Непримиримые разногласия (ЛП)

— Я тоже не знаю. — Несколько секунд он тупо смотрел на нее, затем откашлялся. — Поехали. Мне лучше быть подальше, когда Нил придет искать меня здесь.
— Он звонил, а когда я не ответила, оставил сообщение на автоответчике. — Держа руль одной рукой, она передала ему мобильный — Я еще не слушала.
Кроуфорд проверил.
— Он оставил тебе два сообщения. И есть еще одно непрочитанное от Мэрилин.
— С чего бы ей писать мне?
— Хочешь, чтобы я прочитал?
— Пожалуйста.
Он открыл мессенджер.
— Там написано: «Что происходит?». Не похоже, что она пытается наладить отношения.
— Набери ее, пожалуйста.
Он нашел в контактах номер и включил громкую связь.
Как только Мэрилин взяла трубку, сразу заорала:
— Холли, слава Богу, ты позвонила! Я ужасно волновалась!
— Почему?
— Мне звонил детектив, кажется, его фамилия Лестер. Тот, что строит из себя «крутую задницу». В любом случае, он был у тебя дома, и...
— У меня дома? Когда?
— Одна рюмка водки и три сигареты назад. Он спросил, слышала ли я что-нибудь о тебе. Затем сказал, что ты пропала и он опасается, что «с тобой ведут нечестную игру». Это я цитирую. Он упомянул об убийстве полицейского. Я тут с ума схожу. Где ты? С тобой все в порядке?
— Да.
— Точно? Тебя не заставляют так говорить?
— Нет. Однако сейчас мне неудобно разговаривать. Есть... э-э... ситуация, в которой нужно разобраться. Я приношу извинения, что тебя напугали, и ценю твою заботу. По-настоящему.
Холли уже собиралась отключиться, когда Мэрилин сказала:
— Эта ситуация связана с ним, да? И не смей оскорблять меня, спрашивая, с кем именно. Стрельба в суде была только первым потрясением, а вторым стал красавчик-рейнджер?
До этого Холли не сводила глаз с дороги, но теперь бросила взгляд на Кроуфорда. Он впитывал каждое слово, словно губка.
— Твое молчание говорит само за себя, — продолжила Мэрилин. — И то, что я вижу: это конфликт интересов, осторожность против взаимного влечения, моральная и этическая дилемма в полном объеме. Все это прямо по моей части! — хихикнула она. — Не могу дождаться, чтобы заняться этим.
— Я уволила тебя, помнишь?
— Да. Но теперь я понимаю, почему. Ты защищала его.
— От тебя.
— Верно, но я могу это забыть.
— Послушай, Мэрилин...
— Нет, это ты послушай. Ты отличный судья, Холли. Немного идеалистична, и при этом преданная делу. Ты действительно веришь в то, что твои решения восстановят справедливость. Я говорю это абсолютно серьезно, а не потому, что пытаюсь вернуть клиента. Должность должна быть твоя.
— Эта неделя многое изменила. Боюсь, что губернатор Хатчинс пересмотрит свое одобрение. Грег Сандерс предложил мне выйти из выборов, чтобы сохранить лицо.
— Ни за что на свете. Благословение губернатора — это хорошо, но я могу добиться твоего избрания и без него. Черт возьми, я могла бы даже сделать что-то совершенно революционное в политике и внушить благоговейный трепет голосующей публике. Иногда спрятаться у всех на виду — это действительно лучший подход. Я подумаю о нашей стратегии. А ты пока займитесь этой «ситуацией» с рейнджером. Он грубиян, но не без обаяния. Когда я тебе понадоблюсь, то буду готова.
— Ты назвала меня красавчиком-рейнджером? — усмехнулся Кроуфорд, когда разговор закончился.
— Не я, а Мэрилин.
— Ты ее снова наймешь?
— Не знаю. Сейчас меня больше волнует, что ко мне домой приезжал Нил.
Его усмешка исчезла.
— Прости, что попросил приехать. Ты была нужна мне у Гилроев, чтобы Джо потом не перевернул факты. Но я не хочу и дальше вовлекать тебя в «свой беспорядок», как назвал это Джо. Хотя я понятия не имею, чем так разозлил Оттермана..
Кроуфорд откинул голову назад и закрыл глаза.
Он выглядел измотанным: лицо осунулось, под глазами темные круги.
— Когда ты спал в последний раз?
— Не помню.
— Ты устал.
— Джо не слабак, и я дважды дрался с ним сегодня. Да еще этот случай с моим стариком. Но что действительно выбило меня из колеи, так это необходимость попрощаться с Джорджией.
— И это ты тоже делал сегодня дважды.
  
— Оба раза были мучительными. Особенно последний. Она чувствовала, что что-то не так. Я не мог ответить, когда снова ее увижу. Если Оттерман добьется своего, то никогда. — Внезапно он выпрямился, открыл глаза и решительно сказал, акцентируя каждое слово ударом кулака по бедру: — Я этого не допущу. Возможно, я не восстановлю опеку над ней, но без боя не сдамся.
— Что собираешься делать?
— Оставаться в живых и на свободе так долго, чтобы добраться до Оттермана, прежде чем он доберется до меня.
— Как ты собираешься это сделать?
— Это самая сложная часть. Я над ней работаю.
— Ты мог бы сдаться Нилу. Заручиться его помощью.
— Ни за что. Он верит только Оттерману.
— Может, он передумал.
— Я не могу так рисковать.
— И ты не передумаешь, чтобы я не сказала?
— Прости, Холли, нет.
Она остановила машину на обочине и повернулась к нему.
— Тогда тебе нужно поскорее убираться отсюда.
***
Когда задние фонари машины Холли исчезли вдали, Кроуфорд быстро зашагал, надеясь раствориться в темноте и остаться незамеченным. Первым делом ему нужно было где-нибудь укрыться от дождя. Через пару кварталов ему попался пустой дом с табличкой «Продается» во дворе.
Присев на корточки у задней стены открытого гаража, он позвонил Гарри.
— Извини, чувак, — сказал тот, зевая, — все еще не нашел ни единой ниточки, связывающей Оттермана с тобой или с кем-либо из твоих близких. Мне нужно был перерыв. Я звонил тебе, но наткнулся на автоответчик.
— Мне пришлось оставить телефон.
— О, черт. Звучит не очень хорошо.
— Пэт Коннор мертв, и мне угрожал Оттерман.
— Вот и кончился мой перерыв, — проворчал Гарри.
Кроуфорд вкратце изложил ему суть дела.
— Я отправил Джорджию из города. Это было главным приоритетом.
— Где вы с судьей сейчас?
— Она на пути домой.
— А ты?
— Если ты не знаешь, то не можешь рассказать, когда Нил спросит. Я удивлен, что он тебе еще не позвонил.
— Я введу Сейшнса в курс дела, чтобы его не застали врасплох.
— Спасибо.
— Может, лучше позволить этому придурку взять тебя под стражу. Тюрьма, по крайней мере, безопасна.
— И ограничивает свободу действий.
— Вот оно что.
— Как майор относится к тому, что я замешан в убийстве?
— Обзывает Нила Лестера нехорошими словами, а ведь он с ним еще даже не встречался.
 В любое другое время Кроуфорд рассмеялся бы. Но ситуация была не из веселых.
— Я считаю Оттермана виновным в смерти Чета, Родригеса и Коннора. Три трупа за одну неделю. Я хочу достать этого сукиного сына, Гарри.
— Я немедленно продолжу копать.
— Поспи. Оттерман, вероятно, тоже перегруппируется сегодня вечером. У него был напряженный день. Видео в парке. Встречи в стрип-клубе.
— И убийство.
— Он не снимал видео и не убивал Коннора лично. Для грязной работы у него есть Фрик и Фрек.
— Кто они такие?
— Пара телохранителей. А еще был Пэт Коннорс.
— Они слишком тупы, чтобы сказать ему «нет»?
— Может быть, слишком напуганы. Ты знаешь, как бывает.
— Мне этот засранец нравится все меньше и меньше, — сказал Гарри.
— Мне тоже.
— Держи ухо востро.
Кроуфорд дал Гарри номер своего одноразового телефона, затем воспользовался им, чтобы сделать еще один звонок, и нетерпеливо считал гудки, пока гнусавый голос Смитти не велел ему оставить сообщение.
— Перезвони мне, или твоя долбанная жизнь станет историей, — сказал Кроуфорд и отключился.
Проверив время, он поднял воротник ветровки и нырнул под дождь.
 Глава 28
— Когда ты велела ему выйти из машины, он не стал спорить? — спросил Нил.
— Вначале спорил, — призналась Холли. — Но я сказала, что ни за что не повезу его дальше, и он вышел.