Я вам что, Пушкин? Том 1 (СИ)

— Меня слышит кто-нибудь? — нарочито во весь голос поинтересовался я.
Очень уж захотелось разогнать это немое болото. Однако оно разгоняться не желало. Напротив, трясина вокруг будто сгущалась, что ли, и меня затягивала. Колючие заросли не отставали. След из капелек крови затерялся окончательно, поэтому я перешел на ориентирование только по геолокации. Надеюсь, она тут не косячит, иначе пропал юный детектив…
(а помнишь, ты как-то короткометражку на ютубе видел? про навигатор, захваченный неведомой ебакой?)
Со временем бег стал даваться гораздо труднее. Доставучий кустарник попадался чуть ли не на каждом шагу, ветви то и дело норовили выколоть глаз или хлестнуть по морде, ноги цеплялись за пестрое разнотравье…
— С-сука, вот дернул же меня черт пойти гулять! — в сердцах выругался я, когда чуть не получил в лоб очередным толстым суком, — нет бы сказать «приходи ко мне, Юри, заварим чайку с бергамотом, побалуемся взасос, угостимся шоколадными вафлями»
(или венским конвертиком. абрикос-персик, абрикос-персик!)
Вот сейчас мне бы очень кстати пришелся один из ножей Юри. Продираться через эти джунгли с мачете было бы куда сподручнее. Я утер испарину со лба и глянул на экран мобильника. Фиолетовый маркер все так же торчал в западной оконечности карты. Я не приблизился к нему ни на метр. Да что там на метр. Даже на шажок.
Схематичное изображение карты говорило именно об этом. Нихрена не понимаю. Я по этой пересеченной местности шкандыбаю уже минут пятнадцать быстрым шагом, а воз и ныне там? Ересь какая-то. Приложуха косячит, должно быть. Перезайти надо.
Вот почему работа тестера так важна, черт подери. Не проконтролировал специалист, что там обезьяны с клавиатурами настучали, а я теперь из-за этого могу человека потерять. Зла не хватает. Так бы и напихал им всем по первое число.
Спокойно, Игорь, дыши. Это из тебя просто стресс выходит.
(а где-то сейчас из Юри кровь выходит. Пока ты тут торчишь и в аутотренинге занимаешься)
Карта вновь появилась, но маркер так и не сдвинулся. Форменное издевательство. Что ж, по крайней мере, ярость — прекрасный мотиватор. Подгоняемый ею, как хлыстом, я попер через эту СЕЛЬВУ как трактор. Тот самый, на котором один поросенок Родину покидал.
— Тореадор, не плюйся на пол, это неприлично, негигиенично, — пробормотал я себе под нос.
Плевать на пол не нужно, а вот посматривать не помешает. Вдруг споткнусь еще о корешок, затаившийся внизу и рожей в землю хлопнусь. После такого финта буду тот еще кавалер. Хотя и сейчас уже потный, грязный, форма в дырах как сыр марки «Российский»… Батяня Бафомет, если ты меня слышишь, пожалуйста, не дай Юри вскрыться, ножик там забери или что-нибудь еще придумай, я никогда так ии о чем не просил… даже о «плейстейшн» во втором классе…
Внезапно впереди забрезжило. Не то чтобы я сильно обрадовался, свет в последний час какой-то неприятный, но хоть какая-то перемена антуража. Продравшись через орешник, буквально вывалился на прогалину. Надо всегда слушать чутье, всегда! Не шлялся раньше по всяким ебеням, нечего и начинать, Игорян!
Огляделся и почувствовал, как внутри зашевелилась клаустрофобия. Надо же, какой у меня, оказывается, богатый внутренний мир. Только в стрессовые моменты и вылезает… Эх, вот бы сюда орду дровосеков с бензопилами наперевес, тут же для них настоящее раздолье.
(я спросил у ясеня, где моя любимая?)
Может, повезло, и она правда слиняла домой, не пожелав объясняться? А по пути покоцалась обо что-нибудь, о тот же самый куст с колючками, например, и не заметила этого? Мерзкая девчонка это увидела и просто решила надо мной подшутить. На звонок Юри не ответила нормально, потому что трубка была в кармане ее леггинсов.
(но ты же слышал дыхание?)
Да сам психанул, скорее всего, накрутил себя. Ничего там не было, кроме помех. Когда ты не совсем в адеквате, всякое причудиться может. Еще немного, и я услышу как Лучано Паваротти песни Инстасамки поет. Так, а это что там?
Я так замотался, что не заметил одну деталь, выбивающуюся из общей картины. А деталь то была важная. Но тому есть оправдание — в таком раздрае я бы и тянку обнаженную из поля зрения выпустил. Хотя нет, вру, это уже преувеличение. Живой человек все-таки.
 
(ты-то да. а вот Юри сейчас вполне может одной ногой в могиле ТОРЧАТЬ)
На ветке раскидистого куста, уже начавшего потихоньку линять, висел клок шерсти. Нанизался как свинья на вертел. Я подобрался к нему и осторожно снял, чтоб рассмотреть. Так и есть. Вырвали его из свитера Юри — и цвет тот же, и текстура ткани. Значит, она здесь была. Но зачем?
(а зачем люди с… кхм… вредными привычками прячутся от посторонних глаз? чтоб никто не мешал. ты прямо как маленький. она малость переусердствовала в попытках скрыться, вот и все)
Главное, чтоб не вскрылась. Иначе не видать мне хорошей концовки как своих ушей. Эта мысль придала сил. Очень вовремя — энергии в запасе оставалось всего ничего, даже на обратную дорогу не хватило бы.
— Юри! — позвал я снова. Но уже не особо надеялся, что она отзовется. Так и оказалось. Молчание. Наверняка где-то я однозначно повернул не туда. Например, когда скачал эту игру, потому что «бесплатная же, почему бы и не попробовать?» Вот теперь кушай, Игорян, за обе щеки.
Решив, что от самобичевания пользы все равно никакой, я сунул клочок от свитера Юри за пазуху и снова грохнулся на колени. Если геолокация подвисла, то придется ориентироваться на кровавый след, так сказать, по старинке.
Суставы за резкий маневр наказали меня ноющей болью. Так, е-мое. С разумом в этом теле у меня уже отношения не задались, давай хоть ты меня подводить не будешь, ок?
Но колени все равно ныли, а левое, куда колючка попало, еще и саднило. Когда выберусь отсюда, пойду в организацию, которая облагораживанием этой местности занимается, и переверну там все вверх дном. По уровню ярости я приближался к соседу из былинной компьютерной игрушки, которого доставал малолетний пранкер Вуди.
(ого, поберегитесь, ребзя, яростный школьник выходит на тропу войны! я даже вижу слоган «они забрали его дом в майнкрафте, теперь он заберет их жизни»! лол)
В поисках я успеха не достиг. Если след где-то и возобновился после того, как я с той поляны вышел, то он настолько хорошо спрятался, что его даже гребаный Соколиный Глаз не обнаружил бы.
Что ж. Тогда пройду вперед еще немного, и если там не повезет, буду возвращаться. Передохну и обдумаю, что делать дальше. Может, Монике позвоню, объясню ей всю ситуацию.
(прямо-таки и всю? с подробностями? а ты рисковый парень!)
Нет, кое-что опущу, конечно, я ж не самоубийца. Но две головы в любом случае лучше, чем одна. Моника девчонка своеобразная, но дурой ее точно не назовешь, поэтому вместе что-нибудь да сообразим.
Я встал на ноги и размял затекшую шею. Вот шутил недавно насчет массажа, а ведь он и впрямь бы мне пригодился. Даже от Нацуки помощь принял бы — она мелкая, но руки неожиданно сильные, наверняка промять здорово может. Правда, готов поставить сотку, что она мне навалять попытается, если я попрошу ее о чем-то таком.
Когда наконец преодолел последний отрезок, то выбрался… к реке. Сперва этот факт озадачил, и я даже счел, что кто-то (не будем показывать пальцем) водит меня кругами и откровенно ловит с этого лулзы. Однако после того, как осмотрелся, понял, что стою ниже по течению от того места, где мы с Юри отдыхали. Сильно ниже — очертания моста вдалеке только угадывались. Пейзаж почти не изменился — все те же зеленые бережки, бегущая вдаль вода, чайки, стайка уток… и ни следа Юри. Моя спутница как сквозь землю провалилась.
(нет ее, опоздал ты)
Не может быть такого. Все, что тут говорят… некоторые, надо на два делить, а то и на десять. Не верю я в то, что двух минут, двух гребаных минут с прикрытыми глазами хватило для того, чтоб упустить Юри. Не хочу в это верить.
Злость обожгла изнутри, как будто я хлебнул неразбавленного спирта. Надо было ее как-то стравить, и я не придумал ничего лучше, чем от души наподдать по камешку, лежавшему на берегу. Получилось хорошо, чуть не попал по башке одной из уток. Ее сердитое кряканье немного привело в чувство, и тут я понял — звуки вернулись.