"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Ну раз ты начал нести привычную для своего так называемого чувства юмора чушь, значит, все-таки это ты, — серьезным тоном констатировала Джаэлит.
— Это было всего лишь видение, — устало ответил ей я.
— Всего лишь?! Да я задыхалась от ненависти и безысходности вместе с тобой! Скрипела зубами от боли и отчаянья! А потом ты умер… и… Если бы не моя защита…
— Извини, но я никак не могу на это повлиять. Я бы и сам хотел, но…
— Да уж, достался мне супруг, — констатировала жена. — И ведь ничего уже не изменишь. — Она на пару мгновений замолчала и затем продолжила: — Я не знаю, что там впереди, но чувствую, что ничего хорошего вас на этом кладбище не ждет. И помочь я вам ничем не смогу. Все, что накопила, потратила на эти твои развлечения. Великий Хаос! Как же я ненавижу эту свою беспомощность!
— Развлечения, ага… — вздохнул я, но объяснять больше ничего не стал. Да и Джаэлит уже отключилась. Последнее-то слово осталось за ней. Как всегда. Ну и пусть. Спорить со своей женщиной по совсем не принципиальному для тебя вопросу по меньшей мере глупо, а по большей — первый признак прогрессирующего мужского идиотизма. Я сжал зубы, пережидая очередную волну головной боли, вытащил трубку, но тут же убрал ее обратно в сумку. Тут хоть и есть какой-то приток воздуха, но лучше потерпеть до улицы. Ладно, что там у нас? Я окинул взглядом стоящих полукругом ребят и, снова прикрыв глаза, прислонился затылком к прохладному камню королевского саркофага.
Очередное скрытое задание. И я почему-то совсем не удивлен. Пока не закончится вся эта хрень с никому не понятным пророчеством и вьющимися вокруг него Великими сущностями, покой нам будет только сниться. На этот раз у нас на очереди Вайдарра. Ну что ж, я все равно туда собирался наведаться. Как раз для того, чтобы грохнуть этого самого Ургама. В том, что именно эта мразь пытала мою жену, я не сомневаюсь. Парень этот, Райнек, погиб, и не мне его судить за содеянное. Не знаю, как бы я сам поступил на его месте. Впрочем, на его месте я уже побывал… и мне хватило. Такой безысходности и тоски я не испытывал с момента своего рождения ни разу.
Моя ненависть к Чейни — она другая. Я иду вперед в полной уверенности, что когда-нибудь загоню свою Пагубу по самую рукоять в его поганую морду. Как бы самонадеянно это ни звучало. Не стоит даже дергаться, если ты стопроцентно не уверен в успехе. Да, у тебя может не получиться, ты можешь в конце концов сдохнуть, но вера в себя, в свое упрямство, в то, что ты не отступишь, — она необходима по умолчанию! Мы, те, кто пришел в этот мир, имеем неоспоримое преимущество перед его коренными жителями. Мы просто не видим берегов! Боги и благородные не вызывают у нас священного трепета. Да, многие из нас по дороге обломаются, но кто-то обязательно дойдет. Мы верим в свою исключительность. Нас просто учили этому всю жизнь. У этого парня такой уверенности не было… Но в любом случае он выполнил задание своего учителя. Ан Клауд разрушен, Хель, судя по всему, мертва… а вот что произошло потом, не знает, наверное, никто. Никто, кроме меня. Это пророчество, как невидимый кукловод, опять сталкивает меня со слугами Дважды Проклятого бога. Интересно, если я пошлю все это на хрен и отправлюсь куда-нибудь на северное побережье Эрантии, то там тоже из воды вылезет какая-нибудь Дважды Проклятая рыба? И что вообще с этим заданием? Поиск ключа — первое из тех, что в цепочке. И если включить логику, то те мрачные ворота нужно открыть для того, чтобы защитить Город Семи Ветров. Но как? Там лежит что-то такое, что поможет отбиться от какой-то непонятной угрожающей Вайдарре нежити? Или Тиаран проник туда без ключа, воспользовавшись, скорее всего, какими-то предоставленными Чейни и его компанией читами, и сейчас, прикрытый магией могилы этого такого же непонятного Аркама, собирает там свою армию вторжения? Впрочем, любой из этих вариантов решаем. Мое дело найти ключ и открыть те самые ворота, а люди с этими своими проблемами пусть разбираются сами. Я думаю, в Вайдарре достаточно НПС, которые на своей территории смогут свернуть шею спутнику Дважды Проклятого бога и поотрывать головы всей его армии. А раз так — не стоит даже заморачиваться. По крайней мере пока не стоит. Найду ключ, доберусь до Вайдарры и там уже решу, что мне делать дальше.
Ну вот, после внесения хоть какой-то ясности стало реально легче. И хоть голова все еще продолжала раскалываться, слабость уже практически отступила и сидеть на этих плитах больше не имело смысла.
— Больше двенадцати часов, говорите?
Стараясь не морщиться от боли, я поднялся, окинул взглядом стоящих вокруг меня сопартийцев и улыбнулся. — Все в порядке, пойдемте на воздух. Там я расскажу вам одну очень занятную историю.
— Вс-се в порядке, конеш-шно, — в шипении Рииса послышалась ничем не прикрытая ирония. — Тетуш-шка, помнитс-ся, зомбаков призывала. Там еще, под Хантарой. Так вот у них, с-судя по их внеш-шнему виду, было как раз все в порядке. Это ес-сли сравнивать с тобой, дар.
— Все, пошли уже наверх, — я махнул в сторону лестницы и, переведя взгляд на Рииса, добавил:
— Ты это… форму больше не меняй. Надеюсь, все уже понял и осознал…
— Отец суров, но справедлив! — перекинувшись в нормальную форму, прокомментировал маг и, обойдя драконов, первым направился к лестнице.
— Ну да, — вздохнул я. — Твою болтовню и так постоянно приходится слушать, а уж когда ты еще при этом шипишь, то…
— …и страдает полным отсутствием чувства юмора! — тут же, не оборачиваясь, добавил Риис. — Хотя о чем это я? Этим тут страдают практически все, кроме, пожалуй, драконов.
— Криан, — дочь некроманта кивнула на лежащий возле ступеней труп. — Его лучше забрать наверх. Это все-таки могила короля хуманов, да и богиня, думаю, будет не против, если мы похороним ее разведчика.
— Сделаю, эрла, — Кан, которого нахождение в гробнице, судя по всему, задолбало окончательно, легко подхватил труп и следом за Риисом направился к выходу.
— Ваесса, — задумчиво глядя ему вслед, тихо произнес я. — Скажи, костяные гончие могут испытывать привязанность к призвавшему их некроманту?
— Ты ведь знаешь, дар, что мы вкладываем в них частичку самих себя, — переведя взгляд на внимающих ее словам драконов, пожала плечами она. — И каждый раз мы точно знаем, сколько хотим вложить. И вот разница между этим самым «хотим» и тем, сколько нужно, и есть ответ на твой вопрос. В этих двоих я вложила почти половину самой себя. — Ваесса улыбнулась и аккуратно провела рукой по морде стоящей около нее Няши. — Это намного больше, чем нужно, но они… они живые, дар. А я когда-нибудь восстановлюсь…
— Значит, если тот некромант погибнет…
— То гончая не развоплотится, а останется в этом мире, — продолжила мою мысль демонесса. — Она вечность будет помнить его, она обязательно попытается отомстить его убийцам, и она будет жить. Но вот что в итоге из нее получится, тебе не скажут даже боги…
— Понял, спасибо. И последнее — эти руны, Ваесса, — я кивнул на одну из колонн, — они…
— Бесполезны, — снова пожала плечами магистр, — работают только семнадцать из сорока. Древний алфавит давно погибшего бога. Того, кто до Мирта отвечал у людей за мудрость.
— Ты об Аркаме? — тут же уточнила Раена.
Магесса, в отличие от остальных, не спешила покидать захоронение и сейчас внимательно разглядывала выведенный на стенах узор. Двенадцати часов ей, по ходу, не хватило. Или она точно так же, как все студенты в том мире, привыкла все делать в последнюю очередь?
— Да, о нем, — ответил я за магистра. — И вам, девушки, лучше поближе их рассмотреть и запомнить. Поскольку от посещения могилы этого самого Аркама нам, по ходу, теперь не отвертеться никак. Кто его знает, а вдруг да и пригодится? Стоп, стоп! — подняв руки, я остановил тут же хлынувший на меня поток вопросов. — Все расскажу наверху! Я курить хочу, да и надоела мне уже эта гробница…
Грязно-желтое, почти коричневое солнце уже поднялось над лесом и сейчас цеплялось за разлапистые верхушки невысоких, окружающих развалины деревьев. Почерневшие, местами обвалившиеся стены. Груды камней, покрытые плотным ковром буро-зеленого мха, изломанные пятна ржавчины на месте выбитых ворот. Полторы тысячи лет — немаленький срок, и то, что не разрушила армия спутника Дважды Проклятого бога, за нее теперь медленно уничтожала природа.