100 дней плена (СИ)

— Он подтолкнул на признание. Так ты простишь за низкий поступок?
— Только смой с себя этот ужасный запах другой женщины…
— Насть, у меня ничего ни с кем не было… — обнял мое лицо. И верю ему. — Да, я разозлился, потому что ты не встретила, но дальше своего гнева не зашел, не смог… Вот узнал бы причину твоего плохого самочувствия — не сорвался бы. Так соскучился, а твое безразличие задело.
— Безразличие? — возмутилась я. — Матвей, ты беспробудный дурак, если до сих пор не понял, не заметил, не почувствовал, что люблю тебя.
Он так и замер от признания. Глаза растерянно бегают. Не ожидал услышать.
— Это правда?
Киваю, проводя рукой по его щеке, покрытой отросшей колючей щетиной.
— И сможешь простить?
— Да. Только срочно прими душ…
— Я быстро, — целует и скрывается в ванной комнате.
Осматриваю свой внешний вид в зеркале: множественные укусы на груди, плечах, засосы на шее и отпечатки пальцев на руках. Теперь точно выгляжу жертвой насилия. Хотя на фоне признания становится все равно. Улыбаюсь, как ненормальная от внезапно нахлынувшего счастья.
Иду к Матвею, хочу тоже помыться. Этот тошнотворный запах остался и на мне.
* * *
Матвей
Настя меня любит… Растерялся от этих слов. Я — взрослый, самодостаточный мужик растерялся от простого и долгожданного «люблю». И если бы не моя выходка и слегка затуманенное алкоголем сознание, то возможно не скоро осмелился на признание.
Но прощения не заслуживаю… Как я мог опуститься до насилия? И ведь без преувеличения собирался сделать это… Несмотря на сопротивление и просьбы. Хотел доказать, что принадлежит мне и возьму, наплевав на ее мнение. Совсем забыл в тот момент, что случилось месяц назад… В голове звучала одна мысль — хочу, моя! Хорошо, что остановился, не совершив непоправимое.
Сейчас Настя спит и жмется ко мне так, словно боится потерять. Это настолько приятно, чувствую себя самым счастливым. Все-таки наша встреча — воля судьбы: она могла не позвонить бывшему мужу; я мог не посмотреть на экран телефона, ощутив, как хочу ее заполучить; он мог послать меня с моим предложением куда подальше и не играть на жену… Я вынудил, преследуя свои цели. Наплевал на немаленькую сумму денег, накопленную им за год. Настя бесценна. И ей совсем не обязательно знать, что бывшего муженька не убил бы, конечно, просто припугнул. Да, поступил, как сволочь. О чем не жалею.
Утро радует вдвойне, когда карты раскрыты. Бужу любимую поцелуем. Она не хочет просыпаться, морщится и отворачивается, пытаясь спрятаться под одеялом.
— Насть, уже обед… — шепчу ей на ухо.
— Угу… — сладко потянулась, а у меня перед лицом оказывается торчащая грудь и розовые соски.
Хочу ее. Правда, желание отступает на задний план, когда разглядываю синяки… И она сильно похудела — раньше ребра так не выделялись.
«Какой же я все-таки дурак» — трогаю нежную кожу, целую животик.
На мою голову опускаются руки.
— Привет, — смотрю на нее.
— Привет… Я так хорошо спала сегодня.
— А раньше плохо? — ложусь рядом, нависая сверху.
— Без тебя плохо спала, — поясняет она.
— В следующий раз поедешь со мной. Не оставлю больше одну.
— С тобой… — повторяет и водит пальчиком по моей груди, который действует возбуждающе.
— Лучше остановись. Дождемся, пока у тебя все пройдет…
Встаю. И как бы ни желал начать день с приятного, потерплю пару дней. Хотя нас это не остановило, когда Настя присоединилась ко мне. Взял ее в душе, надев презерватив. Этой быстрой разрядки не хватило, голоден до сих пор. Она не призналась, что живот болит, хотела угодить. Я это оценил, но на этом все — таких жертв не приму больше..
Надо обсудить наши отношения, только хочется все решить естественно, без долгих нудных разговоров.
— Я приготовлю что-нибудь, — Настя натягивает халатик и идет на кухню.
— Ты вообще ела? — окидываю ее фигурку сзади, моя любимая попка стала меньше.
— Через раз… Мне не хотелось.
Она нарезает сыр, ветчину и свежие овощи.
 
— Так нельзя, — прижимаюсь к ней, не в состоянии совладать с эмоциями.
Вспомнилась вчерашняя попытка отдохнуть. Хорошо, что не натворил ошибок, о чем неизменно пожалел бы. Больше всего боюсь потерять Настю. Хотя она все поняла, догадалась, где был, и поверила мне. Злость — плохая советчица.
Когда спросил, как проведем время? От нее поступило неожиданное предложение покататься на аттракционах! Я не был там с детства. И тем интереснее, оказалось — получил бешеный заряд позитива. Такой выброс адреналина ненадолго заменил мысли о любимой: что лежит в кружеве на шелковых простынях, смотрит томным взглядом, гладит себя и ждет моих ласк. Правда, когда вернулись домой, желание накатило с новой силой…
В воскресенье уехал на работу: посмотреть текущие дела в тишине и покое, чтобы сотрудники не отвлекали бесконечными вопросами. И так я не ощущаю себя озабоченным безумцем.
Стук в мой кабинет в «Парадизе» отвлек от отчета.
— Матвей Леонидович, можно? — управляющий рестораном заглянул.
— Заходи.
— Я только сказать, что вас спрашивает некто Стас, — ответил Виктор.
«Стас… Обозначился, сукин ублюдок…» — больше двух месяцев прошло, а ему что-то вдруг понадобилось.
— Пригласи.
Я откинулся на спинку кресла. Могу поспорить: деньги нужны.
Жалкое зрелище представляет собой бывший муж Насти. Мятая одежда, немытые волосы, безобразно худой, впалые глаза, с нездоровым блеском зависимого человека — так паршиво он не выглядел. Раньше, видимо, она следила за его внешним видом.
— Чем обязан? — начинаю разговор. Руки не подал — перебьется. Для меня этот человек ниже плинтуса. Даже не вспомню: кто привел его в нашу игровую компанию? И где брал деньги? До того, как стал просить у меня. Впрочем, Андрей прикрыл допуск ему в свой дом.
— Где моя жена? — требует он. Требует! Не верю глазам!
— Жена? Ничего не перепутал? — хочется смеяться, но я «держу лицо».
— А кто? — искренне удивляется Стас.
Открываю ящик стола, достаю второй экземпляр свидетельства о расторжении брака и кидаю в его сторону.
— Бывшая жена — так правильнее.
— Где Настя? — все равно уточняет, читая документ. Как же бесит его настойчивость и интерес к моей девушке. Слово «моя» обвожу мысленно несколько раз.
— Ты может, не понял, но она вычеркнула тебя из своей жизни, — я наслаждаюсь запоздалыми сожалениями этого ничтожества. Приятно видеть беспомощность.
— Она с тобой?! До сих пор? — соскакивает со стула и опирается руками на стол.
«О-о-о, оказывается, эмоции ему не чужды».
— Сядь! — встаю и буравлю взглядом. Стас не знал моих планов на Настю. И не узнает. Когда деньги маячили на горизонте ему было плевать, а тут вспомнил… Надо же, сейчас расплачусь.
«Хотя я тоже не рассчитывал на такое развитие событий, чему рад».
Он вернулся на стул.
— Говори: зачем пришел? И проваливай.
— Хотел занять…
— А я все думал, когда про деньги начнешь… Еще скажи, что предложить жену опять собирался? Не получится. Настя живет со мной. Больше у тебя ничего ценного нет.
Стас удивленно открыл рот, на лице застыла глупая гримаса.
— Все. Аудиенция окончена. Иди отсюда и дорогу забудь. Настю тоже забудь — она моя!
— Еще пожалеешь… — прошипел он, покинув с грохотом мой кабинет.
Я сел обратно в кресло. Карандаш в руке треснул от злости, согнувшись пополам…
Прогнать-то прогнал его, но это не успокаивает. Такой больной на всю голову отморозок, как Стас, способен на что угодно, лишь бы достать деньги. Не остановится ни перед чем, и не отступит… Если бы ему Настя нужна была, понял бы стремление бороться… А тут: весь интерес, как обогатиться. И это хреново…
 
Надо позаботиться о безопасности…
Черт…
Глава 8. Не молчи…
Настя