"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Небольшая площадь перед воротами, два крайних дома горят, ко мне бегут какие-то демоны. Мрак пробегает по инерции метров пятнадцать и медленно опускается на брюхо. Меня снова скручивает приступ боли, и я сползаю с седла лежащего кабана на землю…
— Эй, светлый, очнись, — сознание возвращается постепенно.
Пасмурное небо, запах гари. Надо мной лицо пожилой демонессы с ковшиком в руках, которое в одно мгновение сменяется огромным свиным пятаком. Мрак шумно выдохнул прямо мне в лицо, заставив сморщиться. «Вонь-то какая! Зубы, что ли, ему как-то чистить? Хотя ничего так — не хуже нашатыря», — пришла мне в голову тупая мысль, и я, отпихнув морду четвероногого друга в сторону, резко принял сидячее положение.
— Господин, вот вода, — сухонькая старушка протянула мне ковш с ледяной необычайно вкусной водой.
— Долго я лежал? — спросил я ее, сделав два глубоких глотка.
— Пару минут, не больше. А ваш зверь так вообще почти сразу поднялся.
Вернув демонессе ковш, я оглянулся по сторонам. Метрах в пяти от меня кучка чумазых детей, они с восхищением смотрят на Мрака, в воздухе стоит треск от ударов с той стороны в ворота, вдоль стен на подмостках и на земле лежат трупы защитников — маги и лучники Даэрона выкосили почти половину боеспособного населения деревни. Из оставшихся на ногах — шестнадцать охотников в кожаных бронях, четверо мечников в простых кольчугах и кожаных шлемах. Остальные жители Баланы одеты в лучшем случае в части кожаных доспехов и вооружены как попало. Всего человек шестьдесят от сто сорокового до сто пятидесятого уровней. На стенах сейчас только лучники, остальные собрались напротив ворот и ждут прорыва нежити. А ведь там, за воротами, еще около тридцати сто семидесятых латников. Как же меня все это достало!
— Господин рыцарь, вы как?
Это, видимо, староста — крупный кряжистый демон в кожаной броне с длинным охотничьим луком. В его карих, с вертикальным зрачком глазах мелькает нешуточная надежда.
— В порядке, Гверт. — Я поднялся на ноги, сунул кабану один из абрикосов и с некоторым трудом забрался в седло. — Лекари в деревне есть?
— Да, господин, двое. Слабые, правда.
— Освободите площадку у ворот, чтобы я смог как следует разогнаться. Лучникам скажите, чтобы били по одним и тем же целям, — я внимательно посмотрел в карие глаза демона. — Ну а лекари пусть лечат. Все! — Кивнув напоследок старосте и проводив его взглядом, я развернул кабана в сторону ворот и сдал немного назад.
Прогрохотал дальний гром, и первые крупные капли дождя упали на землю. Я вытащил из инвентаря пику и, держа ее вверх острием, молча смотрел на доживающие последние мгновения ворота. Внезапно, одновременно с громовым раскатом, душный сумрак прорезала молния, и в этот момент створки ворот пали. В трехметровый проем толпой полезли латники, и я, пятками тронув бока Мрака, сразу же врубил рывок!
Почти тонна живого веса, на огромной скорости с лязгом вломившаяся в неподготовленную толпу нападавших, расшвыряла их в стороны, словно оловянных солдатиков. В воротах возник затор. Я, загодя врубив «бешенство» с «единством», не разбирая начал рубить ошеломленных от такого поворота событий латников. Со всех сторон что-то кричали, молнии ветвились с неба, гремел гром. Под копытами вепря хрустели кости, в седле было скользко от начавшегося проливного дождя. Ледяной клинок, язык пламени, ледяной клинок, кабану — цель на лежащего под копытами, язык пламени. Время от времени по телу прокатывала прохлада лечения. Хорошо, что в таких боях агро не держится долго, иначе, навались на меня все разом, не помогло бы ничего.
Мат со стен, мелькание светящихся голубым светом прорезей шлемов… Краем глаза замечаю старосту, разом за разом пускающего оперенную смерть в неживых тварей. Какой-то скелет достает меня ударом в ногу. Больно! Парирую следующий удар и наношу рубящий сверху, крит! Прыгаю с кабаном назад, галоп — и еще один латник со скрежетом осыпается на землю.
Трое перед Мраком: один опускает тяжелый двуручный меч на голову кабану, но тут же падает со стрелой в глазнице, принимаю удар левого на щит, а правого вепрь просто вдавливает в один из опорных столбов. Плюнув на того, что слева, помогаю кабану добить обездвиженного, и мы с ним по инерции вырываемся за ворота.
Метрах в пяти от меня, одновременно с громовым раскатом, в землю ударяет ярчайшая молния.
— Да! — на мгновение ослепленный и оглушенный, поднявшись в стременах и разведя руки в стороны, ору я. — Я здесь, Ингвар! Смотри на своего лейтенанта!
Повышение репутации с княжеством Крейд! Жители княжества Крейд теперь относятся к Вам нейтрально.
Повышение репутации с жителями Фарота! Жители Фарота теперь относятся к Вам с уважением.
Повышение репутации с жителями Баланы, Феаторы и Уриаты! Жители Баланы, Феаторы и Уриаты теперь относятся к Вам с почтением.
За спиной раздаются радостные крики. ПОБЕДА!
Задание «Спасение Баланы» выполнено!
Полоска опыта практически упирается в следующий уровень, я тяжело вздыхаю, достаю из инвентаря объемистую фляжку Треис, делаю пять больших глотков, снимаю шлем и подставляю лицо падающей с неба воде.
Шум дождя. Капли чавкают по мокрой земле и выбивают барабанную дробь по створкам опрокинутых ворот и доспехам валяющихся тут и там мертвых воинов Даэрона. Сам он лежит в неестественной позе у правого воротного столба, забрало откинуто, и черные провалы глаз смотрят в пасмурное небо. Лицо вполне человеческое. Черные волосы, прямой нос, тонкая нитка губ. После смерти рыцарь заметно убавил в размерах.
Я спрыгнул с кабана и наклонился над его изломанным телом. Три редкие вещи. Латные перчатки на сто пятьдесят пятый уровень, лук на сто шестидесятый и кольчужные штаны на сто шестьдесят пятый. Пять необычных предметов, семьдесят пять золотых и десяток различных мензурок. «Странно — больно богатый лут, наверное, это как-то связано с континенталкой. Впрочем, плевать, мне-то от этого только лучше», — пожал плечами я и направился к убитым мною первыми магам.
С трудом удерживая равновесие на мокрой глине, я подошел к останкам личей. А неплохо мы тут с кабаном порезвились! Кости незадачливых мобов были разбросаны на площадке почти десятиметрового диаметра. Лут тоже порадовал: три необычных предмета и три монеты серебром. Остальное особой ценности для меня не представляло: три мензурки с зельем маны и какая-то алхимическая хрень. «То есть с тысячи убитых сто семидесятых я буду иметь сто золотых монет, — провел я в голове нехитрые вычисления, — и это не считая обычного лута».
Меня всегда занимала экономика игры — ведь если посчитать, одних только денег с мобов падает достаточно для того, чтобы обычный средний игрок в эпоху «до обновления» мог без особых напрягов зарабатывать больше десяти тысяч долларов в месяц. Даже если посчитать, что в момент события денег падает в два раза больше, то уж пару-то тысяч мобов за месяц игры можно убить в любом случае. А это как раз десятка. Однако! На мелких уровнях денег, правда, падает значительно меньше, но и мобы полегче. Конечно, там нет таких тепличных условий, как у меня здесь, а, учитывая шестичасовой респаун, в стартовых локациях особо не разгуляешься. И все же… Хотя что толку считать, только постройка самого простого кланового замка начиналась от пятидесяти тысяч монет, а купить под него землю? А ремонт экипировки, а ее улучшение? Да хоть бы та же химия — все это стоит денег. Может, поэтому игровое золото так высоко ценилось? К тому же я в реале получал больше десятки, и это без особых хлопот. «Да и к чему сейчас эти бесполезные размышления? — я посмотрел на начавшее стремительно светлеть небо, за раздумьями не заметив, как окончился дождь. — Доллара больше нет, как, собственно, и рубля с прочими йенами, поэтому и думать теперь об этом больше не стоит».
Громкий чавкающий звук за спиной заставил меня резко обернуться, и моя челюсть медленно поползла вниз. С правой стороны от дороги, упирающейся в ворота деревни, еще во время своей сумасшедшей атаки я заметил огромную грязную лужу. В общем, теперь ее там практически не было, поскольку все ее пространство занимал мой боевой товарищ, который вместе с седлом и сбруей был теперь с ног до головы измазан в коричневой жиже. Кабан лежал на спине, смешно болтая в воздухе копытами, и одним глазом смотрел в мою сторону. Это он ждет моей реакции?