Непримиримые разногласия (ЛП)

— Никому не нужно знать, где ты была сегодня вечером. Ты можешь прокрасться обратно незаметно?
— Я улизнула тайком. Высади меня на улице к югу от главного дома.
Кроуфорд свернул на обочину узкого переулка и остановился. Сквозь деревья он едва различал крышу ее коттеджа. Было темно, и в окружающем дом кустарнике мог притаится кто угодно.
— Я должен проводить тебя, проверить дом.
— В этом нет необходимости. И никогда не было. Это не я была в опасности.
— Мы можем ошибаться.
— Я так не думаю.
— Я тоже, но не смогу вздохнуть спокойно, пока Пэт Коннор и Оттерман не окажутся под стражей.
Она положила ладонь на его руку и нежно сжала.
— Будь осторожен.
— Я всегда осторожен.
— Сильно в этом сомневаюсь.
Она сказала это с дразнящей интонацией, но Кроуфорд не улыбнулся, когда убрал ее ладонь со своей руки.
— Прибереги это для слушания. Тогда и выскажешь свои сомнения.
— Кроуфорд...
— Мне нужно ехать.
— Ты бы предпочел, чтобы тебя арестовали на глазах у Джорджии?
— Сейчас не время говорить об этом.
— Тогда зачем ты сделал это ехидное замечание?
— А ты зачем заключила сделку с Джо?
— Потому что он предложил мне два варианта. Оба были паршивыми. Я должна была принять поспешное решение и действовать в соответствии с ним. Уж кто-то, а ты должен это понимать.
Не дав ему времени ответить, она выпрыгнула из машины, побежала к живой изгороди из азалий и исчезла в листве.
Черт возьми, Кроуфорд хотел пойти за ней, закончить разговор, затем раздеть и…
Выругавшись, он включил задний ход и ехал так до начала переулка.
***
Мобильный зазвонил как раз в тот момент, когда Холли незаметно вошла в дом через заднюю дверь. Она почти ожидала, что звонит Кроуфорд, чтобы извиниться или продолжить их спор, но номер на экране был другой.
— Алло?
— Судья Спенсер, это Грег Сандерс.
Холли вздрогнула.
— Как ты узнал номер моего мобильного?
— У меня есть свои ресурсы.
— Используешь своих клиентов?
Проигнорировав шутливое замечание, он сказал:
— Многое произошло со времени нашего разговора у лифта. У тебя была тяжелая неделя. Получила мои розы?
— Пришлю тебе по почте письмо с благодарностью.
— Значит, они тебе понравились?
— Они были колючими.
Он фыркнул и рассмеялся.
Она хотела повесить трубку, но ей стало интересно, что стоит за этим беспрецедентным звонком.
— Мы исчерпали тему роз, и…
— Ты хочешь знать, почему я позвонил? — Холли не ответила, и он продолжил: — Сегодня вечером меня вызвали в изолятор, чтобы посовещаться с клиентом. Угадай, какие слухи распространяются в городе?
— Уверена, тебе не терпится меня просветить.
— Рейнджер Кроуфорд Хант, которому на днях ты пела дифирамбы… снят с расследования. Кроме того, есть предположение, что в следующий раз, когда следователи будут разговаривать с Хантом, ему потребуется присутствие адвокат.
— Надеюсь, ты звонишь мне не для того, чтобы я тебя порекомендовала?
.
Сандерс рассмеялся, и Холли представила себе мула, о котором говорила миссис Бриггс.
— Вот уж нет.
— Тогда зачем?
— Чтобы сказать, какой позор, что ты публично защищала парня, которого подозревают в планировании перестрелки в зале суда. Помнишь, я говорил, что рано или поздно ты сама все испортишь? Похоже, это произойдет очень-очень рано.
— Двое людей погибли, а для тебя это повод позлорадствовать?
— Нет.. Но я же могу позлорадствовать, что, защищая Кроуфорда Ханта, ты выставила себя в плохом свете, верно?
Ей пришлось прикусить язык, чтобы не выдать то, что она теперь знала о Пэте Конноре и Чаке Оттермане.
— Я не могу комментировать полицейское расследование.
Сандерс захохотал.
— Как долго ты собираешься прятаться за этим? Дело в том, что ты положила все яйца не в ту корзину.
— Спокойной ночи.
— Подожди. Такой поворот событий создал для тебя неловкую ситуацию. Но есть простой выход.
— Никакой выход мне не нужен.
— Хорошая попытка, но мы оба знаем, что это не так. Почему бы тебе не выйти из избирательной гонки? Все будут довольны. Я получу то, что должен был давно получить, а ты спасаешь свое лицо.
  
— Не звони мне больше.
— Это одноразовое предложение. Ты должна принять его.
— Или что?
— Или я сотру тебя в порошок. Я собираюсь выяснить, что наш крутой техасский рейнджер делал в твоем кабинете прошлой ночью. Да, судья, по этому поводу тоже ходят слухи. К тому времени, как я закончу, ты пожалеешь, что вообще знала судью Уотерса. Ты останешься грязным пятнышком в книгах по истории судов этого округа, — он сделал паузу, перевел дыхание, затем покровительственным тоном сказал: — Я бы предпочел не доводить до такого, и уверен, что ты тоже. Итак, твой ответ?
Холли отключилась. Завтра, после того как Пэт Коннор окажется под стражей, а с Кроуфорда снимут все подозрения, она будет оправдана.
Но это будет завтра, а пока ей предстояла долгая ночь ожидания.
***
В этот раз Кроуфорд решил ждать подкрепления. Тем не менее, к дому Пэта, адрес которого ему прислал Найджмент, он подъезжал, выключив фары и даже аварийные огни. Пэт Коннор, вероятно, на взводе, опасаясь, что его раскроют. Нервный преступник, увидев полицейского и поняв, что игра окончена, может быть готов к действию.
Но его осторожность была излишней, потому что вся улица у дома Коннора была освещена мигающими огнями полдюжины автомобилей.
Соседи стояли у себя во дворах, разговаривали и с любопытством наблюдали, как полицейские натягивают ленту вокруг неухоженного двора.
— Дерьмо!
 Глава 25
У входной двери скромного дома стоял патрульный, чтобы не пускать посторонних. Он настороженно посмотрел на Кроуфорда и обратился к нему по имени.
— Коннор? — спросил Кроуфорд.
— Лежит в луже крови на полу кухни.
Он тихо выругался, но когда собрался войти в дом, патрульный преградил путь.
— Лестер приказал никого не пускать.
— Я работаю с Лестером.
— Ходят слухи, что ты замешан в этом деле.
— Слухи изменились.
— С каких пор?
— С тех пор, как стрелок из зала суда оказался мертвым на полу своей кухни.
— Пэт Коннор был тем самым стрелком?
Кроуфорд просто поднял брови.
Патрульный огляделся по сторонам и сказал:
— Я тебя тут не видел.
— Спасибо.
Пройдя в гостиную Кроуфорд, осмотрелся. Заметил кобуру с пистолетом на кофейном столике, провисшие шторы, старенькое кресло перед настенным телевизором с плоским экраном, а также отсутствие семейных фотографии, книг, растений или признаков домашнего животного. Коннор умер только сегодня, но, судя по всему, он уже давно и не жил по-настоящему. Кроуфорд словно бы посмотрел в хрустальный шар гадалки на собственное будущее: на свою жизнь без Джорджии.
С этой не утешительной мыслью он прошел из гостиной на кухню, где Нил склонился над трупом и разговаривал с доктором Андерсоном, который, несмотря на тучность, умудрился присесть на корточки. Бледный Ньюджент стоял в дверях кладовой. Увидев Кроуфорда, он дернулся и окликнул Лестера.
Нил медленно выпрямился.
— Как ты сюда попал?
— Шел мимо.
Нил пропустил это остроумное замечание мимо ушей.
— Я получил твои сообщения. Оказалось, ордер на арест Коннора, который ты требовал, не понадобился.
— Ты обнаружил его?
— Таким, каким ты его видишь, — он отступил в сторону. Коннор лежал на полу лицом вниз. Он был убит выстрелами в затылок. — Две пули. С близкого расстояния. Кто-то хотел убедиться, что он действительно мертв.
Кроуфорд завертел головой, подмечая детали. Открытая банка кока-колы на кухонной стойке, рядом пустой стакан, а на полу, возле тела, открытая бутылка виски. Ее содержимое разлилось по линолеуму, смешиваясь с кровью.
Отвратительно.
— Похоже, он наливал себе выпить и не знал о своем посетителе, — сказал Нил.