Кровь черного мага 7 (СИ)

Драконоборцы нервно начали выводить заклинания, явно собираясь проверить своих соратников, однако троица не дала им опомниться: несколько куда более быстрых и резких росчерков в воздухе, полыхнувших багрово-алым, во все стороны брызнула кровь и пять магов свалились у стола с рассеченными горлами.
Я следом уже готов был испепелить черную троицу, но тут меня остановил Карлфрид:
  
— Ваше Величество, на всех архивных документах защита от огня и прочего, но вряд ли она выдержит вашу магию.
— Проклятье…
— Да, не торопитесь, Ваше Величество, — произнес один из черных. — Может быть, мы вам еще пригодимся, когда светлые решат от вас избавиться.
— Что за бред вы несете? — поинтересовался Карлфрид. — Объединенный Совет заключил с Его Величеством договор…
— И в истории было несколько случаев, когда подобные договоры нарушались светлой стороной, — отозвался со злой усмешкой черный маг. — Поведайте как-нибудь на досуге об этом Его Величеству.
— Не уходите от ответа, что вы тут делаете? — спросил я жестко.
— Всего лишь позаботились о том, что опасные для вас вещи не попали к драконоборцам, раз уж фризские маги оказались не способны их сохранить.
— Какие опасные вещи?
— А это пусть вам госпожа Халевейн рассказывает, — усмехнулся маг.
Троица между тем с коробками и папками в руках медленно, старясь это сделать незаметным, переместилась к столу, осторожно обходя тела мертвых драконоборцев. Я подумал, что они хотят положить коробки на стол, чтобы атаковать нас. Но произошло иное. Зал хранилища вдруг погрузился в кромешную тьму, словно заполнился черным непроницаемым туманом. Рядом яркими белыми символами вывели заклинания Карлфрид и Маделиф, но они не разогнали тьму. Я вывел резкий золотой росчерк и туман поредел и через несколько секунд исчез. А вместе с ним испарились и все трое черных магов. Впрочем почти тут же мы обнаружили, что никуда они не исчезали, сбежав абсолютно банальным способом, воспользовавшись окном. Мы подошли к распахнутой створке — где-то вдалеке среди деревьев парка едва были заметны бегущие что есть мочи фигуры.
— Хорошо припустили, — задумчиво заметил Карлфрид и глянул на меня. — Често говоря не знаю, радует ли меня тот факт, что они сбежали и битвы не случилось или лучше бы вы сожгли архив и эта троица была бы мертва.
Я в свою очередь поглядел на омраченную происшедшим Маделиф.
— Проверьте, что у вас украли, и расскажите, что они имели ввиду под «опасными для меня вещами», — сказал я и, присев рядом с убитыми драконоборцами, обыскал.
Однако на этот раз, ничего не нашел. Ни паспортов с данными, стирающимися со смертью владельца паспорта, ни капсул для самоубийства. Закончив осмотр, я посмотрел на волшебницу. Но она так и стояла у окна, молча наблюдая за тем, что я делаю.
— Вы ничего не хотите проверить? — спросил я, нахмурившись.
— Я прекрасно знаю содержание сейфа и уже вижу что они украли — две коробки и еще семь папок.
— Вы же не хотите сказать, что все эти материалы посвящены одной моей персоне?
— Конечно нет. Про вас там было всего три папки… — Маделиф смолкла под моим взглядом.
— Всего? Три?
— Остальные материалы были посвящены нашему поиску черных магов за всё время существования Фризской Гильдии.
— А в коробках у вас что было?
— Те же документы, но достаточно старые, чтобы подшивать их в папку. Поэтому для лучшей сохранности мы держали их в коробках, — Маделиф посмотрела на меня. — Почему они сказали, что хотели защищать вас?
— Может быть, надеются переманить на свою сторону? — отозвался я. — Но вообще, на вашем месте я бы не верил ни одному их слову.
— Все-таки не понимаю, как они прошли сюда? — отвлек нас Карлфрид и, нахмурившись, добавил: — Хм, а ведь забрались сюда тоже через окно и нашу защиту сняли.
— Может и хорошо, что через окно, — отозвалась Маделиф. — Никто из наших магов не пострадал.
За нашими спинами едва слышно отворилась дверь. В зал осторожно заглянуло несколько магов, которым видимо сообщили о вторжении Маргарете с Финбарром. Увидев, что опасности нет, они подошли к нам и Маделиф быстро рассказала, что произошло.
Пока они совещались и решали, что делать с убитыми драконоборцами и как улучшить защиту, я пролистал одну из папок. В ней было подшито несколько старых дел о найденных и уничтоженных черных магах с 1920 по 1930 годы. С краткой биографией, но весьма длинными списками злодеяний. Видимо, столь давние дела воров не заинтересовали. В делах имелись даже фотографии колдунов, все сделанные посмертно. Мрачные, искаженные злобой лица.
Я захлопнул папку, думая, что же содержалось в аналогичных, касающихся меня? Ведь до того момента, как мне вырубили память, маги были знакомы со мной всего лишь один день. Потом следовали три года, когда мне отравляли эликсиром память. Вряд ли в это время происходило что-либо примечательное, за исключением дня, когда погибла моя семья. И что дальше? Целых три папки о том, как я жил во Фризии под опекой тети и занимался разведением лошадей фризской породы? Вряд ли.
Я дождался конца обсуждения и, наклонившись к Маделиф, тихо сказал:
— Нам надо поговорить.
— Не сейчас.
— Нет, как раз сейчас, — я поглядел на нее хмуро. — Вы ведь не зря торопились сюда вернуться. Что было в тех папках?
— Только описание вашей жизни. Вряд ли что-то сможет вам навредить, но все-таки тот факт, что приватная информация, попадет в чужие руки и тем более в руки недругов, вряд ли будет вам приятен.
Я поглядел на волшебницу с недоумением и мне почему-то показалось, что она чего-то не договаривает. И она это уловила.
— Вы мне не верите?
— В Хоэцоллерне вы как-то больше перепугались за пропажу документов. И, кстати, обещали мне объяснить.
Маделиф молчала. Я поглядел на стол, раскрыл одну из коробок. Там действительно обнаружились документы, даже не старые, а древние, с рукописным шрифтом, на старонемецком.
— Воры ведь еще пару подобных коробок забрали. Зачем им старые документы? Из моих там что-то было?
— Только то, что мы нашли про род Райнеров. Для ваших недругов там точно бесполезная информация, — ответила Маделиф и, поджав губы и чуть помолчав, добавила: — Думаю, я всё же должна извиниться, что не смогла защитить информацию о вас.
— Бросьте. Все ошибаются, даже высшие светлые, — ответил я, но Маделиф мои слова еще больше расстроили. — Однако, я все же хотел услышать ваши объяснения.
— Я не говорю не потому что хочу что-то скрыть от вас, а потому что эта тема вам неприятна. Я про процедуру забора у вас крови. В документах каждая процедура описывалась подробно.
Я поглядел на нее с недоумением.
— Для чего? Разве они не все одинаковые?
— Большинство, но каждый раз мы измеряли силу крови. Плюс, как вы наверное помните, во время некоторых переливаний погибли наши коллеги из австрийской и швейцарской Гильдий.
— Кстати, мне до сих пор не совсем понятно, как это произошло? Вы ведь должны были контролировать процесс.
— Ваш отец забирал пару раз вашу кровь незадолго до того, как это должны были делать мы. Первый раз, мы этого не поняли. А вот во второй раз всё прояснилось. Еще мне кажется, что Теодерих настолько отчаялся, что пытался в том числе и избавиться от надзора светлых таким образом.
— Весьма сомнительное решение, но вполне на него похоже, — я поморщился. — Это всё? Что ж, если я вам тут больше не нужен, я бы вернулся в Хоэцоллерн, чтобы наконец решить прусские дела с Прегилем.
— Я бы хотела с вами обсудить вашу идею об империи, — сказала Маделиф.
— Через неделю на Объединенном Совете, — я чуть прищурил глаза в насмешке, увидев ее недовольство.
  
Маделиф изучала меня с таким видом, словно ей казалось, будто она упустила обо мне что-то важное.
— Вы не хотели становиться герцогом, да и принятие прусской короны вам не особо понравилось из-за сваливающихся проблем. И теперь вы вдруг хотите создать империю? Это ведь еще большие проблемы, Ваше Величество, и куда большая ответственность.