Солнце Моей Жизни (СИ)
Я не мог отказать себе в удовольствии приглядывать за моей девочкой. Сначала мои дежурства у её дома были бесплодны. Уже несколько дней она никуда не выходила, заставляя меня томиться ожиданием. Я уже всерьёз стал подумывать о том, чтобы заявиться к ней домой, когда в пятницу вечером увидел её в обществе подруги, выходящую из подъезда. На ней было неприлично короткое платье, не оставляющее простора воображению. Какого чёрта она себе позволяет?! При мысли о том, что кто-то кроме меня будет гладить эти обнажённый ножки, мои руки сжались до побелевших костяшек, обхватывая руль. Куда она собирается в таком виде?!
Я следовал за их такси до ночного клуба. Твою мать. Она ищет приключений? Она так развлекалась весь этот год вдали от меня? С другими мужчинами. Сколько их было? Всё внутри переворачивалось, когда я представлял, как мою малышку целует и обнимает кто-то другой. Неужели эта скромная девочка, которая краснела каждый раз, когда я снимал с неё трусики, позволяла кому-то ещё дотрагиваться до неё, ласкать чувствительную кожу, запретные и тайные места? Нет, это просто невыносимо! Не раздумывая больше ни секунды, я вышел из машины и направился за ней.
В клубе было очень много людей, но после недолгих поисков, я увидел её танцующей недалеко от бара. Вид моей девочки обольстительно извивающейся под музыку заставил всё в штанах напрячься. Как расслаблено она сейчас выглядела. С безмятежным, немного пьяным выражением лица, которое я никогда не видел прежде, её тело плавно двигалось в такт музыке.
Больше всего мне сейчас хотелось подойти к ней сзади и обнять, привлечь к себе и вдохнуть запах её волос. Как мне не хватало её чудесного аромата! Я жаждал её близости также отчаянно, как потерявшееся в шторм судно жаждет спокойной гавани. Она была моей гаванью, моим якорем, который не давал водовороту жизни унести меня слишком далеко. Нужда в её трепетной и такой настоящей нежности не давала мне покоя весь прошлый год. Я больше не мог спать с другими женщинами. Они были теперь лишь субститутом, дешёвым заменителем моего подлинного сокровища, моей вечной спутницы, моей Луны. Которая, кстати, сумела разорвать притяжение между нами и улетела с орбиты. Как? Почему? Год назад мне казалось, что я надёжно привязал её к себе, опутал и сковал её волю. Но она смогла сбросить все оковы. Оставила меня.
Тогда в Москве я знал, что как только она обретёт способность самостоятельно принимать решения, но непременно оставит меня. Неизбежность этого настолько пугала, что я всё сильнее старался подчинить её. Контролировать. Но этого оказалось недостаточно. Ей нужна была искренность, бескорыстность и стабильность. Я не мог дать ей то, чего она была достойна. Я знал это, но всё равно продолжал вторгаться всё глубже в её жизнь. Нет, я слишком эгоистичен, чтобы отпустить!
Когда к Кире подошёл какой-то белобрысый урод, захотелось сразу же набить ему морду, но я сдержался. Это стоило мне неимоверных усилий. Однако я медлил. Мне почему-то хотелось найти подтверждение своим опасениям. Вот так она проводит время без меня. Она уже давно забыла обо мне, я ей не нужен. Как только она сбежала, то начала новую жизнь, в которой мне нет места. Но я не могу всё так оставить. Пусть я ей и не нужен, зато она нужна мне.
Я двинулся к ним как раз в том момент, когда белобрысый взял Киру за руку и повёл за собой. Шёл позади них — мог протянуть руку и дотронуться до неё, а она бы даже не заметила. Я возбуждался только от одного взгляда на эту сливочную кожу. Мне совсем не нравился новый цвет её волос — слишком яркий и кричащий. В моих воспоминаниях Кира была прекрасна своей естественной грацией. Пепельно русые волосы мягкие как шёлк, когда я запускал в них руку, чтобы сжать, развернуть её лицом к себе и увидеть упрямый огонь в распахнутых глаза. Это задорное, почти детское лицо со вздёрнутым носиком сводило с ума.
Я отошёл в тень и с каким-то извращённым, мазохистским удовольствием наблюдал, как новый знакомый Киры водит пальцем по её плечу. Не слышал, о чём они говорили и разглядывал их со спины. Внезапно какая-то брюнетка с пухлыми губами и несколько стеклянным взглядом наткнулась на меня. Содержимое её бокала оказалось на моих брюках.
— Твою мать! — выругался я.
Девушка подняла на меня виноватый взгляд, а потом кокетливо улыбнулась и предложила загладить свою вину в туалете. Я сказал, что мне это неинтересно, отодвинул её и взглянул в сторону столика, где сидела Кира. Но теперь её там не было. Немного успокаивало, что этот урод всё ещё сидел на своём месте, расслабленно развалившись на диване. Подошёл к их столику и спросил:
— Куда она ушла?
— Кто, чувак? — лениво ответила мне девушка, сидевшая напротив белобрысого.
— Девушка. Кира. — беспокойство нарастало во мне.
Собеседница неопределённо махнула в сторону туалета. Я направился туда, но Киры нигде не было. Пока я осматривался, предусмотрительно заняв позицию в неприметном месте возле стены, Кира внезапно вновь появилась в поле зрения. Она стала очень быстро пробираться сквозь толпу танцующих, постоянно оглядываясь, будто искала кого-то. Наверное, ищет свою подругу. Я видел, как Лия понималась на второй этаж с каким-то парнем, в то время, как Кира сидела за столиком с белобрысым типом. Разминулись. Ну что же, тем лучше для меня.
Через некоторое время Кира остановилась и замерла. Она подняла руки вверх, пытаясь дотянуться до чего-то невидимого. Потом стала вглядываться в пустоту зала. Что она там увидела? Я посмотрел в том же направлении, что и она. Кроме слепящих огней стробоскопа там ничего не было.
Она двинулась в сторону выхода. Я следовал за ней. Ветер её легкомыслия до предела надувал парус моего безумия, и я, гонимый жаждой сталкерства, устремлялся за ней, быстро лавируя в море извивающихся человеческих тел.
Почему я так желал близости с ней? Я сам не могу ответить себе на этот вопрос. Мне казалось, я должен был ненавидеть её за то, что она сожгла мой кабинет и украла рукопись. Я пытался ненавидеть её. Но больше всего моя душа разрывалась от ярости из-за её побега. Именно это последнее неповиновение, выбившее почву из-под ног на целый год, не давало покоя.
Невозможно переоценить важность контроля в моей жизни. Не люблю сюрпризы и непредсказуемость. Они добавляют хаос в моё и так неспокойное существование. Наверное, моя одержимость контролем и заставляет меня постоянно пытаться изменить всех вокруг, перекроить под себя. Тоже самое я пытался сделать с Кирой. И как раз тогда, когда я был уверен, что моя работа окончена, и можно расслабиться и наслаждаться результатом, произошёл тот значительный откат назад. Да, девочка, впереди у нас ещё много работы.
Внезапно у меня возникло странное ощущение дежавю. Будто в каком-то далёком сне я уже видел всё происходящее и смутно знал, к чему всё это приведёт. Только никак не мог выудить это знание из слепящего тумана воспоминаний…
Мы вышли на улицу из душного зала ночного клуба. Кира не догадывалась о том, что я слежу за ней. Чувствовал себя ка хищник перед нападением. Я был готов нему в любой момент, но медлил. Было слишком приятно ощущать её наивное неведение.
Я начал замечать, что с ней что-то не так, когда увидел, как внимательно она ощупывает стену позади себя. Будто этот процесс доставляет ей особое удовольствие. Какого чёрта?! Я последовал за ней в тёмную пустоту переулка. Детка так и напрашивается на неприятности. Я больше не могу противиться её зову.
Когда я обнаружил своё присутствие, и подошёл к ней, то не увидел на её лице привычного испуганного и немного затравленного выражения. Что-то изменилось. Её зрачки были расширены. Она напоминала кошку — томную и гибкую. Готовую к нападению маленькую хищницу. Мне понравилась наша смена ролей. Когда я подошёл к ней, девочка накинулась на меня, будто я был самым желанным и любимым человеком в её жизни. Я знал, что это не так, но не прочь был поиграть с ней.