Я вам что, Пушкин? Том 1 (СИ)

Препятствовать закрытию я не стал.
Выходя из дверей школы, чувствовал легкие уколы стыда. Заставил Саёри ждать и притом довольно долго. Наверное, из-за этого она почти всю дорогу до дома молчала. Я тоже к разговорам не стремился — по совету замечательного ансамбля «ДИПИ ШМОТ» наслаждался тишиной. Все-таки за годы сычевания дома уже успел отвыкнуть от шума, который неизменно сопровождает любые места скопления людей. Обычно-то с этим справляться проще. Заткнул наушниками уши — и порядок. Никто тебя не трогает. Зевать все равно нельзя, конечно, могут и телефон вытащить запросто. Но по крайней мере, бесконечные «гур-гуры» вокруг не напрягают.
Но сейчас ни наушников, ни любимой собираемой годами фонотеки со мной не было. У Гару нашлась на телефоне пара папок с музлом, но вкус у него оказался весьма специфический, что по предпочтениям в порнухе, что в музыке. Больше всего бывший обитатель этого тела котировал дроун эмбиент, нойз и прочие крайне… авангардные направления. Наверняка есть ценители подобного, которые назовут меня нормисом и скажут, что от меня пахнет слабостью, но черт с ними. Я дропнул на середине первого трека и не стыдился этого.
Вечером окончательно распогодилось, и к тому моменту, как мы добрались до супермаркета, от серого утреннего тумана не осталось и следа. Там, в этой кулинарной Мекке, Саёри повеселела и принялась набивать тележку всякой всячиной — замороженная пицца, полуфабрикатная картошка фри, мороженое с соленой карамелью, коробочка профитролей с заварным кремом… про всякую мелочевку типа чипсов (с крабом!) и упоминать не стоит.
(надеюсь, что этих трех бумажек хватит, чтоб все оплатить)
Сам я покупки делал куда более приземленные. Куриная грудка в мясном отделе, замороженные котлеты, стручковая фасоль в овощном, рис в бакалее… Так, а это что… Когда увидел нечто до боли знакомое, сердце аж кольнуло.
— Греча… вот это встреча, — пробормотал я, укладывая в тележку сразу шесть пакетов.
(самая топовая твоя рифма, приятель)
Пока выгружал их на ленту, смахивал скупую ностальгическую слезу. Саёри только пожимала плечами. А я уже предвкушал, как завтра вернусь из клуба, поджарю себе котлеток, да с гречкой их заточу… Масло вот только здесь сливочное наверняка отстой несъедобный, ну да ладно. В остальном все будет совсем как дома.
Дома отправил Саёри выбирать фильм, а сам тем временем принялся шаманить на кухне. На самом деле ничего особенного не делал — разобрал сумки, вымыл посуду (кружка с остатками кофе на донышке далеко не первый день кисла в раковине), пихнул в духовку пиццу с ветчиной и грибами. Но притомился порядочно. Хотя с учетом того, какой день опять выдался шизанутый, это не очень удивляло. Устроившись на мягком диване в гостиной, я прикрыл глаза. Как же хорошо.
Стоп. Гарик, если ты сейчас заснешь и будешь тут храпеть и слюни на подушку пускать, лампового дружеского вечера не получится. Давай. Открой сомкнуты негой взоры.
Интересно, выпадет ли хотя бы час покоя, когда ни мне, ни кому-нибудь из моих неожиданно оживших тамагочи не будет грозить опасность?
Один. Час. Покоя.
(а что ты хотел? ловец должен дежурить постоянно)
Но если я сам навернусь с того сэлинджеровского обрыва, то уж точно никого не поймаю.
— Открывай ротик, летит самолетик! — предупредил меня радостный голос, а уже через секунду в зубы ткнулся металл.
От неожиданности я забарахтался на диване и чуть не проглотил ложку.
— Сайка, нельзя так подкрадываться к человеку, — пробурчал я с набитым ртом. Ложка оказалась с горкой заполнена мороженым. Тем самым, с соленой карамелью. Чертовски вкусная штука.
— Ну, надо же было тебя как-то разбудить, дурачок, — засмеялась Саёри.
Пока я на кухне шарился, она успела переодеться в уже знакомый мне по игре наряд — простенькую розовую футболку и шортики. Вот не хочу здесь обживаться, а придется. Хотя бы одежду домашнюю купить. Сейчас выгляжу по-идиотски в своей школьной форме.
 
— Что ж, это у тебя получилось, — заметил я, — погоди пока, не ставь кино. Ща я все организую.
И не соврал. В кухонном шкафу взял три большие миски. Насыпал в них чипсы, орешки, подогрел в микроволновке попкорн. Казалось, что он там взорвется, но пронесло. Потом пришлось поискать графин под газировку и два стакана. Пока занимался поисками, допеклась пицца. Ни прихваток, ни перчаток у Саёри, конечно же, не обнаружилось. В итоге обошелся толстым полотенцем.
Занятная штука. На протяжении всего этого процесса не мог избавиться от ощущения, что выполняю хитрый квест. Как в World Of Warcraft славных времен «короля-лича». И пока что выполняю его хорошо, достойно. Члены гильдии гордились бы. Хотя нет, наверняка засрали бы слабака, который предал игру ради «пилотки», кого я обманываю.
Ну их к чертям.
Я выложил пиццу на большое блюдо, которое нашлос в шкафу над раковиной, и разлил газировку по стаканам.
— Вот теперь можешь запускать кино, — возвестил я, входя в гостиную с подносом. Черт, не хуже этой Либитины справляюсь, посмотрите-ка на меня, дамы и господа, друзья и соседи! Если Виталя меня обманул, и свалить из этого мира не выйдет, пойду в официанты. Чует мое сердце, что айтишные профессии здесь не очень актуальны.
— Класс, — обрадовалась Саёри, — садись давай скорей!
Я послушался и приземлился рядом. Сидеть в этой мерзкой форме было совершенно неудобно, поэтому я, уже ничего не стесняясь, избавился сперва от пиджака, а следом от галстука. Последний был абсолютно бесполезен — даже не разговаривал.
С жанром фильма «Лазурные небеса» я угадал — он оказался комедийной мелодрамой про тянку, которая то ли любит, то ли не любит молодого аристократа. Ее саму беззаветно боготворит бедный, но честный паренек-пилот, выступающий на местном авиашоу. В итоге они, конечно же, понимают, что хотят быть вместе, а молодой аристократ им всячески в этом мешает.
Я все понял по первым десяти минутам, но ради Саёри смотрел. Ахал в напряженных моментах и почтительно утирал глаза рукавом рубашки в трогательных. Никогда не показывай при женщине свою скуку и уныние, даже если от них у тебя едет крыша.
— Можно тебя спросить? — Саёри плеснула себе еще газировки.
— Валяй, — отозвался я.
Она отхлебнула и поставила стакан на столик.
— Почему… почему мы перестали…сидеть так, как сегодня?
«Предыдущий хозяин этого тела идиот конченый, вот почему» — возникла в моей голове фраза. Но озвучивать ее я не стал, хотя очень хотелось.
— Потому что я не очень-то умный человек, Сайка, — сказал я, когда почувствовал, что пауза начала затягиваться, — начало года выдалось тяжеловатым, тебе-то уж могу честно сказать, раз ты со мной тоже начистоту говорила ночью. Слишком много всего — требований, обязательств; сделай то, сё, будь там-то к такому-то времени… однажды я проснулся и понял, что не вывожу и должен с этим что-то сделать, если не хочу свихнуться.
Она смотрела на меня с тревогой. Даже стало неловко от того, что я все это выдумываю.
— Решение правильное, но я, как и сказал выше, дурачок, и поэтому путь к этому решению выбрал максимально тупой и кринжовый. Зачем кому-то хлебать мое дерьмо полной ложкой? Решил, что не стоит никого грузить. Тебя в том числе. Вот поэтому и морозился.
— Ты… ты должен был сказать… — начала она.
— Да знаю. Говорю же, тупил по-страшному, — продолжил я, — банально, наверное, прозвучит, но за эти три дня я начал понимать, как глупо было прятаться от людей. От хороших, даже замечательных людей, которым я могу быть небезразличен. Всего за три дня! И то часть сегодняшнего дня я в ауте провалялся.
— И не шути с этим, — неожиданно строго сказала Саёри, — отпросись завтра из школы и к доктору иди. Я серьезно.
— Моника меня потом вместе со шнурками на завтрак сожрет, — возразил я, — когда дело касается клуба, она поразительно серьезна.