"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Тишина, — маг обернулся и, усмехнувшись, показал девушке кулак. — Приготовились! И, главное, помните, что жизнь у вас не одна!
С запада раздались шипяще-гортанные вскрики — дарканцы перестали маскироваться. «Идут!» — проорал кто-то из клинков. Яростно взревел призванный Масяней Кузя, и в следующий миг их лагерь атаковали…
Опытным воином был командир атакующих или нет, Макс не знал, он знал только то, что эти вот НПС никогда не встречались с игроками и соответственно, не знали, что те могут общаться на расстоянии. Видимо, поэтому командир сотни и решил атаковать разбуженный и не подготовленный к отражению атаки лагерь с ходу. Резать-то сонных куда как вернее и приятнее…
Ослепительно вспыхнув цветами своих стихий, грохнули разложенные на земле ловушки. Пустоши огласили крики раненых дарканцев, и в следующую секунду вал латной конницы напоролся на заботливо расставленные на его дороге «колючки».
Такое Макс видел только в кино. Бьющиеся на окровавленных кольях зубастые маунты, росчерки огненных и ледяных стрел, вспышки пламени и падающие с неба ледяные глыбы.
— Лучники! Фокусите их стрелков! Аяка, хватай урода!
Команды Трезвого пролетали у Макса где-то на краю сознания. Воин рывком налетел на одного из троих наседающих на Фантика дарканцев, ударом окованного сталью сапога опрокинул оглушенного противника на землю и двумя взмахами меча отправил урода в страну вечной охоты. Там, на дороге, он не заметил, что воины империи Даркан, по сути, являются прямоходящими ящерицами, ну, или если быть совсем уж точным — гуманоидами с мордами ящериц. Противно захрипел справа поднявшийся было на ноги, но тут же пробитый Ледяным Копьем доберман, бок резануло болью от двух прилетевших из-за ограды стрел, громко выругалась в канале их десятка Масяня…
— Вайпера! Вайпера держите, — звонко закричала с вершины камня какая-то девчонка…
— Рада! Мать твою так! Ты куда?!
Окончания фразы Трезвого Макс не расслышал: дарканский воин налетел на него, ударил в бок коротким копьем и мощно головой — в грудь. От боли у Макса перехватило дыхание, и он, оглушенный, лязгнув зубами, рухнул на усыпанную мелкими камнями землю. Дарканец перехватил обеими руками копье и занес его над лежащим на земле воином, когда прилетевший сзади огромный сгусток огня отшвырнул его в сторону. Охваченная огнем ящерица захрипела и, выронив копье, медленно осела на землю.
— С тебя пиво, — хмыкнул в канале Луффи. — И с Фантика, кстати, тоже…
— Какое тебе, на хрен, пиво? — тяжело дыша, возмутился лысый. — Ты же на этикетку пивную наступишь — и весь день пьяный после этого ходишь!
— Ну вас, алкоголиков, — картинно вздохнул маг и отключился.
Одновременно с этим Макса коснулось Аленкино лечение, и он с трудом поднялся на ноги. Туман уже рассеялся, но видимость не улучшилась из-за стоящего над лагерем дыма. В воздухе висел тяжелый запах горелого мяса, который, смешавшись с запахом свежепролитой крови, буквально толкнул желудок к горлу. С трудом сдержавшись и стараясь дышать через нос, он быстро огляделся.
Их паранойя принесла свои плоды, и клинки сейчас уже добивали прорвавшихся за колючки дарканцев. Метрах в десяти справа, ловко избегая ударов двуручного меча командира атаковавшей их сотни, юлой вертелась розоволосая Аяка, и Тиуауур, у которого уже осталось меньше двадцати процентов жизни, с надрывным ревом все еще пытался ее достать. Да, НПС поумнели и спровоцировать на атаку их практически невозможно, но когда ты не можешь втоптать в песок щуплую девчонку, которая раза в полтора ниже тебя, — это, наверное, не может не вызывать ярости.
— Сзади! — крикнул Максу только что добивший своего последнего противника Фантик.
Воин резко обернулся, но за спиной замахнувшегося на него копьем дарканца из инвиза вынырнули Пончик с Ташей и в четыре удара помножили ящерицу на ноль. Одновременно с этим рухнул на землю Тиуауур, и Аяка, видя, что противников уже не осталось, картинно пожала плечами и сунула в ножны меч.
— Они сваливают! — крикнул кто-то из клинков.
И правда, с десяток оставшихся в живых ящериц из тех, что так и не заехали на территорию лагеря, развернули своих зубастых коней и споро погнали их прочь.
— Поумнели… суки, — проводив взглядом дарканцев, Фантик стянул с головы шлем, вытащил из инвентаря бутылку, сделал несколько глубоких глотков и протянул ее Максу. — Как бы еще кого не привели…
Приказ «не пить» таких вот конкретно случаев не касался, поэтому Макс взял протянутую ему емкость. Желудок наполнило приятное тепло, он закурил, вернул Фантику его бутылку, нашел взглядом Трезвого и пошел к нему.
— Извини, — голос Аленки звучал виновато. — Я Фантика держала… на нем двое, ну и не сразу заметила, что тебя…
— Все в порядке, — Макс улыбнулся и махнул ей рукой. — Я сейчас с Трезвым переговорю и подойду.
— Хорошо, — Алена на его глазах перекинулась в кошку и, потянувшись, мягко опустилась на землю.
Рядом с центральным валуном стояло около десятка клинков, и подойдя к ним, Макс понял, почему над лагерем до сих пор висела тишина. У камня, в луже крови, свернувшись калачиком, лежало тело мертвой пристессы. Заметив подошедшего Макса, командир клинков обернулся.
— Минус три, — хмуро констатировал он. — Монки, Самурай и Рада. Те хоть в бою, а эта… — он кивнул на тело убитой дарканцами девушки. — И на хрена она спрыгнула с камня?..
— Она меня вытаскивала, — Вайпер с вызовом посмотрел Трезвому в глаза.
— А ты какого черта за колючки полез, умник?! — сунув в зубы самокрутку, зло произнес маг. — По десять нарядов обоим. Вместе у меня картошку будете чистить!
— Как скажешь, — пожал плечами десятник и присел на корточки возле убитой пристессы.
— Бар-р-рдак, — Трезвый глубоко затянулся и, кивнув на лежащие неподалеку трупы ящериц, перевел взгляд на Макса. — Я не знаю, сколько этих земноводных тут в разведке, но предполагаю, что это не последняя сотня. Так что чем быстрее мы отсюда…
— Дарканцы! Еще два отряда, человек по сто! — стоящая наверху Мира указала рукой на запад.
— М-мать, — Трезвый зажмурился, несколько раз глубоко вздохнул, затем усмехнулся и хлопнул воина по плечу. — Бродяга же говорил, что с тобой, Макс, не соскучишься. Значит, не будем скучать! — он обвел взглядом собравшихся у камня клинков и проорал: — Колючек больше нет, поэтому лутим по-быстрому трупы и сваливаем! Вещи наших не забудьте забрать! Через две минуты выступаем! Время пошло!
Минут через сорок их отряд, лавируя между торчащими тут и там огромными валунами и ежесекундно рискуя сломать ноги своим лосям, наконец добрался до прохода в горной гряде.
— Твою ж мать! — придержав поводья своего маунта, выругался Трезвый в тот момент, когда они, обогнув скальный выступ, увидели перекрывающее ущелье укрепление. — Да что за день сегодня такой гребаный!
— Приехали, — хмыкнул Фантик в канале их десятка и, хлестнув хвостом по боку, повернулся в сторону Макса. — Ну че? Поиграем в триста спартанцев? — радостно оскалился он. — Чур я буду царем Леонидом!
— Да помолчи ты уже, — оборвал лысого Макс и на всякий случай огляделся.
Само ущелье, если смотреть на него сверху, напоминало воронку. В том месте, где они остановились и еще метров на двести вперед, ширина его была около трех сотен метров, затем края резко сужались, и оставшийся узкий проход наглухо перекрывали выложенные из крупного серого камня стены, возведенные неизвестными строителями. Метров пятидесяти толщиной и пяти высотой. Пустой воротный проем по центру и по два квадратных зубца с каждой стороны — теперь хотя бы стало понятно, почему укрепление пустовало. Сошедший оползень развалил половину крепости и превратил ущелье в отвесную двухсотметровую стену. Нет, в форме кота, конечно, можно попробовать взобраться наверх, но это займет уйму времени, да и неизвестно, что их ждет с той стороны. Он, может быть, и попробовал бы, если бы не погоня за спиной. Бросать же ребят он не собирался. Глупо? Нет, совсем нет. Без бойцов Бродяги их десятку в Даркане не выжить. Бежать не получится, от разведчиков на пустошах им не уйти, портал построить они не могут, поэтому остается только драться, а лучшего места, чем за этими стенами, не найти. Говорят, загнанная в угол крыса дерется до последнего, вот и они…