Блогерша для миллионера (СИ)
— У меня голос немного грубее, чем ее. — Вздохнула я. Гор махнул рукой.
— Спишем на проблемы с горлом после выдуманного «затяжного гриппа». Выкрутимся. Не переживай. Я костьми лягу… за нее.
- Повезло Нике. Хотела бы я, чтобы вот так кто-то «костьми хотел лечь» за меня. — С горечью проговорила я и отвернулась. Гор промолчал. Магия сходства развеялась, и мы снова почувствовали себя неловко. Два совершенно чужих человека, связанных только придурью одной сбежавшей девчонки и оставившей мне это нелепое наследство в виде бьюти блога. А своему «рефери» — только кучу проблем на пятую точку. Мия вошла вовремя и разрядила обстановку.
— Ну что, давай работать? — Лучезарно улыбнулась девушка, и я мысленно удивилась, чем же она так обязана Гору, что беспрекословно выполняет все его просьбы. — Смотри, вот двенадцать кистей для визажа. Некоторые из синтетического ворса, некоторые из натурального. А вот это спонжи. Они используются…
***Пара часов бесконечного стирания и нанесения косметики, и мои щеки зачесались. Мия смилостивилась и отпустила меня домой, вернее к Алексу в пригород. Он, кстати, слинял уже через пятнадцать минут нашего с Мией урока визажа, под предлогом сбора информации для меня. Я вздохнула. Я устала, а дома у Гора меня ожидал горячий ужин и непаханое поле работы. Например, вагон и маленькая тележка видео и аудио записей, которые Гор сумеет за это время собрать для меня. Ночь предстояла бессонная. Изучить, запомнить, попытаться смодулировать голос максимально похоже, чтобы не сесть в лужу перед преподавателем по актерскому мастерству, который должен за неделю вместе с Мией сделать невозможное. Полностью превратить меня в Вики.
— Ты молодец, Виктория. — Негромко проговорила Мия, тщательно смывая косметику с кистей. Я помогала ей в более грубой работе, подметая пол. Мы методично уничтожали все следы нашего с ней пребывания в салоне. — Ты очень неплохо делаешь макияж, схватываешь на лету. Но твоя специфика работы очень странная. Я многих визажистов выучила, и подмечаю это с первого взгляда. Поделишься секретом? — Я хмыкнула и дёрнула плечом, отставляя веник подальше.
— Ты сочтешь меня ненормальной. — Мия присела на парикмахерское кресло и от души рассмеялась.
— Слушай, после вашей с Алексом затеи меня трудно чем-то удивить! Раскалывайся, орешек!
— Я просто в свободное время иногда рисую. — Я подошла к окну и осторожно раздвинула жалюзи. На улице уже смеркалось. Я задумчиво посмотрела на подъездную дорожку возле салона. Там стояло всего два автомобиля, больше похожих на космические корабли в миниатюре — в марках авто я не разбиралась, но благодаря жизни с мамой в Израиле, я научилась водить и распознавать цены на машины с первого взгляда. В общем, они не только походили на космические корабли, они и стоили соответственно…
— Здорово. В художке училась? — Я кивнула, не оборачиваясь. Не хотелось развивать тему. Это была одна из «несбывшихся мечтаний». Одна из в моем почти бесконечном списке. А ведь до пятнадцати лет я «подавала надежды» в художественной школе. Но отец отговорил меня поступать по этому профилю в Академию Искусств. Наверное, был прав. Кто я? Обыкновенная усидчивая девушка, любившая вечерами рисовать. Да, у меня получалось, но ни один учитель не видел во мне искры гениального таланта. Я бы не стала вторым Пикассо или Айвазовским. А зачем тогда стараться? И я забросила, нашла себя в другом, загорелась самообороной и обучением девушек, в какой-то степени совершив ошибку. Я забыла, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Я могу дать им лишь инструмент в руки, обучить навыкам. Но я прекрасно видела, что девять из десяти моих учениц возвращаются домой и попадают в то же болото. И для них ничего не меняется. Потому что они боятся рискнуть и постоять за себя. Они боятся, так же как я когда-то испугалась потерпеть поражение в создании картин, и сбежала еще до первых трудностей. А возможно, моя жизнь сложилась бы счастливее, чем сейчас.
— Тогда ты бы не стояла сейчас в моей студии. — услышала я голос Мии и краска стыда залила мои щеки.
— Я что, болтала вслух?
— Да, но не переживай. Ничего криминального я не услышала от тебя. Все мы совершаем ошибки. Идем на поводу страха. Но подумай о том, что ты не побоялась принять наследство Вероники, и сейчас стоишь здесь. Готова принять бой.
— Ага, и все теперь зависит от того, насколько я умело научусь махать кисточкой на своем лице, вместо холста. — Буркнула я и подошла к Мие. — Ну что, завтра с утра напишу тебе в мессенджер, и ты приедешь дать мне очередной урок?
— Готовься, пощады не будет! — Мия грозно помахала мне коробкой с тенями. — Я пинками выгоню твоего преподавателя по актерскому мастерству, если вы не уложитесь к сроку.
— Меня это устраивает. Кстати, а как мне добраться до дома, ты не в курсе случайно? — Глаза моей собеседницы лукаво сверкнули.
— В курсе, а то! Лови, это тебе передал Алекс. — Я автоматически перехватила то, что мне бросила Мия и опешила. На моем пальце свисали ключи автомобиля. Одного из тех космических кораблей, которые стояли на парковке салона.
— Что?
— Ты водить умеешь? Не парься. Гор обо всем позаботился. Ты что думаешь, Вики не имеет собственной машины?
— Как мне это в голову не пришло. — Я скептически подняла брови, пока не зная, как отказаться от роскошного дара с барского плеча. Теперь я начинала понимать, что чувствовала Вероника. Эта непрошенная щедрость, его привычка планировать жизнь за меня, все душило. Умом я понимала, что так и надо, что Гор действует по проверенной схеме, что мы ходим по лезвию ножа на краю пропасти и без его четкого руководства все сорвётся и полетит к чертям собачьим, но, Боже, как же это все бесило! И это только первый день…
— Успокойся. — Мия подошла и приятельски приобняла меня за плечи. — Тебе кажется, что он купил тебя, но это не так. Это все часть плана.
— Да! — Я раздраженно сбросила руку Мии со своего плеча. Она отшатнулась, испуганная моей резкостью. — А ты, скажи, ты тоже часть плана? Твое показное дружелюбие? Мы знакомы всего несколько часов, а ты уже пытаешься втереться ко мне в доверие! Вызвать на откровенность, хотя молчишь сама. Чем ты обязана Гору, что закрыла салон и помчалась к нам по первому зову, чтобы сделать из меня подделку? Не иначе как продала ему душу, иначе уже скормила бы репортерам парочку жареных фактов со мной — бедной родственницей в главной роли! Тьфу, противно! — И не обращая внимания на ошарашенную девушку рядом с собой, бросилась к двери, к автомобилю, ставшему той самой пресловутой «последней каплей». Методом научного тыка я выбрала свою машину и прыгнула за руль. Навигатор автоматически нарисовал мне зашитый в него маршрут до дома Гора, но я мстительно выжала газ и повернула в другую сторону, решив сначала проветриться и успокоиться.
***Перед глазами мелькали зеленые скверы, высотки и серые полосы дороги. Я ехала куда глаза глядят, помимо воли отмечая красоту пейзажа. Все-таки я очень любила город своего детства, и не променяла бы его на пыльный и жаркий Тель-Авив, куда, расчувствовавшись, однажды пригласила меня погостить мама. Вон вдалеке детская площадка, где играют дети… не успела я подумать о детях, как какое-то яркое пятно метнулось к дороге. Мои рефлексы, как всегда, сработали быстрее, чем я успела подумать об опасности. В промежутке между ударами сердца я нажала на тормоз. И машина взвизгнула шинами об асфальт. Ребенок под колесами не появился. Зато возник его чертов папаша. Или кто-то другой взрослый. Судя по комплекции — мужчина. Он ринулся под колеса, отталкивая остановившегося на обочине ребенка в сторону, в нелепом, хотя и трогательном порыве. Мой мотор заглох, но мужчина успел стукнуться о бампер авто, поэтому я решила выйти, посмотреть на доморощенного камикадзе. А заодно и проверить, все ли в порядке с ребенком, которого мужчина сшиб в другую от дороги сторону. Но апофеозом стал разноцветный мячик, прискакавший мне под ноги, после того, как я открыла дверь машины.