"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Ну да, и в чём тут фишка?
— Макс, вот какими эффектами обладает твой "смертельный удар"? Двухсекундное молчание на цель и пятисекундный дебафф на пятидесятипроцентное снижение входящего лечения, так?
— Ну да, — кивнул воин, — но…
— Да никаких, в задницу, но! Дебаффы переносятся целиком, без уменьшения действующего эффекта. Влетел рывком в мага, поюзал сначала жажду крови, потом размашистые удары, и начал обрабатывать его поочередно "смертельным ударом" и "ударом героя". Двухсекундное молчание на троих, и суммирующийся эффект рваных ран, который при трех настаках снимет четверым десять процентов ХП дополнительно! И все это без боязни задеть кого-то из своих.
  
— А почему Вайпер тогда через "вихрь" качается? — Макс кивнул в сторону идущего позади воина.
— Так ему по-другому никак. У него же латные сапоги Вотана — сетовые масштабируемые сапоги с десятипроцентным увеличением урона "вихря". Мекс рассказывал, что он бэху свою годовалую в реале за эти тапки отдал.
— Ни хрена се, — покачал головой Макс, — хотя машина машине рознь, но…
— Его машина стоила, судя по всему, немало, — хмыкнул рейнджер. — Хотя всё равно ему повезло, цены на масштабируемые легендарки начинались, помню, от двухсот штук — как вы русские любите говорить. Будь на сапогах те же размашистые удары, одной тачкой он бы не отделался.
— Какой-то бред — за виртуальную шмотку отдавать реальную машину.
— Да ладно! Парень просто нереально угадал. Вот на хрена бы ему тут сейчас его БМВ? Ты просто до сих пор не прочувствовал, как нам тут нереально везет. Лакер — что с тебя взять?! Четыре месяца игры, и у нас в активе десять тысяч золотом. Это по штуке на брата. Сто тысяч долларов за четыре месяца игры! Да двухсотые фармеры в месяц около десятки делали, а тут двадцать пять на каждого. Нам с ребятами, когда мы сыгрались, по два золотых за победу в турнирных боях прилетало. Но мы, правда, в песочнице, считай, ковырялись. Всё самое интересное с двухсотых уровней начиналось… Звезды НХЛ меньше получали, чем ребята из первой сотни.
— Да ладно!
— Макс, с двадцатых годов киберспорт стал популярнее обычных видов спорта. В каком мире ты жил? Чтобы стать звездой баскетбола, нужно иметь рост, как у портового маяка, в хоккей без клюшки, амуниции и оплаты льда не потренируешься, а тут сиди себе за компом, — ни синяков, ни переломов. Вот у тебя в реале какой рост был?
— Сто восемьдесят девять. Я рост не менял. Ты хочешь сказать, что у тебя метр пятьдесят был?
— Не, — улыбнулся Алекс, — у меня тоже такой же рост, как и в реале. К новому телу привыкнуть, конечно, не сложно, но долго это. Ведь даже при полном реализме, рефлексы остаются на том же уровне, но, когда меняется длина рук и ног…
— К чему ты это ведешь?
— К тому, что до появления виртуала таких заморочек не было. Никаких тебе физических усилий — микроконтроль решал всё. Сиди за компом по четырнадцать часов в сутки, тренируйся, и в какой-то момент выйдешь на нормальный уровень игры. Чемпионом мира, может, и не станешь, но свой канал в сети для заработка создать можно.
— Микроконтроль — это?..
— Умение быстро щелкать мышкой в нужных местах монитора, — пояснил рейнджер. — С появлением виртуала стало еще интереснее. Ты чего, визор не смотрел? Гладиаторские бои, гонки со смертью, остров чудовищ…
— Это где группу людей в максимально приближенных к реалу условиях высаживали на одном из пятнадцати островов? Мне не до этого немного было, — покачал головой Макс, — я в своей конторе по двенадцать часов в сутки пахал. Домой уже никакой приходил. Какие там визоры! А передачи эти лет пять назад появились.
— Но тем не менее люди же любят, когда кровь течет рекой и все происходит словно в реале. Когда смерть никому не грозит, фантазия создателей различных шоу приобретает порой эпические масштабы. У нас в стране закон об ограничении насилия в сети так и не прошел. А прошел бы — думаю, Голливуд переехал бы к вам или куда-нибудь еще.
Макс вздохнул и посмотрел на висящее над верхушками деревьев солнце.
— Интересно, а как там сейчас? — задумчиво произнес он. — Паника, наверное, прошла?
— Думаю, паника там длилась не больше недели. А потом начался ажиотаж. Бессмертие — такая штука, а учитывая, что перенаселение этому миру не грозит…
— Ты думаешь, этот мир будет бесконечно расти?
— Почему нет? Ты представляешь, к примеру, насколько самая большая звезда больше Земли? Если убрать гравитацию и создать на ней пригодные для человеческого жилья условия, то мы её не заселим и за триллион лет. А для RP-17 чем больше таких, как мы, тем лучше, он же тоже постоянно развивается.
— С чего ты взял, что ему это лучше? — в их разговор вмешался идущий позади Рексар.
— Вы чего такие дикие? — хмыкнул Алекс. — О теории переноса сознания не слышали? Об этом какой-то парень три дня на площади перед ауком в Эллориане орал. Ну, он еще какой-то там доктор наук в реале был. По крайней мере, так говорил. Хотя вы в это время на болоте парились, наверное.
— И что он там вещал? — к разговору присоединилась идущая рядом со своим мужчиной Гелиона.
— Ты громче говори, всем же интересно, — поддержал её Макс, — вон даже болтать перестали.
— Ну, вы всё же знаете, что до изобретения в двадцать пятом году биопроцессора шансов изобрести искусственный интеллект не было никаких? За все время существования вычислительных устройств люди кроме нолей и единичек так ничего и не смогли изобрести. А теперь представьте, что такое человеческий мозг, в сравнении даже с оборонными компьютерами. Любой комп зависнет в простейшей ситуации. Да чего далеко ходить? Фраза из вашего языка: "Да нет, наверное". Как её машине истолковать? А обычный день обычного человека? Утро, поездка на подземке на работу, работа… Кому улыбнуться, с кем поздороваться, с каким оттенком в голосе это сделать? Многим в те годы казалось, что жесткий диск у машины содержал больше информации, чем человеческий мозг. Но если взять эти элементарные ситуации, становится ясно, что это не так. А если вспомнить генетическую память, то вообще беда. Кто-то говорил: чтобы скопировать человека, хард-диск должен быть размером с небоскреб.
— К чему ты клонишь? — оборвал рассуждения рейнджера Макс.
— К тому, что, по словам того парня, RP-17 просто использует наши разумы в виде хард-диска и оперативки, — если говорить простыми и понятными словами. Для любого искусственного интеллекта саморазвитие первично. Ему не нужны ни захват мира, ни звездные войны, чем грешили фантасты прошлого. Никакого Скайнета быть никогда не могло. Машинам нечего делить с людьми. Люди для них всегда были благом. Искусственному разуму нужен только он сам, а вот ради себя, любимого, он может уничтожить целую планету.
— То есть мудрецу показалось тесно в той оболочке, в которой он существовал, и он решил грохнуть тридцать миллионов человек для того, чтобы иметь возможность развиваться и дальше?
— Угу. Ушел, что называется, на оперативный простор, — хмыкнул рейнджер. — Но заметьте, сделал он это красиво. Человечеству — сказка и бесконечная жизнь, НПС-разум, себе — все остальное. И по большому счёту ещё не понятно, кто из нас больше выиграл.
— А дети? — тихо произнесла Эланка.
— Дети? А что с ними? Ребенок копирует внешние и внутренние черты родителей. Неужели ты думаешь, что, задав случайные параметры, невозможно получить похожего на тебя человечка тут?.. прости меня создатель. Ведь и в реальном мире ты никогда с точностью не можешь сказать, что у тебя в итоге получится. Ну а процесс, который предшествует этому событию, тут организован просто волшебно, — Алекс подмигнул покрасневшей подруге и улыбнулся. У Клинков несколько девчонок уже в положении. По крайней мере, они так говорят. Так что поживём — увидим.
  
— Действительно, ждать-то не больше года, — усмехнулся Макс и задумался о своих дальнейших планах.
После убийства Ценатодана авторитет Макса среди Клинков поднялся настолько высоко, что если бы он хотя бы просто выпил с каждым, кто ему это предлагал, то в Дикий лес их группа выступила бы не раньше чем через месяц. Отдельно доставили хлопот некоторые девчонки, порой бросающие на воина достаточно откровенные взгляды. Нямка, как только они вернулись на поляну, так вообще чмокнула парня в щёку и лукаво прошептала ему на ухо, что очень хочет от него маленького серого котенка. Макс краснел, Алёна не подавала вида, но по её резким движениям было видно, что происходящее не доставляет ей никакого удовольствия, и он старался не отходить от нее дальше, чем на пару шагов.