Кровь черного мага 7 (СИ)

Чистослав с неодобрением поглядел на своего коллегу.
— В архив мог проникнуть маг гораздо сильнее вас и забрать эти листы, а вы действительно ничего бы не заметили.
— Но как бы он узнал о них? Ему пришлось бы проверять тот ящик каждый день! Кроме того я установил весьма мощную защиту, которую даже никто из черных магов бы не преодолел. Снова положил в ящик то предсказание. И оно вновь пропало.
  
— И вы ничего мне не сказали об этом? — Чистослав нахмурился. — Впрочем, с другой стороны ваш рассказ выглядит как приступ паранойи. Может быть, вам всё это примерещилось, Желимир?
— Вы даже не спросите, о каком предсказании я говорю?
— Догадываюсь о каком, раз речь зашла о «драконе», — Чистослав поморщился. — Это всё чушь!
— Но вы же сами на прошлом Совете говорили о нём! Пытались убедить, что господин Райнер-Наэр принадлежит роду драконов «белых копий»!
— Я пытался напугать и разобщить Совет. Не лучшая была попытка.
Желимир уставился на Чистославом с непониманием.
— Погодите, вы сами не верите, что господин Райнер-Наэр принадлежит роду тех драконов?
— Почему же. Вполне верю. Но вот только то предсказание помечено как неповторяющееся и оно вполне себе сохранилось в архиве и никуда не исчезало. Что-то не сходится, Желимир.
— Знал, что вы мне не поверите. Поэтому принес вам свежий вариант. Тут в темнице, конечно, антимагические заклинания, может оно и не исчезнет. Но если это случится, вы убедитесь, что я не лгу.
Маг извлек из внутреннего кармана пальто сложенный вчетверо лист, протянул Чистославу.
— Я заметил что оно всегда исчезает в три часа ночи, так что ждать осталось недолго.
Чистослав Черный, взял лист, но не стал разворачивать.
— Вы понимаете, что дали обычный лист, на котором можно написать что угодно. И что это не доказательство?
— Нет, вы не поняли. Я собрал предсказательную машину тут в Хайдельберге. И это свежее сегодняшнее предсказание, которое я сделал по тому самому запросу.
Чистослав поглядел на мага как на сумасшедшего.
— Мне кажется, вы всё же не в себе, Желимир. Зачем вы всё-таки пришли сюда? Рассказать о своей паранойе? Нелюбви к драконам? Или сделать что-то более серьезное? Например, помочь мне сбежать отсюда?
— Я вас освобожу только когда увижу, что вы мне верите и не считаете сумасшедшим.
— Даже если этот ваш проклятый листок исчезнет — это ровным счетом ничего доказывает.
— Разверните лист и посмотрите на то, что я видел.
— Погодите, разве это не то же самое, о чем я и так знаю?
— Предсказание несколько иное. Может быть, взглянете уже?
Чистослав развернул лист. Треть листа занимал текст, а остальные две трети — серый квадрат. Написано было на чешском.
'Предсказание-запрос Желимира Лешика. Пресекается с предсказанием о важных событиях двухтысячного года, которое записал маг Ярек Горак шестнадцатого февраля 1965 года, как неповторяющейся. В отличие от первого варианта, этот имеет более полную картину или же доказывает, что когда-то Ярек Горак записал и зарисовал неправильно.
Краткое описание: Предсказательная машина показала Штутгарт. Судя по украшенному флагами городу, отмечалась какая-то важная дата. Император, который вышел поприветствовать своих поданных, вместо этого стал их убивать. Один за другим людей протыкали ледяные копья. А затем мертвые поднялись и замаршировали дальше, убивая других и пополняя армию мертвецов.
Вывод: Император является не только потомком драконов — морозных копий, но и некромантом.'
Чистослав обратил на Желимира взгляд, которым явно смотрят на сумасшедших.
— Это не всё. Я зарисовал, что увидел и добавил немного магии, чтобы выглядело точь-в-точь, как это показала предсказательная машина.
Серый квадрат исчез. На его месте ожила картинка, словно мы смотрели черно-белое кино. Я увидел уже знакомую сцену с собой в императорской короне. А затем отрывочные кадры с разрываемыми ледяными копьями телами. Заснеженные поля и марширующие по ним толпу заледеневших от мороза фигур.
Чистослав смотрел на картинку в сомнении.
— Это, конечно, чуть любопытнее, чем зарисовал ваш коллега и предшественник — господин Горак, однако я не вижу доказательств для ваших выводов. Картинки обрывочны. А выводы сделаны явно предвзято, особенно учитывая как вы относитесь к господину Райнеру-Наэру. И уж он точно не некромант.
— Однако вполне может им стать к началу двухтысячных. К тому же он уже успешно попрактиковался на вас — вернул вам сердце и оживил.
— Вы откуда об этом прознали? — Чистослав нахмурился.
— В Хайдельберге осталась пара магов, верных Богемии.
— Это не некромантия. Точнее, не та магия, которую используют некроманты. Ни один из них никогда бы не вернул дух обратно в тело. Это противоречит их природе.
— Не сомневайтесь, у него будет достаточно времени чтобы стать полноценным. Предсказания — это не всё. Когда вы меня посылали к Алойзиусу, я выпросил разрешение прочесть дневники Теодериха Райнера. Он влил сыну кровь нескольких некромантов, как раз с целью пробудить кровь ледяного дракона и эффект магии был весьма похож на то, что показывала предсказательная машина.
Взгляд Чистослава изменился.
— Вы прочли дневники Райнера-старшего и ничего мне сказали⁈ — возмущенно воскликнул он. — О чем вы думали⁈
— Я сделал копии с тех страниц. Прочитайте об этом сами. Так вы пойдете со мной?
Чистослав в сомнении глянул на лист в своей руке, потом поглядел на часы на руке Желимира.
— Время перевалило за три и ваш лист не исчез, — со злой усмешкой произнес он. — Но я всё же пойду с вами.
— Проклятые идиоты, — процедил я сквозь зубы, чувствуя, как внутри всё заполнила ярость.
Я махнул рукой, словно хотел смахнуть картинку того, что произошло в темнице этой ночью. Но вместо этого выхватил из рук Чистослава лист с предсказанием. Фигуры магов на пару мгновений поблекли, а лист, оказавшийся в моей руке, вдруг обрел четкость.
Когда лист исчез, Чистослав невольно вскрикнул от неожиданности. А на меня уставились Прегиль и Финбарр.
— Как ты это сделал, Харди? — Финбарр даже протянул руку, потрогал лист, убедившись, что тот стал вполне осязаемым.
— Не знаю. Проклятье…
Крик Чистослава привлек плененных ирландцев. Оба богемских мага переглянулись. Желимир отомкнул решетку в камере Чистослава, выпуская того, передал какое-то устройство, отдаленно напоминающее маленький водяной пистолет. Чистослав подошел к камере ирландцев и, покривившись, несколько раз нажал на курок. В камере полыхнуло огнем, и оба мага, избавившись от свидетелей, покинули темницу.
Мы трое еще несколько секунд стояли в молчании, переваривая увиденное.
— Можно, Ваше Величество? — осторожно спросил Прегиль, видя, что моя ярость еще не улеглась, и кивнул на листок.
— Да, — я отдал ему лист и посмотрел на Финбарра. — Кстати, они говорили на немецком. Барри, расскажи Базилиусу суть, у меня, боюсь, не хватит терпения пересказывать бред этого параноика.
Прегиль глянул на растерявшегося от моих слов Финбарра.
— Прекрасно понимаю стремление обезопасить вашего кузена, господин Лехри.
— Харди, ты уверен? — спросил Барри на гэльском, чтобы Прегиль не понял.
— Про дневники отца можешь не рассказывать. Сам расскажу, когда их прочитаю. А то может этому проклятому параноику опять примерещилось то, чего нет.
— Ты уверен? Ты ведь недавно задавленную собаку оживил.
Я уставился на Финбарра.
— Ты сейчас шутишь, Барри? Это не некромантия.
— А что?
— Черт его знает, — огрызнулся я раздраженно и потер замерзшие пальцы.
— Пойдемте уже наверх, а то превратимся в тех болванов с предсказания. Как тут пленники Ульриха раньше не околели? — сказал Базилиус, вернув мне лист и тоже растер ладони. — Так вы поведаете, о чем говорили наши богемские «коллеги», господин Лехри?
  
Финбарр кивнул и взялся за пересказ, пока мы поднимались к верхним воротам. Мое настроение катастрофически испортилось. Я шел, молча слушая Барри, и подумывая, а не этот ли маг, заявившийся к Чистославу, является на самом деле тем самым серым кардиналом, о котором говорил Алойзиус?