Ева и её братья
Большинство из нас не может проживать тяжёлые чувства. Нам это с детства запрещают, и поэтому мы не умеем. Чего плачешь, упал, отжался и пошёл дальше… И мы привыкаем к тому, что гораздо проще на злость, отчаянье, грусть и тоску отреагировать действием: напиться до беспамятства – всегда пожалуйста! Пошопиться до одури и притащить домой кучу ненужного хлама. Или выбить клин клином, избавляясь от любовных страданий. Вот и Ева – человек действия – решила, что Михаил отлично подходит на роль клина. Но главное в этих делах, чтобы чувства наружу не прорвались, главное – не разрыдаться, как в прошлый раз.
После спектакля они поехали в ресторан. Ева даже не пыталась отговориться и вернуться домой пораньше, поскольку Михаил обещал ей рассказать кое-что интересное про тот самый нефтеперегонный заводик, где её мама, уже давно умершая, была завлабом.
Откуда он узнал? Сказал, что его родственник был знаком с директором заводика. И вот они сидели в «Турандот», и перед Евой проплывали картинки прошлой жизни. Странно было слышать о всех этих хорошо знакомых людях из уст малознакомого человека. Родственник Михаила и о Лёлике знал понаслышке. Сам знаком не был.
Ева спросила, зачем Михаил вообще интересовался её прошлым.
– Ты мне нравишься. Мне хочется знать о тебе больше. Тогда ты была замужем, а сейчас у тебя кто-нибудь есть?
– Мой муж снова появился. Свалился как снег на голову. Хочет строить церкви и рожать детей.
Ева пробовала шутить.
– Когда? – удивился Михаил.
Он про это ничего не знал.
– Два дня назад.
– Он тебе угрожает?
– Нет пока, но он слишком настойчив.
– Я думаю, что смогу помочь решить эту проблему, – улыбнулся Моше.
– Как? – воскликнула Ева. – Ты же тут проездом, можно сказать?
– Сами мы не местные, – в тон Еве отшутился Моше, – тем не менее у меня здесь ещё с прежних времён много друзей среди твоих сограждан. И всё-таки вернёмся к моему вопросу: у тебя сейчас кто-то есть?
– Боюсь тебя разочаровать, но у меня опять кто-то есть, – ответила Ева, помедлив. – И это опять сложная история.
– Да, ты не ищешь простых путей, я уже понял. Но ведь все это было до! Ты тогда ещё не встретила меня. – улыбнулся Михаил.
И тут Ева подумала, как было бы здорово вначале встретить Мишу. И уехать с ним за границу, начать всё с чистого листа. И никогда ничего не слышать про гранатомёты, осколочные управляемые бомбы и их конструктора.
– И потом, ты всё же согласилась пойти со мной в театр.
Это была правда, от которой Еве сложно было отпереться.
– Да, иногда мне хочется всё бросить и сбежать.
– Что же тебя останавливает?
– Может быть, я люблю этого человека?
– Может быть?
– Ты цепляешься к словам.
– У вас много общего?
– Совсем мало. Только любовь.
– Он тоже тебя любит?
Ева задумалась.
– Не так, как я его.
Она опять почувствовала острое желание выговориться и рассказать о том, что её переполняло. «Господи, ну почему именно в твоей компании, Миша, со мной случаются эти дурацкие приступы откровенности?» – подумала она про себя. А вслух сказала:
– Она его за муки… полюбила. А он её за состраданье к ним.
Кривая ухмылка.
– И тебя это устраивает? – Моше вдруг понял, что он не просто пытается её вербовать, он хочет её отнять у Александра, разрушить их связь, завладеть её душой и телом. – И что же дальше? У вас может быть общее будущее?
– Может, конечно, может! – воскликнула Ева. – Если только он согласится уехать со мной. Но у него здесь очень интересная работа, положение в обществе. Он успешный руководитель, учёный. Правда, сейчас появились кой-какие проблемы… Но, может, оно и к лучшему. Может, именно эти проблемы перевесят и он всё-таки решится…
– А если нет? Сколько ты ещё готова ждать? И почему ты не можешь жить с ним здесь, раз он такой весь из себя успешный?
– Я не хочу здесь оставаться, совсем не хочу. Он – талантище, но работает… – Здесь Ева осеклась, потому что чуть не сказала лишнее. – Неважно, где он работает, просто то, что он делает, очень спорно.
– В каком смысле спорно? Тебе не нравится то, чем твой любимый занимается?
– Можно и так сказать.
– Ты веришь, что мужчина бросит свое дело, которому жизнь посвятил, ради очень большой любви? Ты думаешь, это в принципе возможно?
– А ты бы бросил?
– Я – нет.
– Обстоятельства так могут сложиться, что ничего, кроме моей любви, у него не останется. Просто не будет выбора.
Моше про себя усмехнулся. «Не сомневайся, Ева. Именно так и будет». Но вслух произнёс:
– Тогда борись за свою любовь, делай всё, чтобы развалить его жизнь и остаться его соломинкой, его спасательным кругом. Только вот будет ли он тебе благодарен, когда узнает…
Ева замолчала, откинулась на спинку дивана и стала жевать нижнюю губу. Быстро и безжалостно Михаил обнажил скелет ситуации, в которой она застряла. «А ведь всё так и есть. Либо я должна наступить себе на горло и оставаться в этой стране женой оборонного генерала, со всем сопряжённым говнищем, либо я опять должна наступить себе уж не знаю на что и уйти».
Потом с иронией и почему-то не обращаясь к Михаилу напрямую, а в третьем лице, произнесла:
– Умный парень Мишка побыл сегодня моим психологом. Что ж, спасибо ему за правду. И зачем ему это всё нужно?
Моше понял, что Ева боится в лоб задать ему этот вопрос и получить ответ, который поставит её перед неминуемым выбором. Он пересел на диван, оказался рядом с ней.
– Мне больно смотреть, как ты страдаешь, ведь это всё на твоём лице написано.
Моше обнял Еву за плечи и развернул к себе, намереваясь поцеловать. Ева резко отстранилась.
– Миша, ты сошёл с ума? Я же тебе битый час рассказываю, что люблю другого!
– До сих пор любишь его? Или свою мечту о любви? Иногда из, казалось бы, неразрешимой ситуации, бывает совсем неожиданный выход. Может быть, оставить всё позади? Начать с чистого листа? Ты ведь думала об этом.
Ева была поражена тем, как легко её мысли читаются. Она больше не доверяла себе. Она петляла, оттягивая решение.
– Неужели ты не устала от одиночества? Ради чего?
Моше, казалось, слился с Евой в один энергетический контур, он вёл её и уже чувствовал, что она готова сделать следующий шаг…
«Я стегаю мёртвого осла, пора заканчивать», – подумала она.
– Хорошо. Поехали к тебе.
И они поехали.
* * *В назначенное время Лёлик не появился. А ведь Ева уже была готова ехать с ним на кладбище. Она себя вполне убедила, что он тоже имеет право прикоснуться к могиле сына. Однако телефон его был вне зоны доступа. На следующий день – также. Евина тревога немного отступила, по крайней мере она получила передышку.
Обещание Михаила решить вопрос с мужем поначалу было совершенно вытеснено ночью. При воспоминании об этой ночи Ева расплывалась во внутренней улыбке: Миша оказался прекрасным любовником, чутким и заботливым. Еве казалось, что она стоит на пороге новой дивной жизни. Все старые проблемы потеряли важность. Миша отлично вписывался в её жизненный сценарий, почерпнутый у родителей. Он догадался, что Еву надо баловать: прислал два роскошных букета. Миша красиво ухаживал, а Ева так изголодалась по вниманию и заботе за время романа с Коньковым, что даже такие элементарные вещи, как цветы, вызывали умиление.
В такой вот замечательный момент Миша как раз и позвонил. Между делом он поинтересовался, не беспокоит ли больше Лёлик. Тут-то Ева и вспомнила его обещание разобраться. Она поблагодарила искренне и за мужа, и за цветы, но, положив трубку, призадумалась. Ей вдруг стало ясно, что она практически ничего не знает о своём новом любовнике, которого вдруг стало необъяснимо много в её жизни.
Собрав в кучку всю ту скудную информацию, которая застряла в памяти, она позвонила своему «источнику» в органах. Был у нее один такой знакомый в МУРе, майор, который периодически сливал ей последние новости в надежде на доступ к телу. Еве каждый раз виртуозно удавалось удержать отношения на грани.