Давным давно была... (СИ)
— Я… он меня… сказал, что он боцман… водоплавающим меня назвал… сказал якоря точить и плыть тюльку ловить…
— Та-а-ак… Значит опозорил наш мотобот на весь «тюлькин флот»!
Старлей про себя улыбнулся: «Парнишка угадал с тюлькой, отправил плыть и якоря точить. Силен!»
— Значит «боцман», говоришь? Как звать тебя герой? Чей такой будешь?
— Да — «боцман», — с легким вызовом ответил Илюха. — Зовут Илья Фролов, ищу брата. Один остался…
— А ко мне юнгой пойдешь?
— На мотобот? Нет.
— От, ты какой привередливый, салажонок! — возмутился главстаршина.
— На ТК-13… Но сперва, удружи, выпей чайку на клотике.
— Не вопрос! Только после того, как вы по пирсу прогуляетесь с кнехтом.
Илюха вспомнил семейную легенду… Папа, тогда еще матрос срочной службы, шел на свидание к маме в ДОФ (дом офицеров флота). Пришел, снял бушлат… а гюйс — воротник, забыл! А патрулем в это день были «сапоги» — солдатики из береговой части. Вот лейтенантик к нему и придрался: нарушение формы — одежды, а подайте сюда увольнительную! Стал писать на ней замечание, а потом и спрашивает, мол, как у вас называется такая синяя штука с белыми полосками вокруг шеи? Ну, папа и сказал: кнехт. Понятно, что о свидании речи быть не могло — отправили его из ДОФа обратно на корабль… Потом экипаж неделю ржал, проходя мимо «сапогов»: «А я — без кнехта!»
Вахтенный офицер, прочитав замечание, говорят, чуть за борт не свалился от смеха…
— Прогуляться с кнехтом, говоришь? Наглец… Ладно, пойду в комендатуру, скажу, что тебя забрал. Если найдут брата, то будут знать где тебя найти, — старлей пошел обратно в комендатуру.
— Ну и как тебя звать — величать? Спросил главстаршина Илюху, пока Иван отряхивался
— Илья Фролов. Боцман, — назвал себя мальчишка.
— Боцман? И где ты был боцманом?
— Называли так… на БК-13, — вздохнул Илья.
— На БК — 13? Не видел я тебя там, тем более — боцманом! — возмущенно сказал Ткаченко.
— Нет, не здесь. БК-13 Пинской флотилии — речник.
— У-у-у, речник… — начал было юнга.
— А ты помолчи, или уже отряхнуться успел? — главстаршина Ткаченко напомнил Ваньке, кто кого валял.
— А на море? Откуда флотские знания?
— Папа офицер…
Глава 13
ТК-13
Илья пришел на ТК-13 (торпедный катер ТКА) вместе с его командиром — старшим лейтенантом Андреем Андреевичем Черновым.
— Командир на катере, — скомандовал боцман
— Здорово, Иваныч, здорово — братва, — поприветствовал командир боцмана и экипаж. — Вот, принимайте пополнение: Илья, отзывается на «боцмана».
— Боцман? Второй? Не… Иваныч не потерпит второго на палубе…
— Хорош хохмить. Юнгу кормить, переодевать!
— Кормить — вопросов нет. Переодевать… На глаз — 46 размер будет в тютельку, на крайний — 48 — не утонет, а вот с ботинками будет проблема, нужно будет к складским идти…
— Я бы в море искупался… — попросил Илюха. 4 дня здесь, а к морю не пускали…
— Вот оно море, купайся.
— Правда? Можно? — Илюхины глаза засветились счастьем
— Да легко, — сказал Иваныч улыбаясь. — Вся фигня — беда — 10 градусов вода…
Илья его уже не слышал…
Дальнейшее действо команда смотрела с постоянно меняющейся на лицах гаммой чувств….
Первую часть «Марлезонского балета» — начало раздевания для купания в море, команда смотрела с ухмылкой: «Вот сейчас мальчуган прыгнет в воду и вылетит, как ошпаренный обратно».
Вторая часть «Марлезонского балета» отразилась на лицах, когда Илья снял с себя нательную рубаху и матросы увидели его спину.
Третья часть «балета» началась, когда мальчишка ловко нырнул в воду и поплыл в море…
Четвертая часть началась, когда мальчишка отплыл на кабельтов, команда готовилась запускать двигатель.
Пятая часть началась, когда мальчишка плыл обратно, подплыл к катеру, почти выпрыгнул из воды — ухватился за борт, легко подтянулся, залез на катер и задал вопрос:
— А тельник, белье, робу еще не принесли?
— Андрей Андреич, ты меня прости, старого, — начал боцман. — Где ты такого «бычка в томате» выловил?
Шестая часть «Марлезонского балета» началась на следующее утро, когда все это повторилось, после утренней зарядки.
Через некоторое время Илюха понял, как на флоте любят юнгов. Их знали по именам: Витя Чаленко, Вовка Довбненко, Русик Пинчук, Валерка Лялин, Борька Кулешин, Юрка Потапов… Каждый считал своим долгом что-то дать мальчишке: сахар, шоколад, лучшую еду, какаю-то безделушку… И каждый считал своим долгом высказать «маленькому обормоту», что мальчишкам не место на войне, что надо думать о мамах, которые за них переживают.
Новый юнга, с ТК-13, наделал шума… Его первый заплыв, с попыткой спасения «утопающего», его «метки» — стали притчей во языцех. Илюха устал прятать и скрывать то, что ему оставили на «вечную память» фашисты. Рассказал все: как был 22 июня 1941 года в Севастополе (в этой жизни, без упоминания той), как погиб экипаж БК-13, как был в плену, как терял друзей подпольщиков, как его выхаживал дед — знахарь, как добирался до Черного моря… О том, что у него есть мечта — вернуться в Севастополь и нырнуть с камня в «Голубой бухте», как хочется увидеть маму и папу… Дядьки слушали мальчишку, вспоминали своих детей, младших братьев, сестренок… Некоторые не скрывали слез…
Сейчас, с командой катера, он почувствовал себя, как с родителями — от них Илья никогда и ничего не скрывал.
Однажды мама (в той жизни) его спросила, курит ли он? Илья ответил, что хотелось бы попробовать… Мама принесла пачку сигарет и зажигалку — специально сходила в магазин, ведь папа не курил. (На флоте много не покуришь, особенно на подводных лодках… хотя, были офицеры, которые дымили «как пароход».) Мама положила сигареты и ушла. У Илюхи совсем пропало желание покурить…
Однажды к катеру приехал капитан 3 ранга, переговорил с старшим лейтенантом Черновым. Потом КапТри, стал возмущаться, но Чернов ему что-то продолжат четко утверждать. КапТри махнул рукой и уехал.
— Андрей Андреевич, что КапТри хотел?
— Хотел тебя по воинским частям возить, чтоб ты рассказывал о себе…
— Я так и подумал… Не хочу я это больше вспоминать… совсем не хочу.
— Я так и сказал, что когда спрашивают про прошлое, ты замыкаешься и молчишь…
— Спасибо, товарищ старший лейтенант.
— Эх, салажонок! — Чернов прижал к себе Илюху правой рукой, а левой взъерошил волосы. — Беги, продолжай учебу.
Взаимозаменяемость у экипажа была отличная, каждый знал по несколько специальностей и на отличном уровне, как что, Илюхе пришлось постараться — поучиться. Многое было похоже на БК-13, но были и отличия, приходилось учиться — надо!
Только через месяц, в первый раз, его взяли на охрану водного района. Выход групповой. Задача простая: не дать возможность немецким транспортам доставлять боеприпасы и снаряжение. Если есть возможность — топить!
На третий выход улыбнулась удача — вражеский конвой! Их торпеда угодила в самую середину немецкого транспорта, но на катера тут же накинулись фашистские сторожевики. Но, не уходить же из боя! Есть еще одна торпеда и есть фашистские транспорты! Илюха выглянул из моторного отсека…
— Газ! — командует Чернов. Катер уходит от разрывав снарядов. Нос вверх, корма — вниз.
— Стоп!
Нос пашет воду, корма взлетает в воздух — теперь столбы фонтанов чуть впереди.
— Дым!!!
Ставится дымовая завеса.
— Флаг!!! — старлей махнул рукой на корму… флага не было.
Катер без флага!!! Илюха выскочил из люка на корму — флагшток срезало осколком снаряда. Флаг на фале волочит за катером по воде, в 3 метрах за кормой. Уцепившись за хвост второй торпеды, Илья одной рукой схватил фал, стал его выбирать… Вот и флаг. А что дальше делать? Флагштока — нет… И тут он вспомнил, что смотрел фильм, про Севастопольское Нахимовское — там один мальчик- юнга держал сбитый флаг над головой в руках.
