Верните маму!

Вбежав по ступеням как два маленьких метеора, они рванули в дом. Я последовала за ними.
– Ничего не понимаю, – пробормотал Эд, растерянно уставившись на стол, где стояла расписная глиняная чашка. Целая. Без единого скола или трещинки. – Она же только что была разбитой.
– Может, это другая чашка? – поглядывая на детей, предположила я.
– Нет же, она одна такая. На остальных нарисованы цветочки и листочки, а на этой курочка с цыплятками. Мне хотелось рассмотреть картинку и… – мальчишка взмахнул руками, ясно давая понять, что произошло дальше.
– Ой, а где мой букетик? – удивлённо прошептала Анитра. – Я же положила его на стол. Хотела подарить тебе, мамочка.
– Я тоже видел, как ты положила его сюда, – ткнув на край стола, произнёс Эд и, переглянувшись, дети испуганно рванули ко мне, вцепившись в платье, словно в спасательный круг.
Кажется, непонятностей становится всё больше.
Почему-то в этот момент вспомнились сказки, которые читала в детстве – о леших, русалках, домовых… Может, в этом мире они как раз и существуют?
– Похоже, кто-то починил нам чашку, но взял взамен букетик. Вы когда-нибудь слышали о подобном? Кто на такое способен?
– Домовики? – вопросом на вопрос, одновременно ответили дети.
– Но в разрушенных домах они же не живут, – продолжила Ани.
– А я слышал, что живут, – перебил её Эдвин, – но становятся злыми и мстительными.
– А наш, похоже, добрый и заботливый, – растянула губы в улыбке, стараясь успокоить детей, но при этом обшаривая настороженным взглядом домик в поисках малейшего движения. – А ещё любит цветы.
Было страшно. Очень. Многих пугает неизвестность, и меня в том числе. Особенно когда ничего не знаешь о мире, в который угораздило попасть. Но дома я тоже не претендовала на звание всезнающего гения. И когда нужно было что-то узнать, прибегала к помощи интернета. Есть ли здесь аналог инфосетей, понятия не имела. Но книги-то должны быть?
Кажется, кроме одежды, появился ещё один пункт, который надо уточнить, когда наведаюсь в поместье.
– Тогда я ещё нарву букетик, – произнесла Ани и выскользнула за дверь.
– А я ей помогу, – поспешил за сестрой Эдвин.
Если честно, я бы тоже с радостью последовала их примеру. Но, увы, не могла себе этого позволить.
– Спасибо, за помощь, – произнесла довольно громко, – нам очень приятно.
Я не знала, как общаться с домовиками, да и нужно ли вообще это делать, но казалось, что доброе слово лишним не будет.
Ответом мне стало тихое шуршание, раздавшееся из дальнего угла, и два красных огонька вспыхнувших во мраке, при виде которых мурашки побежали по спине. Надеюсь, я не пожалею, о своём решении.
 
Глава 11
 
Чумазое взлохмаченное нечто в некогда светлой рубахе, подпоясанной поясом из трав, осторожно вышло из угла. Свалявшиеся волосы скрывали лицо и сквозь пряди были видны только нос картошкой и глаза-угольки, светившиеся настороженностью. Но несмотря на это домовик шаг за шагом приближался ко мне.
И чем ближе подходил, тем яснее становилось, что с полом я промахнулась. День гендерных ошибок какой-то. Дракона обидела, засомневавшись в его мужественности, хорошо хоть здесь успела придержать язык и не ляпнуть ничего лишнего.
Домовушка, ростом чуть больше локотка, по поведению напоминавшая дикого зверька, ловко вскарабкалась на стул, чтобы быть повыше ростом и медленно, готовая в любую секунду дать дёру, протянула мне руку, похожую на птичью лапку, чёрную и высохшую. И тут же, словно в противовес показала вторую, вполне себе обычную, маленькую и пухлую ладошку, с грязными обломанными ногтями и разводами на коже.
Кажется, ко мне пришли за помощью.
Над здоровой ладонью существа появилось подобие прозрачной сферы, в которой чётко отражалась картинка, как я лечила дракона, подтверждая моё предположение. Она всё видела. И когда разбилась чашка – первой пошла на контакт, вернув ей первоначальный вид, таким образом, на мой взгляд, намекая на взаимовыгодное сотрудничество. Впрочем, права я или нет, скоро узнаем.
  
– Давай попробуем, – кивнула, садясь на пыльный пол, чтобы в случае обморока падать было недалеко, при этом похлопав рядом с собой. Домовушка тут же понятливо сползла со стула и опустилась рядом.
Могла ли я отказаться? Нет, без вариантов. Совесть бы не позволила бросить несчастное существо. Не знаю, причиняла ли боль высохшая рука, но неудобства точно. Тем более не просто так во мне проснулся этот дар. А раз проснулся, значит, нужно его использовать.
Почувствовав уже привычное покалывание в пальцах, я провела ладонью над больной рукой домовушки, и тут же охнув, резко её одёрнула. Ледяной холод пробрал до самых костей, а в нос ударил зловонный запах, исчезнувший почти сразу же. Эта проблема отличалась от тех двух, которые мне уже приходилось решать. И осознание причины накрыло штормовой волной. Не иначе просветление свыше.
– Это сотворила магия, ведь так? – указав на руку, спросила я, получив утвердительный ответ и полный надежды взгляд.
И как теперь быть?
– Ладно, попробую снова.
Выдохнув, понимая, что придётся потерпеть, я снова провела ладонью над почерневшим участком кожи. Накрывший в тот же миг холод на этот раз неожиданностью не стал. Я лишь сильнее стиснула зубы, дыша через раз, чтобы не задохнуться от вновь возникшей вони.
Может, стоило выйти на улицу? Но почему-то казалось, что смена места роли не сыграет. Так что пришлось сосредоточиться на деле.
Время замедлило свой бег. Я с потрясающей ясностью видела, как в тех местах, куда проникало исходящее от меня тепло, кожный покров начинал менять цвет, становясь более естественным. Неохотно, словно преодолевая какой-то барьер, но всё же.
Я справлялась, и эта радость позволяла не останавливаться на достигнутом, ведя процесс к завершению.
К тому же, чем светлее становилась кожа, тем больше преображалась домовушка – волосы уже не висели спутавшимися колтунами, платье приобретало белизну, грязные разводы исчезали. Словно до этого болезнь вытягивала из неё силы, а сейчас, избавляясь от неё, она возвращала утраченное обратно.
Прошло не так много времени, а передо мной уже сидела маленькая старушка с круглым лицом, на котором выделялись серые, как осеннее небо, глаза, курносый нос, похожий на картошку, и завершали картину гладкие блестящие волосы, собранные в аккуратный пучок.
– Ого, вот это да-а, – раздался за спиной звонкий голосок Анитры. – Ну, точно домовушка и вполне себе домашняя.
– Теперь заживём, – вторил ей брат. – Домовушки могут и чистоту навести и одежду починить.
– Спасибо, хозяюшка, – впервые за всё время, заговорила старушка скрипучим голосом. – Избавила меня от хвори тёмной. Век не забуду.
– Я рада, что получилось помочь. А теперь извини, пора бежать за дровами и готовить ужин, пока у нас желудки к спинам не приросли. Правда же, детки? – подмигнув близнецам, которые довольно заулыбались, предвкушая спокойный и сытный вечер, вышла за дверь.
За детей я не волновалась: они в обиду себя не дадут. Да и смысла вредить домовушке не было. Пусть посидят, пообщаются. Узнают друг друга получше, может, и подружатся.
День близился к вечеру, а дел предстояло ещё много. Но приятное светлое чувство, что сделала добро, грело душу.
Дрова я собрала довольно быстро, сделав очередной набег в сарай, где дракона уже не обнаружила. Значит, жив-здоров и переживать за него уже не стоит. Потом сбегала в теплицу и сорвала зелёного лука. А когда, прихватив корзинку с яйцами, вошла в дом, собираясь заняться ужином, застыла в изумлении у порога.
*****
Дом сверкал чистотой. Ни пылинки, ни соринки, ни паутинки. Окна вымытые, пол блестит, посуда сияет. И в этой чистоте чумазые дети и я смотрелись немного чужеродно, намекая на то, что после ужина нужно срочно согреть воду и искупаться.
– Мамочка, посмотри, как здесь стало чисто и красиво. Здорово, правда? – моё появление первой заметила Ани и, спрыгнув с лавки, устремилась навстречу. – Это всё тётушка Тиль сделала. Так зовут домовушку.