Милана (СИ)

Поездка в горы также была насыщенной. В доме были практически все удобства, но прохладно, и мы согревали друг друга по ночам. Единственное, что омрачало меня, то, что Марк ни разу не признался в чувствах ко мне. Я видела по его глазам, что он любил меня, заботился обо мне, со мной он был мягче, чем с другими. Но он никак не отреагировал на то, что я назвала его любимым во время занятия любовью. Мы не посещали совместные мероприятия. Единственное, что мы сделали совместно был прыжок с парашюта. Это было волшебно, по началу страшно, но потом незабываемо. Этот опыт стоило испытать. Я была безумно благодарна Марку.
  
Глава 24
 
Прошло 6 месяцев
Моя голова лежала на подушке, а ноги уютно расположились на коленях Марка. Я наблюдала за ним, как он усиленно работает на макбуке, при этом рассеянно поглаживая мою ногу.
Последние пару недель наша сексуальная жизнь вышла на новый уровень, и теперь вся моя стеснительность отошла на второй план. В сексе с Марком это было легко сделать. Мне не было с ним неловко. Я не чувствовала постоянного беспокойства, что делаю что-то неправильно. С ним я чувствовала себя бесконечно сексуальной. Моя самооценка выросла, я больше не ревновала его к разным девушкам, я следила за собой и могла составить им конкуренцию.
— У тебя отпуск и я смогу взять недельку отдыха, — сказал Марк, снимая очки, которые ему безумно шли, — полетели на Мальдивы.
Я кинулась ему на шею, попутно целуя его.
— На фотографиях там просто рай на земле.
— Так и есть, там очень красиво. На следующей неделе полетим, готовься.
Я крепко обняла Марка. У меня мелькнула шальная мысль, что он хочет сделать мне предложение на Мальдивах. Я тут же её отмела, но в душе я очень надеялась на это. Папе с мамой я рассказала, что встречаюсь с мужчиной, упустив что раньше он был моим начальником.
— Завтра к нам зайдут мои друзья на футбольный матч, надеюсь ты не против?
— Конечно нет. Только без проституток!
Марк засмеялся.
— Это же не мальчишник. Их не будет, обещаю. Мне тебя хватает на 100 % — он сладко поцеловал меня. Ты можешь опробовать завтра карточку, и подготовиться к поездке. Не стесняйся, это твоя карточка и она безлимитная.
— Это очень щедрый подарок, и я воспользуюсь им. Куплю откровенные купальники, — я поцеловала Марка в губы.
— Без самых откровенных купальников не возвращайся, — Марк поцеловал меня в шею.
Я хихикнула.
— Договорились.
В среду, пока у Марка были друзья, я сделала большой шоппинг с Дашей. Рассказала ей про Лизу, и Даша предположила, что она приревновала. Я подумала, что это глупость.
Придя домой, познакомилась с друзьями Марка. Влад тоже был здесь. Один из друзей Марка, Дима пробовал со мной флиртовать и оказывать знаки внимания, на что получил бешеный взгляд Марка и почти драку. У Марка был телохранитель, но он редко прибегал к его услугам, только в важных поездках и на редких встречах. Артур также зашел к нам один раз. Он зло выдохнул, увидев меня и ушел в кабинет с Марком. Меня уже начало обижать его поведение.
На выходных, мы сидели в частном самолете, арендованным Марком для полета на Мальдивы. Полет был долгим, но приятным благодаря обслуживанию и раскованному поведению Марка. Я выглянула в иллюминатор, завороженная видом.
Казалось, что самолет приземляется прямо на воду, остров сначала нельзя было разглядеть. Кругом одна вода, а над тобой лишь небо. Странное ощущение легкости и какой-то невесомости наполнило все тело, просто полное восхищение
В аэропорту нас встретили люди и отвели к гидроплану. Это было божественно. Я не могла побороть любопытство и вертела головой все время как ребенок, предвкушала, как буду ходить по мягкому, белому, почти нереально белому песку, нежиться в этих потрясающих ярко-бирюзовых водах. А еще мечтала побыстрее осмотреть бунгало, на фотографиях это смотрелось безумно красиво, как в сказке.
К каждому бунгало прикреплен свой кусочек пляжа, огражденный от других. Дождавшись румбоя, мы вошли в наше жилище на ближайшую неделю. Помещение было огромным и просторным, с безумной ванной посреди комнаты и панорамными окнами. Пол был прозрачным и можно было наблюдать за рыбками.
 
Пропустив мимо ушей больше половины сказанного, Марк всучил румбою чаевые и буквально вытолкнул его из номера. Я судорожно сглотнула, почувствовал дыхание Марка на своей коже, затем он скользнул рукой по распущенным волосам и перекинул их на плечо, открывая себе доступ к голой, едва прикрытой платьем спине. Не произнося ни слова, он слегка погладил заднюю часть шеи кончиками пальцев и скользнул ниже, поглаживая и заставляя против воли расслабляться под каждым прикосновением, которое неуловимо побуждало прижаться еще крепче, чтобы почувствовать его сильнее, отчетливее, чтобы упиваться удовольствием, которое дарили руки и губы моего мужчины. Марк скользнул руками по ее бокам, спускаясь к талии и проводя ладонями по впадинке между лопаток.
Он немного придвинулся ко мне, теперь касаясь всем телом спины и начал покрывать плечи и шею теплыми, быстрыми и более напористыми поцелуями. Не контролируя себя, я слегка изогнула шею, предоставляя Марку лучший доступ к коже, и, прикрыв от удовольствия глаза, прикусила уже припухшую нижнюю губу, сдерживая вздох желания, рвущийся из груди. Одежда сейчас дико мешала, особенно кружевной бюстгальтер, почти до боли раздражавший напряженные и болезненно твердые соски. Хотелось, чтобы до них дотронулись, помогли избавиться от невыносимо-тягучей боли. Я кусала губы постоянно. Что угодно, лишь бы ослабить боль.
Марк просунул руку между моими бедрами, проводя ребром ладони по складкам. Я качнулась вперед, но другой рукой Марк удержал меня, властно обхватив за талию и прижав к своему телу настолько крепко, что, казалось, между нами нет даже воздуха. Я отчетливо почувствовала его желание, которое подстегнуло еще сильнее, хотя куда еще сильнее, я не понимала.
Марк слегка усилил нажим на горячую и влажную плоть, и я не сдержала гортанного стона, ногтями впиваясь в его запястье.
— Ты знаешь, милая, как я давно хотел тебя такой увидеть? Какая ты сейчас? — влажный горячий шепот обжег позвоночник, и я сильнее сжала бедра.
Я заставила себя разжать сводившие от напряжения бедра, прижимаясь к твердому паху, искушающее, и слегка игриво потерлась, и услышала, как Марк потрясенно пробормотал что-то, напоминавшее ругательство, и дернулся мне навстречу.
Марк развернул меня, и я кинулась целовать его губы, по которым успела соскучиться и яростно прижиматься к нему, стараясь слиться, проникнуть ему под кожу. Мужчина приподнял меня и практически закинул на себя, я обхватила его за талию и сжала, вырывая сдавленный вздох.
— Не спеши, — Марк ласкал внешнюю сторону бедра, сжимая нежную кожу.
— Стой, иначе…
Я отстранилась и хрипло рассмеялась, затуманенными от страсти глазами, глядя на потемневшее от желания и напряжения лицо.
Я наклонилась и слегка прикусила его нижнюю губу, но тут же резко отстранилась.
— Мы до постели так не дойдем, — сдавленно пробормотал Марк. Выругался и развернулся, усаживая на столик, скидывая все мешавшие вещи.
Я провела по слегка загорелой груди и царапнула плоский сосок, сразу почувствовав, как его руки еще сильнее сжали мою талию. Провела руками вниз, прямо до пояса светлых брюк и попыталась расстегнуть пуговицы, но руки дрожали и это не получалось. Испустив разочарованный вздох, я попыталась рвануть пуговицы, и Марк засмеялся и помог их расстегнуть.
— Быстрее, — с придыханием попросила я, с силой вцепляясь в его плечи и всем телом выгибаясь в его руках. Марк сорвал платье и кружевное белье, которое я теперь всегда носила, и я вздрогнула от ласкающего прикосновения прохладного воздуха, и из-за пристального взгляда потемневших почти до черноты глаз, заставивших соски съежиться в ожидании прикосновения. Марк скользнул ладонью по лодыжке и потянулся к ремешкам босоножек, отстегивая их, а затем наконец-то прикоснулся к груди. Из меня вырвался резкий стон, и я откинула голову, одной рукой вцепившись в край стола, чтобы хотя бы попытаться удержаться на плаву. Другой рукой я прижимала голову Марка к себе, пока он ласкал и целовал ее грудь, и от каждого прикосновения его шершавого языка к налитому кровью соску нити удовольствия пронзали все тело, натягиваясь в сосредоточении ее желания и заставляя почти кричать от остроты ощущений.