Кровь черного мага 7 (СИ)

— И которые тот никогда бы не осуществил, — заметил я. — В отличие от меня.
— Вы о планах Прегиля о возрождении Ханзы и канале между морями? Вы уже что-то подписали?
Я поглядел на Маделиф с неодобрением.
— Если вы сейчас снова беспокоитесь о независимости Фризии и что планы Базилиуса навредят герцогству, я в очередной раз вам говорю, что ничего подобного не случится, — я взял ее за руку, сжал ладонь и наклонившись к волшебнице прошептал: — Что на вас опять нашло? Мне казалось, что ваше двойственное отношение ко мне испарилось, когда вы поставили подпись на известные бумаги и надели мне на палец это.
  
Я показал кольцо.
— Простите, это сложно объяснить но… — прошептала в ответ Маделиф. — Вероятно оно окончательно исчезнет, когда вы измените свой статус и то предсказание не сбудется…
— Феерично, — я выпустил ее руку, подобрал отвертку и снова занялся разбором телескопа. — От Дагоберта или Ореля видеть недоверие — вполне ожидаемо. Но от вас…
— Эгихард…
Бледные щеки Маделиф запылали. Я глянул на нее хмуро, отчего она почувствовала себя еще более неловко, а потом, не сдержавшись, подмигнул и тихо засмеялся.
— Вы же знаете, что я не обижаюсь, — прошептал я и мягко приобнял ее. — Кстати, усталость порождает неуверенность, а вы давно толком не отдыхали. Можете идти спать, пока мы тут возимся с прибором.
Маделиф прижалась ко мне, на этот раз с тем самым доверием, какое у нее было, когда она считала, что защитить ее кроме как мне некому.
— Нет, я должна узнать, что вы найдете, — отозвалась она и, отстранившись, попросила Ноткера принести ей еще кофе.
Всё это время Карлфрид и Финбарр старательно делали вид, что они ничего не слышали и не видели. Около мага на столе уже стоял целых ряд мелких винтов. Через минуту, я вывентил их со своей стороны и мы, вынув линзы, сняли с телескопа трубу, распавшуюся в наших руках на две половины. Внутри, действительно находилась еще одна труба по диаметру раза в три меньше. По всему ее периметру были проделаны прорези, рядом с которыми находились механизмы, опускающие и поднимающие различного вида и цвета линзы. Но и это было еще не всё.
— Великая Луна… — только и сказал Карлфрид и, взяв линзу объектива, приблизил к трубе, использовав как увеличительное стекло.
Я тоже разглядел, что весь корпус трубы покрывала тонкая, едва заметная гравировка. Ноткер, без слов поняв мой взгляд, тут же наколдовал мне еще одно увеличительное стекло, чтобы я смог рассмотреть надписи.
— Целая сеть заклинаний, — произнес Карлфрид. — Очень сложная и… Это очень похоже на сложный алгоритм, какой используется в вычислительных машинах.
— Мы, при создании артефактов используем два, максимум три заклинания, — сказала Маделиф, нахмурившись. — А их тут, судя по всему, сотни.
— И мы не используем систему алгоритмов даже накладывая многослойные, сложные охранные заклинания, — так же мрачно отозвался Карлфрид. — Ульрих ведь увёз антимагическое оборудование из Пруссии сюда. Но наверняка местные маги еще не успели с ним разобраться. Если мы найдем внутри тех приборов что-то похожее — это действительно катастрофа для нас всех!
— Ты ведь говорил, что это телескоп, Харди, — заметил Финбарр, с непониманием поглядев на нас. — Если это не телескоп, то что тогда?
— Телескоп, Барри, только магический. Благодаря заклинаниям превращающийся в идеальный прибор для слежки.
— Вот тут, похоже, резервуар для заправки, — сказал Карлфрид и развернув ко мне, показал на крошечный бак с отвинчивающейся пробкой. — Без «топлива» прибор не выдает в себе магическую вещь.
— Проверим? — спросил я, вывинтив крышку и достав охотничий нож.
— Хотите пролить туда свою кровь? Но ведь это может оказаться опасным, — заметила Маделиф. — Вдруг он испепелит кого-то? Возможно у прибора есть и подобные функции.
— Нет, не вижу ни одного боевого заклинания, — сказал Карлфрид, изучив под лупой остальные выгравированные на корпусе трубы надписи. — Если это всё сделал Желимир сам, то он чертов гений.
— Еще бы он не был параноиком, цены бы ему не было, — сказал я и Карлфрид смущенно кашлянул, расслышав иронию. — Но если серьезно, я согласен, что у Желимира стоило бы поучиться подобному. Хотя для меня всё же удивительно, что он, являясь учеником Чистослава, превзошел его. И не просто превзошел, а в разы перепрыгнул уровень учителя.
— Думаю, не без помощи предсказаний, — заметила Маделиф. — Уверена, что господин Лешик многие из своих знаний почерпнул именно оттуда.
Карлфрид кивнул, а я проколол себе подушечку в пальце. Пяти капель хватило, чтобы крошечный бак телескопа наполнился. Мы с Карлфридом, снова установили линзы объектива и окуляра, надели на телескоп внешнюю трубу и завинтили на место все винты. Карлфрид изучал окуляр.
— Хм, сразу не заметил, но тут есть несколько колец настройки — видимо как раз они служат для управления внутренними линзами. На чем будем проверять, Ваше Величество?
Я поглядел в сторону окна. Оно выходило во внутренний двор Гильдии, как раз напротив было крыло, где располагалась библиотека.
— Вы уже одну библиотеку уничтожили, — заметила Маделиф. — Я бы все же перестраховалась и направила прибор на что-то другое.
— Не беспокойтесь, у меня нет в планах уничтожать Хайдельбергскую библиотеку. Хотя ирландскую я вроде тоже сжигать не планировал, — я не смог удержаться от усмешки.
Но Маделиф совсем посерьезнела, наклонилась ко мне.
— С самого Совета хочу спросить, что вы видели? Я про будущее Ирландии. Расскажите, пожалуйста, — с тревогой произнесла она.
— Если вы беспокоитесь о Тэе и Энгусе, то им ничего не грозит, — произнес я. — И, кажется, я об этом вам уже говорил.
Маделиф взяла мое лицо ладонями, пристально всматриваясь в меня. Я почувствовал, как ее пальцы снова дрожат.
— Что ты еще видел, Эгихард? — едва слышно спросила она. — Здесь, в нашей стране.
— Ничего. Хм, вы опять на «ты» перешли? — я глянул на нее с насмешкой.
— Не понимаю, почему тут у тебя не было четких видений, — произнесла Маделиф, проигнорировав мои последние слова и еще тише спросила: — И ты даже не видел себя в качестве императора?
— Только по радио слышал из две тысячи тридцать пятого года.
— Про себя⁈ — изумилась Маделиф.
— Нет, про империю.
— Но почему ты решил, что императором будешь ты?
Я поглядел на нее так, что она выпустила меня и отодвинулась.
— Это вообще ни разу не смешно, — сказал я, хотя волшебница смеяться разумеется и не думала — лишь выразила сомнение. — Давайте уже проверим этот чертов телескоп.
— Жаль у нас нет инструкции, — заметил Карлфрид, поставил стойку и посмотрел на Финбарра. — Поможете, господин Лехри?
Финбарр поставил телескоп на треногу, а Карлфрид закрепил его, повернув специальные винты.
Я подошел к телескопу, посмотрел в окуляр, но ничего, кроме расфокусированного вида на окна библиотеки, в которой горело неяркое ночное освещение, не увидел. Тогда я осторожно покрутил одно из колесиков настройки. Картинка резко поменялась: стена библиотеки вдруг исчезла, открыв взору внутренний зал. Я покрутил еще колесики. Настройка одного подсветила алым крошечные фигурки кобольдов-библиотекарей, другая подсветила синеватым какие-то книги на полках.
— Ноткер, иди-ка сюда, — позвал я. — Посмотри в окуляр. Видишь светящиеся синим книги? Узнай про что они.
— Да, Ваше Величество, — кобольд на несколько секунд приник к окуляру, изучая расположение книг.
Когда он исчез, я сделал знак остальным посмотреть в телескоп.
— Интересно, сколько стен он может «пробить»? — задумчиво произнес Карлфрид.
  
— Если он дотянет до темницы, то я соглашусь с вами, что Желимир — чертов гений, — произнес я и, прикинув расположение темниц, наклонил телескоп объективом вниз, направив уже не в окно, а прямиком в пол моей комнаты.
Я посмотрел в окуляр, подкрутил колесико, похоже ответственное за настройку фокусировки. Внизу оказался чей-то кабинет, слабо освещенный светом, попадающим из окна. Я покрутил другое колесико. Кабинет пропал, показав длинный коридор. Я крутил колесико до тех пор, пока телескоп не «пробил» стены до холла первого этажа, а затем до знакомого подземелья.