"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
Три очка характеристик я кинул в здоровье, урон у меня и так неплохой, а вот тридцать очков жизни лишними точно не будут. Очки талантов, так же как и классовый бонус увеличения духа и интеллекта, я начну получать только с восемьдесят третьего уровня. Раньше в игре такого не было, эта хардкорная составляющая была введена в последнем обновлении сошедшим с ума, или осознавшим себя (тут кому как удобно считать), искусственным интеллектом «Мудрец RP-17». О мотивах, которыми он руководствовался, вводя двадцатипроцентное понижение в уровнях при смерти персонажа, я мог только догадываться. Скорее всего, подарив бессмертие игрокам, затянутым в игровой мир, искин решил как-то ограничить их в развитии. Ну, с драной овцы, как говорится, хоть шерсти клок — потерянные очки характеристик с духа и интеллекта я вложу в здоровье и силу. Интересная получается штука — дух с интеллектом у меня сейчас по семьдесят два очка, а классовый бонус начнет начисляться только с восемьдесят третьего уровня. Теоретически, доведя себя смертями до тридцатого, минимально возможного уровня, я смог бы максимально снизить ненужные мне характеристики, перераспределив их в здоровье и силу. Но умирать я, понятно, больше не собираюсь — мне и одного раза хватило за глаза.
Ладно, вроде бы все собрал — я задумчиво обвел помещение взглядом. А если… Подойдя к куче лежащих у стены черепов, я взял один из них в руки. По внешнему виду череп совершенно не отличался от тех, что мне нужно было сдавать по квесту. Была не была — я покидал все черепа из кучи в свою сумку, вернулся в соседний грот и подобрал все, что были там. Некоторые мне даже пришлось выламывать из застывшей извести. Хорошо иметь практически безразмерную сумку, ограниченную только максимально переносимым весом. Мертвые головы укладывались в стопки по пятьдесят штук и очень уж много места не занимали. Конечно, это в какой-то мере читерство, но мне накласть с прицепом на все эти условности. Пятьсот тридцать шесть черепов весили пятьсот тридцать шесть килограммов соответственно, а моя сила, если учитывать бафф от зелья возможностей, в настоящий момент позволяла переносить мне тысячу двадцать два килограмма — по два за каждую единицу характеристики. Так что даже с учетом собранного с убитых скелетов хлама и веса моей экипировки я мог себе позволить набрать в сумку еще примерно двести пятьдесят килограммов чистого веса. Вот порадуется десятник Нейл, когда я вывалю перед ним эту кучку. Впрочем, героическое возвращение в Урканту мы отложим на потом, — я так и представил себя въезжающим под торжественные звуки оркестра на белом жеребце в деревеньку, благодарных жителей, швыряющих цветы под копыта моего коня, и влюбленные взгляды деревенских девчонок. Нет, со взглядами я, пожалуй, погорячился — из деревенских девушек я хорошо запомнил только двух длинноносых и тощих, как жерди, дочерей старосты. Я улыбнулся, впервые за последние сутки: «Ладно, посмеялись и хватит». Я сюда пришел немного не за тем. Нет, конечно, спасение жителей деревни от нашествия нечисти очень даже благородное дело, но у меня тут есть свои шкурные цели, которые сейчас лежат за серой дымкой портала в лаборатории дважды дохлого алхимика.
Дополнительные паки скелетов больше не появлялись, я подошел к порталу и достал из кармана выданный мне загадочным посланником бога воров Харта пузырек. Порошок в склянке был похож на обыкновенную марганцовку, которую, как рассказывала мне бабушка, когда-то продавали как раз вот так — в стеклянных баночках. Марганцовка не марганцовка, а высыпа́ть на руку эту смесь я не собирался — ну его, от греха подальше. С трудом отковыряв пробку, я одним движением сыпанул порошок из пузырька на овальное окно перехода.
ERROR@#$*^
Системного сообщения об ошибке я не видел с того момента, как один ублюдок создавал моего персонажа. Впрочем, ничего особенного не произошло, кроме того, что окно портала заметно потемнело. «Сработало!» — хмыкнул я, отхлебнул для храбрости из фляги похожего на самогон местного сорокаградусного пойла и шагнул в клубящуюся передо мной темно-серую дымку.
«М-мать…» — вырвалось у меня, когда увидел место, где оказался. Нет, я, конечно, что-то подобное предполагал, но одно дело предполагать, другое — увидеть воочию. Я стоял на каменной площадке примерно в двух метрах над землей, а за моей спиной высилось небольшое горное образование. Впереди, насколько хватало глаз, тянулась унылая, однообразная равнина, перечеркнутая справа титаническим разломом, противоположный край которого скрывался в серой дымке. Поросшая чахлыми деревцами и невысокими кустарниками унылая местность на всем протяжении была покрыта клочьями белесого прозрачного тумана, стелющегося у самой земли, и упиралась на горизонте в темную цепочку гор. Висящая в небе полная луна освещала белеющие тут и там костяки каких-то крупных животных. Прямо под тем выступом, на котором я стоял, на земле, прикрытые туманной дымкой, лежали останки трех гуманоидов. Может быть, их было больше, но голов я насчитал всего три. Обгрызенные берцовые кости, проломленные черепа и разбросанные вокруг ребра свидетельствовали о том, что простуда вряд ли была причиной их смерти.
Дорога, извивающаяся по этой пустыне, проходила от меня метрах в двухстах и упиралась в разрушенные ворота когда-то огромной цитадели. Сейчас бывшее укрепление сложно было даже назвать руинами — просто огромная груда камней, окруженная остатками каменных стен.
По обеим сторонам дороги в гнетущей тишине поодиночке и небольшими группами перемещались высокие фигуры в темных рясах — их головы были покрыты капюшонами, в лунном свете поблескивали металлом косы на плечах. Иногда они застывали на месте и будто что-то подбирали с земли, затем снова продолжали движение, а иногда их маршруты пересекали ведущую к цитадели дорогу. «Умертвие, 378-й уровень» — прочитал я над одной из фигур и выругался повторно. «Серые пределы, Долина плача, окрестности укрепления Йорт, уровень локации 370–390», — гласила информация в логе.
Я резко обернулся и выдохнул с облегчением — портал и не думал исчезать. «Если исчезнет этот переход, отсюда мне точно не выбраться», — подумал я и внимательно присмотрелся к цели своего визита. Лик не обманул, хранилище видно даже отсюда. Но, разглядев место, где оно находилось, я выматерился в третий раз за последние пять минут. Темное, слегка подсвеченное по граням кубическое помещение висело прямо над разломом, на краю которого когда-то стояла цитадель. От края разлома к нему вела светящаяся слабым голубым светом, но без перил и какой-то опоры дорожка, которая с этого расстояния казалась тонкой ниткой. Я слабо представлял, как пройду по ней, но подумал, что нужно решать проблемы по мере их появления. Мне туда еще добраться нужно, и один я этого не сделаю никак.
Я спрыгнул с каменной площадки на землю, расчистил небольшой пятачок от костей, просто распинав их ногами в стороны. Никакого уважения к останкам сожранных кем-то гуманоидов я не испытывал, и мне было совсем не любопытно, ни кто их сожрал, ни к какой расе они принадлежали, — мне бы свои дела порешать.
На свитке, который мне передал Лик, была нарисована несложная пентаграмма, и, хотя дело сейчас происходило не в реале, где остались все мои навыки художника, — мастерство, как говорится, не пропьешь. Поэтому я всего за пару минут изобразил на земле требуемый рисунок. Размеров на свитке не было никаких, и я по наитию нарисовал пентаграмму так, чтобы находиться вне ее в тот момент, когда перейду к завершающей стадии вызова. С этими магическими штуками лучше держать ухо востро, а то или рванет так, что мало не покажется, или вылезет не тот, кого вызываешь. И отвечай ему потом, что ты совсем тут не при делах и просто проходил мимо.
Камень, выданный мне демоном, я положил в центр рисунка и, далее также следуя указаниям Лика, высыпал сверху порошок из коробочки и быстро одернул руку. Некоторое время не происходило ничего, а потом земля ощутимо дрогнула у меня под ногами. Рисунок полыхнул ослепительным белым светом и исчез. На расстоянии метров тридцати от меня в землю ударила молния, следом за ней вторая, третья… Молнии били не переставая, землю под ногами трясло так, что мне лишь с большим трудом удавалось удержать равновесие, а запах озона перебивал все остальные. Прикрываясь левой рукой от слепящего света, я ждал появления существа, которое Лик называл своим родственником.