Охотники за книгами Сезон 1

— С точки зрения богословия, кто они, непонятно, — поправил ее Менчу. — Некоторые прикидываются падшими ангелами, но, скорее всего, лгут. Некоторые с нами не разговаривают. Есть и такие, которые вообще говорить не умеют.
— Демоны, — отрезала Грейс и перевернула страницу.
— А как эта книга попала к Перри?
— Существуют сообщества… — начал Менчу.
— Идиотов, — вставил Лиам.
— …сообщества — разномастные сборища книжников-любителей и технических специалистов, которые ратуют за свободу информации. В одном из них состоят твой брат и его приятели. Ему, его приятелям и их приятелям примерно понятно, как выглядит картинка, которую я тебе описал, и метафору они воспринимают буквально. По большей части они безобидны, но твоему брату подвернулась книга, обладающая подлинной силой. Он украл ее у первых похитителей, которые в процессе и сами передрались.
Пальцы в пепельнице. Сэл передернуло.
— Принес книгу домой. Друзья выставили его за дверь — боялись мести уцелевших преступников.
— И нашей тоже, — добавила Грейс.
— Он пошел к тебе. Мы за ним проследили, книга указала ему путь побега. Он ее открыл. В обычном случае, власть этого… ну, демона над твоим братом закончилась бы через несколько часов. Но мы недооценили степень осведомленности Перри. Он владеет необходимыми языками, у него сложившееся мировоззрение — при этом он совершенно не обучен сопротивляться одержимости. Рука вторглась в его разум. Он, по всей видимости, оставил у себя в спальне гомункула — посторожить, забрать оттуда необходимые сведения и материалы. Управлял он им через книгу, находившуюся в его квартире.
— Так это она и была, как ее там, Liber Manus? Я ее и закрыла?
— Вряд ли, — качнул головой Лиам. — Книга, которую ты закрыла, была всего лишь подлогом.
— В смысле?
— Бледной копией, — объяснил Менчу. — Рука вписала в нее несколько букв своего имени и через него распространила на нее часть своей силы. Эта книга могла сгореть: в отличие от подлинника, несовершенная копия обладает лишь теми чарами, которые заложены в ее содержание. Отыскав Перри, мы отыщем и Liber Manus.
— А это, должен вам доложить, совсем не так просто, — вставил Лиам. — Мобильник его выключен. Никакой собственностью он не владеет. Судя по записям с камер слежения, он вышел из дома в девять утра, но в туннеле след теряется.
— То есть демон теперь на свободе, где-то в Нью-Йорке, в мозгу у твоего брата. Он будет там обживаться, а как обживется — начнет вербовать пособников.
— Обживется, — повторила Сэл. — То есть Перри пока еще можно спасти.
— Повезет — сумеем закрыть книгу, не навредив ему. Тогда демон перестанет им управлять.
— А если не повезет?
Менчу плотно сжал губы. Сунул ключи от фургона в карман. Они звякнули, будто колокол.
— Если мы промедлим, возможно, его уже будет не вернуть. Дружки твоего брата, те, в квартире, — они, так сказать, бродят по мелководью. А Перри подхватило течение.
— Не может быть.
— Ты просто не представляешь, на что эти твари способны, когда разбушуются.
— И что будет в худшем случае? Не разу не читала в новостях про нападения демонов.
— Зато люди исчезают постоянно. По всему миру.
— Убийства. Несчастные случаи. Какой только хрени не бывает.
— Случается, что мир поглощает человека, и о нем забывают. Краешек острова обрушился в море. Кто вспомнит, что он вообще когда-то существовал? Даже костей не остается. Но грамотный искатель обязательно подметит трещины в том месте, где когда-то была земля. Канувшие легионы. Канувшие города. Ты слышала про город Колбридж в штате Нью-Йорк?
— Никогда.
— То-то.
— Не бывает такого. Не может целый город исчезнуть.
— Информация устаревает. Бумага долговечна, но людям свойственно не верить в очевидное. Тот, кто не научен ощупывать края провала, может его и вовсе не заметить. Наш разум научился залечивать даже самые глубокие раны. Ты когда в последний раз вспоминала о месте, где родилась?
— Вы говорите, оно может съесть весь Нью-Йорк?
— Чем дольше мы тут сидим, тем больше у демона, вселившегося в твоего брата, возможностей упрочить свою власть. Если ты скажешь нам, как его найти, ты спасешь много жизней. В том числе и его собственную.
 
— Если я расскажу вам, что знаю, вы поедете на место, вытащите пушки и пристрелите его.
— Нам нужно закрыть книгу. Спасти людей.
— Если он так уж опасен, пойдемте в полицию.
— И что ты там скажешь? Как все объяснишь так, чтобы полиция вмешалась, понимая, чем это грозит?
— Старший инспектор…
— Нас прекрасно знает. Нам и звонит, когда ваши оказываются в тупике.
— Можно показать им улики.
— Когда пожарные уедут, от гомункула останется только кучка оплавившегося мусора. Магия не оставляет следов для судмедэкспертов.
— Вы мне заливаете. Вас всего трое, в прокатном фургоне?
— Эй, — обиделся Лиам, — это мой любимый фургон.
— Таким должно заниматься правительство. Люди в черном. Кто-нибудь там — ну, не знаю, из Библиотеки Конгресса. Или ЦРУ.
— Эта проблема, — произнес Менчу, — старше любого правительства. И решение ее тоже старше.
Лиам откинулся на спинку сиденья и запрокинув голову, посмотрел на Сэл.
— А кроме того, если ты думаешь, что и наш-то бюджет маловат, представь себе, сколько на такое выделит библиотека.
— Вот чем мы занимаемся. Вот как действуем.
— Сегодня не так, — возразила Сэл. — Я сама его поищу.
Ответить Менчу не успел — она выскочила из фургона в серый свет пасмурного утра, проломилась через изгородь и побежала сквозь парк.
***
Кроссовки и джинсы быстро промокли под дождем. Пахло отсыревшей мульчой и опавшими листьями. Голые ветки царапали небо. Засунув руки в карманы и опустив голову, Сэл шагала через парк. На другой его стороне можно поймать такси и добраться до склада Перри, опередив Менчу и его команду. Если только они говорят правду.
Понятно, что правду, все на это указывает. Она видела эту мусорную тварь с лицом брата — минуточку, а точно видела?
Видела. Но…
Разум научился залечивать даже самые глубокие раны.
Если вот так шагать и шагать, она что, забудет о существовании брата? Или речь идет об обычном посттравматическом шоке, в результате которого память нарезает кусок странноватого мяса на аккуратные ломтики? А странноватого в этом доме было хоть отбавляй.
В любом случае нужно побыстрее добраться до Ньюарка.
— Инспектор Брукс!
Голос Лиама.
— Сэл, — поправил он себя, подходя ближе, — в голосе слышалось отчаяние.
«Не останавливайся», — скомандовала она себе. Вот только слушать себя она никогда не умела, тем более когда разум предлагал ей что-то разумное.
Он протянул к ней руки ладонями вниз, глаза широко раскрыты, бледнее обычного.
— Ты хочешь мне сказать, чтобы я доверилась Менчу, — выпалила Сэл. — И что вы отлично знаете, что делаете. Но речь идет о жизни моего брата.
— Я знаю, что ты чувствуешь, — произнес он. — На себе испытал.
У нее наготове было еще несколько фраз, но тут она промолчала.
— Пережил все это. Был панком. Знал, что истина существует. Пошел ее искать. И то, что я отыскал, Сэл, залезло мне в голову. — Он шагнул ближе. Она не отступила. Серые тучи убегали вдаль на фоне других серых туч. — Я два года цацкался с этакой мелкой разновидностью того, что сейчас поселилось в твоем брате. Однажды, в феврале 2011 года, я взломал систему безопасности одной библиотеки, чтобы вытащить из запасников Тринити некую запретную рукопись. А потом сразу наступил октябрь 2014-го, я пропустил чемпионат мира по футболу. Грейс и отец М. разбудили меня в подвале какого-то склада в Праге. Все стены были забрызганы кровью, а из рук у меня торчала проволока. — Он подтянул рукава ветровки и надетой под ней фланелевой рубашки, поверх крепких мышц и многочисленных татуировок змеились красные шрамы. — Чем я эти два года занимался, не знаю. И никто не знает. Грейс со святым отцом меня отыскали и вернули обратно.