"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Подхватив пистолет из ослабшей ладони, я повернулся к оставшимся преступникам, и в этот момент самолёт лёг на крыло, совершая экстренный разворот. Всех, кто был не пристёгнут, кинуло на правый борт, я едва сумел уцепиться за кресло и поймал на мушку одного из врагов, упавшего животом промеж сидений.
Тот поднял голову как раз, чтобы получить пулю в лоб. Непрекращающиеся крики сменили тональность, когда другой преступник начал забираться прямо по пассажирам, наступая на них ботинками и используя, как ступени. Но стоило его голове подняться над креслом, как я выстрелил. Минус три.
  
Где ещё один? Точно помню, был. Может, затаился?
— Внимание пассажирам, самолёт идёт на экстренную посадку, всем занять свои места! Экстренное приводнение! — раздалось из динамиков, и мне стало не до шуток. Если лайнер сейчас рухнет в воду, меня будет швырять по салону словно мячик, и лёгкими травмами я не отделаюсь.
Добив закрывающего дыру в хвосте бабаха, я вскарабкался в своё кресло. Аня помогла, схватив меня за руку и притянув к себе что было сил. Через минуту мне удалось застегнуть ремень, и в этот момент самолёт выровнялся.
— Всем наклониться вперёд и прикрыть голову! — рявкнул пилот, и почти сразу за этим последовал мощный удар. Самолёт подскочил на волнах, словно каменный блинчик, пролетел несколько сотен метров и ударился ещё раз, всех тряхнуло. Орали дети, женщины и большая часть мужиков.
Признаюсь честно, я тоже кричал. Правда, не от страха. Такого адреналина у меня не было даже во время вчерашней схватки. Это вам не американские горки, это гораздо круче! На четвёртый раз самолёт рухнул в воду не совсем удачно, погрузившись вначале хвостом, который мгновенно оторвало. Крики стали паническими, но, оглянувшись, я вдруг понял, что вижу в проломе берег. Похоже, мы сели параллельно земле и сейчас…
Следующий удар наглядно продемонстрировал, почему нужно соблюдать правила безопасности. Меня кинуло вперёд так, что ремень глубоко врезался в живот. И если остальные пассажиры упёрлись руками в кресла спереди, то меня приложило плечом об угол. Приятного мало, хоть ничего страшного и не произошло. Перелома нет, только сильный ушиб. Зато самолёт окончательно затормозил и даже тонуть не собирался.
Выглянув в иллюминатор, я увидел пляж и разбегающихся в стороны людей. То же было и с другой стороны. А оглянувшись… вот ты где, дружок.
— Эй, бабах! — крикнул я, и выбирающийся из самолёта, по обломкам террорист затравленно оглянулся. Лицемерный испуг того, кто ещё недавно грозился взорвать всех, был даже смешон. Он попытался сбежать, но пуля всегда быстрее. Они догнали его у самого обломка хвоста, после чего бородач рухнул за кромку самолёта и раздался запоздалый взрыв, поднявший тучу брызг.
— Экипаж желает вам приятного полёта и прощается с вами, — неожиданно раздалось из динамиков. — Просим всех покинуть салон.
При этих словах боковые люки с хлопком отвалились и прямо из борта начали надуваться жёлтые спасательные горки. Где-то недалеко уже слышался вой сирены, кажется, к нам спешили все экстренные службы разом. Но особой нужды в этом не было, ведь когда я поднялся с кресла и помог встать Ане, стало понятно, что пилоты умудрились не только плавно посадить самолёт, но и завести его в русло реки, где взрослому воды было по колено.
И, наконец, понявшие, что худшее уже позади, люди разразились аплодисментами. Пожалуй, в такой ситуации более чем заслуженными.
— Блин, у нас же багаж весь в воде, платье, наверное, безнадёжно испорчено… — с тоской проговорила Аня.
— Горжусь тобой, после такого крушения ты о платье беспокоишься, — улыбнувшись, поцеловал я девушку в макушку. — Пошли, не будем мешать спасателям.
— Прости, я просто… как мы теперь доберёмся до бала? Всё, он для нас перечёркнут? — пробормотала она, — Или, думаешь, его отложат?
— Из-за нас? — искренне рассмеялся я. — Это вряд ли.
Спустившись сами, мы помогли другим, а затем просто отошли в ближайшее кафе, чтобы не мешать медицинским работникам и спасателям. Там и без нас образовалась такая толпа, что не протиснуться. Машины к самой воде спускались, и даже вечно наглые таксисты с железнодорожного вокзала не брали деньги с пострадавших. Хотя по правде таких было немного. К чести пилотов. Ну и я постарался самую малость.
— Слушаю, — ответила на входящий вызов Аня. — Да, мам, всё в порядке, мы целы. Да, всё хорошо сидим, кофе пьём. Нет, не опоздали… Ну чего ты начинаешь?
С улыбкой я смотрел, как моя девушка успокаивает родственников, когда у меня самого зазвонил телефон.
— Да?
— Слышу, у вас всё в порядке, — донёсся до меня спокойный, но усталый голос графа Комаровского. — Что там произошло?
— А, террористы попробовали захватить борт и…
— Да плевать мне на них! Какого чёрта самолёт вообще упал? У вас там в прямом эфире интервью на мосту снимают, и все говорят о том, что хвост оторвался не из-за террористов! — прорычал глава местного СИБ, да так громко, что мне пришлось отодвинуть трубку от уха. — Никакого взрыва не было! И свидетели утверждают, что дыра появилась сама собой! Вы совсем поехали? Решили использовать знаки…
— Тише, пожалуйста, мы не одни, — оборвал я его, увидев, как Саня, до этого очень гордый собой, съёжился в кресле. Аня же недоумённо переводила взгляд с меня на друга и обратно.
— Так найдите место, с которого можете со мной нормально говорить!
— Я понять не могу, это вы так пытаетесь переложить ответственность на нас за то, что террористов вовремя перехватить не нашли? Мы их устранили, спасли полторы сотни жизней. Не за что! — сдержавшись, сказал я.
— Так это и не наша задача, а бывших ФСБ, конторских, — даже удивился Комаровский. — Мы не за это отвечаем. И вообще…
— Э нет, подождите. Как удобно. И за что же тогда? За безопасность аристократов? Так, нас сейчас чуть не взорвали в воздухе.
— За то, чтобы вы ваше сиятельство, и ваши товарищи, не творили дикой фигни, — оборвал меня граф. — И сейчас вы напортачили. Похоже, кто-то снимал видео. Так что отрабатывайте. Через пятнадцать минут подъедет федеральный канал и возьмёт интервью у первых лиц, бывших на борту. У вас, князь. Не подведите.
— Послушайте, я не хочу светиться перед камерами, — попробовал возразить я, но в трубке уже послышался гудок. — Блин. Ладно.
Оглядевшись, я увидел, что некоторые из пассажиров уже начали разбирать чемоданы. И судя по одежде, не только пассажиры. На что и обратил внимание товарищей. А когда они отправились проверять, чтобы у наших вещей не отросли ноги, сам пошёл на мост, откуда телевизионщики снимали общий план рухнувшего лайнера.
Несколько минут на меня почти не обращали внимания, но затем один из пассажиров чуть не ткнул в меня пальцем.
— Вот! Вот он стрелял в салоне и чуть нас всех не убил! — чуть не кричала дородная женщина.
— Добрый день, — с улыбкой поздоровался я, когда камеры повернулись в мою сторону. — Князь Пожарский, к вашим услугам.
— Ваше сиятельство, вы были на этом злополучном рейсе⁈ — тут же подскочило ко мне несколько репортёров, тыча в лицо микрофонами. — Расскажите, как всё прошло? Говорят, именно вы стреляли в салоне.
— Не буду скрывать, стрелял. Согласно новогоднему требованию его императорского величества, каждый аристократ обязан бороться с преступностью в России, — спокойно проговорил я, всё так же скромно улыбаясь. — Это наш долг. И несмотря на крушение, я считаю его исполнение крайне важно.
— Некоторые говорят, что террористы требовали просто отвести самолёт в Турцию. Что не представляло угрозы рейсу или пассажирам.
  
— Именно поэтому трое из них были в поясах смертников, — позволил себе усмехнуться я. — К счастью, пилоты спасли лайнер и сумели посадить его без жертв. За что все мы должны и говорим им спасибо. Такой профессионализм заслуживает всяческого уважения, и именно их, а не меня или случайных пассажиров вы должны опрашивать. Я со своей стороны готов лишь похлопать. Они молодцы.