Книга IV: Алый Завет(СИ)

Едва мы с Доланой переступили порог, как в нашу сторону обратились десятки взглядов, цепко следящих за каждым нашим движением. И с каждым последующим шагом их становилось только больше. Мое появление никто не подумал объявить, но у меня сложилось впечатление, что все гости на этом празднике и так прекрасно знают, кто я и откуда прибыл. Помощница советника вела меня вперед, украдкой косясь в мою сторону. Вероятно, пыталась оценить мою реакцию на столь пристальное внимание со стороны высокопоставленных лиц.
Я же без толики смущения и беспокойства размеренно впечатывал подкованные пятки своих необычных для здешней моды ботинок в розовый мрамор пола, и даже глазом не вел на сборище зевак. Всем своим видом я показывал сливкам империи, что по спеси и высокомерию могу дать им тысячу очков вперед. И приближенные Иилия от этого явно не воспылали ко мне большой любовью.
Мы с доминой Амброс направлялись через весь зал, в противоположную от входа часть. Туда, где возвышался богатый трон государя. К нему сейчас выстроилась целая очередь то ли просителей, то ли докладчиков, которые по одному подходили к правителю с глубоким поклоном и что-то излагали.
Честно сказать, я несколько удивился, что император Исхироса осмелился со мной встретиться на такой короткой дистанции. Все-таки мои возможности для него должны оставаться фактором с неизвестной степенью угрозы и туманным потенциалом. А ну как я одним разрядом обезглавлю целую страну? Однако вскоре стало ясно, что я несколько недооценил осторожность Иилия, и меня к нему допускать никто не собирался.
А все дело в том, что нас с Доланой по пути перехватил неизвестный мужчина, чью молодцеватую выправку и мощный торс не могли скрыть просторные богатые одежды. Выглянувшие из-под его рукава длинный шрам на загорелом предплечье и следы от застарелого ожога непрозрачно намекнули на то, что свою внушительную мускулатуру культуриста он нарастил отнюдь не методичным подъемом тяжестей. А уж хищная грация и плавность каждого его движения и вовсе склоняли к единственному верному выводу — перед нами стоит опытный воин.
— Моя прекрасная домина, как же я рад тебя сегодня встретить! — Громко произнес мужчина, обращаясь к моей спутнице.
— Только сегодня, Фит? — Кокетливо улыбнулась Долана, протягивая изящную ладошку для поцелуя.
— Всегда и везде! — Непререкаемо заявил воитель, прикладываясь губами к бархатной коже помощницы советника. — Но сейчас особенно! Ты ведь знаешь, как тяжело мне дается присутствие на подобных мероприятиях. Таскать эти разукрашенные тряпки для меня тяжелее, чем выносить тяжесть полного доспеха, клянусь Ворганом! И только твое общество, сиятельная домина, способно скрасить здешнюю смертную скуку! 
Здоровяк состроил скорбную мину, а потом встрепенулся.
— Ох, что стало с моими манерами? Нижайше прошу прощения, но может ты представишь мне своего молодого спутника?
— Это особый гость Его Августейшества, Фит, прибывший с другого конца империи, — мелодично пропела дамочка, явно ожидая этого вопроса. — Думаю, он может представить себя и сам.
— Меня зовут Данмар, — назвался я в ответ на выжидательный взгляд мужчины. 
— Что ж, а я Фит, — стукнул себя кулаком в плечо воин. — Командующий Железного корпуса палатинов Его Сиятельства!
Ну да, судя по тому, насколько красноречиво он изъяснялся, то становилось очевидно, что это далеко не рядовой солдафон. Да и глупо полагать, что на свой пир Иилий будет в качестве гостей приглашать простых служак.
— Прости нас, — обратилась к гвардейцу женщина, — но мы должны представиться императору.
— Полноте, моя прелестная домина! Ты только посмотри, сколько там желающих снискать высочайшего внимания нашего государя. Вы очень долго будете ждать своей очереди. Так не лучше ли провести это время в хорошей компании?
— Знаешь, Фит, похоже, что ты прав… — несколько ненатурально заколебалась моя спутница. — Думаю, нам и в самом деле нет смысла спешить.
— Вот и отлично, — просиял офицер, делая приглашающий жест ладонью, — тогда прошу!
 
Не став комментировать эту посредственную игру, предназначенную для глаз одного единственного подростка, я вместе с Доланой и ее знакомым проследовал к разномастной группе здешней богемы. Нам тут же вручили по увесистому кубку, едва ли не до самых краев наполненному рубиновым напитком, и вполне тепло поприветствовали.
— Скажи, Данмар, — обратился ко мне Фит, — что привело тебя в Агат?
— Меня привел сюда Иилий, — показательно ворчливо бросил я. — Причем, вопреки моей воле.
От подобных ничем не завуалированных речей, лица столичных придворных сразу же напряглись. Им явно не пришлось по вкусу такое непочтительное отношение к их главному кормильцу. Но я ведь ни капли не соврал — за что купил, за то и продаю. Так что, морщитесь, не морщитесь, а ничего от ваших гримас не изменится.
— Постойте-постойте, — вклинилась в наш диалог какая-то женщина, носящая на голове сложную громоздкую конструкцию, больше походящую на разметанный ветром стог сена, нежели на прическу. — А это, случаем, не тот самый юный гений, что покорил молнии? О нем в столице зудит каждый второй со времен сияния третьего осколка.
— Небесная тысяча, — воскликнул воин. — А ведь точно! Это же за тобой отправляли когорту палатинов, чтоб вытащить из уютной норки! Ха-ха, кто бы мог подумать!
Вся компания, включая Долану, сдержано хихикнула, вроде как потешаясь над моей безуспешной попыткой скрыться от их всемогущего правителя. И пусть мне Асмодей крылья выдернет, если этим самым они не пытались заставить меня пыжиться, изо всех сил доказывая свою значимость.
— Ага, — легко подтвердил я, — именно так. Полтысячи элитных воинов Агата больше десятка седмиц шныряли по улицам Махи как простые патрульные, тщетно пытаясь отыскать одного единственного мальчишку.
— Оно и неудивительно, чем глубже прячется мышка, тем больше времени гончей нужно чтобы разрыть ее нору, — высокомерно хмыкнул Фит, однако по его суровому прищуру я понял, что он мои слова воспринял и на свой счет.
— Просто собак нужно лучше дрессировать, — легко включился я в пикировку посредством аналогий, — чтобы они не отвлекались на ловлю мышей, вместо преследования дичи.
Офицер, получив от меня такую словесную оплеуху, нервно дернулся, словно собирался отвесить мне звонкого тумака. Однако я без тени опаски и с нескрываемым ехидством следил за его действиями.
— Ох, командующий Фит, вы такой неловкий, — ядовито отметил я. — Кажется, вы замарали свой наряд вином.
Опустив глаза, воин действительно увидел у себя на груди алое пятно, размером с имперский акат. Чертыхнувшись, он попытался оттереть его, но, ясное дело, никак не преуспел в своем начинании.
— Странно, что ты не был таким смелым, юноша, когда получал приглашения от Его Сиятельства, — чуть ли не прорычал Фит, сверля меня тяжелым взглядом. — Ты же понимаешь, что за свои слова можешь получить от меня вызов на Поединок Воли?
— Даже так? — Вскинул я брови. — Если у вас настолько плохая память, то я напомню, что вы первый сравнили меня с мышью.
— Я не имел цели задеть тебя, Данмар, но ежели мои слова оскорбили твое достоинство, то я готов ответить за них прямо здесь и сейчас! — Как по писанному отчитал Фит, с головой выдавая свой замысел.
— Вы хотите, чтобы я бросил вам вызов? — Прямо осведомился я.
— Только если этого требует твое уязвленное самолюбие, — ощерился воин в самодовольной ухмылке.
У остальных высокородных подпевал, учуявших запах разгорающегося конфликта, тут же заблестели глаза. Они переводили жаждущий взгляд то на командующего, то на меня, предвкушая насладиться редким зрелищем схватки высокопоставленного офицера с юным гением.
— Больно много чести, — фыркнул я, убивая их надежды, и невозмутимо пригубил вина.
Гвардеец зло сжал челюсти, заиграв желваками, и кубок в его руке как-то странно скрипнул, будто мужчина слегка смял его в своей медвежьей хватке.
— Осторожнее, сударь, — насмешливо предостерег я, — а то снова прольете на себя этот ароматный напиток.