сомневаться, что когда-нибудь получу какие-либо реальные ответы.
Он покачал головой, изобразив насмешливую гримасу жалости.
— А ты, бедный ублюдок, ты влюбился в какую-то дикую молодую девушку, которая только решала проблемы своего отца на твоем восторженном члене.
— Должен сказать, я никогда не думал, что снова влюблюсь в кого-то. Не думал, что это во мне вообще есть. — Я видел его приподнятые брови. — Ой, стой. Тебе видней. Представление о том, чтобы быть влюбленным и любить, идея о том, что два человека могут так увлечься друг другом и иметь это устойчивое чувство, я не знаю, я просто где-то потерял веру в это.
— Это чертовски удручает, чувак. Что за хрень? Ты в своем уме?! Не требуется детектива, чтобы выяснить, где именно ты ее потерял.
Я моргнул, ожидая, что он продолжит.
Он усмехнулся, явно собираясь сказать что-то возмутительное.
— В скупой распутной киске твоей бывшей жены… вот та тонкая деталь, которую я пытаюсь изобразить.
Ошеломленное выражение моего лица, казалось, побудило его добавить:
— Ты потерял веру в романтическую любовь после двадцати лет, когда эта сука была поймана с поличным.
— Это так хреново, — выдохнул я.
Я не мог перестать качать головой и смеяться.
У этого человека не было фильтра ни для его извращенного мозга, ни для его возмутительного рта.
— Тернер, у тебя на первой линии Пеппер! — крикнула Кенди из другой комнаты.
Он закатил глаза.
— Приехали. Вот пиздец. Пеппер — старая помощница, звонит мне хотя бы раз в неделю, чтобы сказать, что я проиграл, когда закончил с ней отношения. Не в обиду, но она читала бы мне лекции часами, каждую неделю, если я ей позволю. Смотри.
Он поднес телефон к уху, выслушал несколько предложений, затем сказал:
— Кенди могла бы воспользоваться некоторыми твоими советами. Хочешь с ней поговорить? — он зажал трубку рукой и крикнул: — Кенди! Пеппер на первой линии, хочет поговорить!
Кенди издала недовольный визг в другой комнате.
— Ты ублюдок! — крикнула она, но через несколько секунд я услышал, как она разговаривает по телефону с Пеппер.
Тернер ухмыльнулся.
— Работает каждый раз. Женщины любят заводить друг друга.
— Пеппер [прим. пер. Перец]? Почему ее зовут Пеппер? — спросил я.
— Поверь мне: ты не захочешь знать.
Я действительно доверял ему в этом. По иронии судьбы, я начал доверять ему во многих вещах.
Тернер оказался для меня хорошим другом и всегда меня сильно отвлекал, но как только я оставался один, я снова становился одержимым Ирис.
Как можно влюбиться в человека, которого на самом деле не знаешь? Кого-то, кто кормил вас только ложью?
Кого-то, кому ты знаешь наверняка, что нельзя доверять?
У меня было двоякое мнение по этому поводу: с одной стороны я не мог так слепо доверять и идти на поводу.
С другой я не мог не обращать внимание на логику, не заботясь о последствиях, пока у меня было то, что мне было нужно.