Охотники за книгами Сезон 1

«Допустим, был бы я жучком в Архиве. Где бы я устроился?» Скорее всего, в главном зале, рядом со столом Асанти, где мы постоянно собирались для обсуждения важных вопросов. Впрочем, не подходит: любая техника выходит из строя в непосредственной близости от Сферы. (Это Лиам выяснил на собственной шкуре: у него сгорело несколько сканеров, пока он пытался выяснить, как же устроен этот паршивый светящийся шарик.)
Он услышал голос Сэл из другого конца зала:
— Как думаете, скоро Грейс придет к выводу, что нас всех повязали, и начнет действовать по плану Б — кровавое отмщение?
Менчу вытащил карманные часы.
— Минут через десять.
Сэл посмотрела на Арона — он так и стоял, привалившись к перилам.
— Сможешь нас вывести? — спросила она.
Арон кивнул.
— Мы не можем уйти без «Книги Руки». — Менчу опустил часы обратно в карман. Антикварная штука, в серебряном корпусе — как полагал Лиам, только поэтому часы и продолжали идти точно. Потому как не может столь сложное устройство продолжать показывать верное время, когда на него, как и на членов отряда, регулярно выливаются потоки магии.
И тут Лиам вдруг обратил внимание на старинный пенал, лежавший на своем обычном месте на столе у Асанти. Его собственный стол основательно перетряхнули, стол Менчу тоже. Ящики и шкафчики Асанти — само собой, тоже. Почему его не тронули? Или просто уже вернули на место? Потому как Второй отряд, при всей его самоуверенности, наверняка перестраховался на случай, если Третьему все же удастся проникнуть обратно в Архив. А проникнем — вдруг скажем что-то такое, что стоит послушать?
Тут с верхней площадки лестницы раздался еще один голос, и Лиам сразу понял, что опоздал со своим открытием на пару секунд.
Кардинал Варано бросил на них взгляд Бога-Отца.
— Вы отсюда вообще не уйдете.
  
4
 
— Ваше преосвященство, — начал Менчу, хотя это обращение не слишком годилось для использования в адрес человека, по обеим сторонам от которого стояло двое громил с автоматами. — Я вам все объясню.
— Я не за объяснениями пришел, Артуро. — Голос человека в красной мантии звучал скорее печально, чем сердито. — Я предупредил Асанти, что ничего не смогу сделать до тех пор, пока вы не разберетесь с мисс Брукс. А вы взяли и вломились в Ватикан. Полагаю, в поисках вот этого. — В ответ на жест кардинала один из охранников открыл кожаный футляр — там лежала «Книга Руки».
Защитный саван с нее не сняли и, увидев это, Менчу пробормотал:
— Слава богу.
— На твоем месте, Артуро, — продолжил кардинал. — Я бы не возносил благодарность, а молил о прощении и снисхождении.
— Ваше преосвященство, эта книга нам нужна, чтобы освободить Сэл.
— Для экзорцизма? Это не в твоей компетенции, Артуро. За это отвечает Второй отряд. А вы — чтобы вызволить мисс Брукс— совершили нападение на сотрудников Второго отряда, да еще и магическое. Де Фос или Десме — никак не могу запомнить, кто из них кто, неважно, — получил серьезную травму. Полагаю, ты понимаешь, в какое вы меня поставили положение.
— Десме и Де Фос убивают людей. — Голос Менчу содрогнулся от ярости. — Они палачи и мерзавцы.
— Но действуют эффективно, — произнес кардинал.
Именно в этот момент Менчу забеспокоился.
***
Сэл доверяла коллегам по отряду, а к высшим чинам Братства относилась с подозрением — так что стоило Варано войти с автоматчиками, в голове ее тотчас же пронеслась мысль: «Кардинал, мать его, нас сейчас сдаст».
Додумать она не успела — на ее локоть опустилась ладонь Арона.
— Ничего не говори, — прошептал он. — Иди за мной. И тихо, что бы ни случилось.
А остальных бросить? Так я тебя и послушалась.
Сэл уперлась каблуками в пол, Арон же пытался тянуть ее назад. Держал на удивление крепко, хотя рука и дрожала.
— Я всех вытащу, но ты должна пойти со мной. Немедленно, — шипел он.
Сэл рискнула бросить взгляд на кардинала. Тот даже не смотрел в ее сторону. Охранники тоже. И — да, Арон двигается беззвучно, но кто-то же должен был заметить его перемещения?
 
Магия. Да чтоб ее.
— Мы должны им помочь, — произнесла Сэл.
— Первым делом мы должны спасти твоего брата. Потом вернемся, но только если выживем — а выживем мы, если ты заткнешься и пойдешь за мной.
Сэл прикинула варианты. Уйти с демоном (или ангелом), который до сих пор им помогал, или остаться под прицелом автоматов, а потом попасть в камеру, прямиком в нежные объятия Леденца и Тянучки. Что-то не верилось ей, что Леденец, покалеченный Рукой, пребывает в добродушном настроении. Арон снова потянул ее за локоть, и на сей раз Сэл подчинилась.
Сперва они пятились назад, делая крошечные шаги между поваленных полок. Когда скрылись из зоны видимости кардинала, то повернулись, и Арон, крепко обхватив Сэл за запястье, вывел ее из Архива через заднюю дверь, в узкий коридор, а потом…
В палату Перри.
Когда они переступили порог и Арон выпустил руку Сэл, она замерла. За то короткое время, что они не виделись, Перри явно стало хуже: кожа бледная, дряблая, щеки ввалились. Его окружал целый лес аппаратуры. Дышал он самостоятельно, но звук был прерывисты и хриплый.
— Их рук дело? — спросила Сэл. Уточнять, кого «их» не было нужды.
— Нет, Руки.
Сэл вслушалась в жужжание в своей голове. Рука что-то сотворила с Перри, пока находилась в теле Сэл? Когда? Он был в порядке… Не в порядке… — Сэл подыскала слово, — но в стабильном состоянии. — Сэл взяла руку брата, пощупала кожу, сухую и тонкую, как бумага.
— Что изменилось? — спросила она, причем ей было все равно, кто из демонов ей ответит: тот, что в голове, или тот, что стоит у постели брата.
— Не знаю, — ответил Арон, — но у меня есть гипотеза. Одержимость — это своего рода обмен: душу, утянутую в другой мир, обменивают на ту, которую насильно приводят в этот. Но Рука размерами больше и тебя, и Перри — почти вся ее сущность остается в другом мире. Она просто… распространяется сюда, через Перри и через тебя. Когда Рука вырвалась на свободу, то, расходуя силы, истощила этот сосуд — так электричество утекает по проводу.
— А почему я не пострадала?
— Могу только строить догадки. Руке нужно было, чтобы ты сохранила подвижность, — Перри ее не заботил. Но вы оба не могли не пострадать, когда она начала расходовать силу. Почему с тобой все в порядке, а с Перри нет… Собственно, сейчас это неважно.
Пока Арон говорил, Сэл ощутила, как Рука зашевелилась у нее в голове — и взгляд невольно скользнул к левому уху Перри. Что-то в нем изменилось. Но что? Тут до нее дошло: она видит это самое ухо… Прядь волос, обычно его прикрывавшая, отрезана. Прядь волос, завернутая в бумажку и переданная Дельфийскому оракулу, требовавшему жертву.
«Интересный выбор», — сказала тогда пифия.
Господи, что же она натворила?
Арон подался вперед, пытаясь привлечь внимание Сэл.
— Мне вот что от тебя нужно. Затем я и привел вас всех сюда. Я могу его спасти. Но мне требуется твое разрешение.
— Зачем тебе мое разрешение, чтобы спасти моего брата?
— Менчу заставил меня дать слово, что я не причиню вреда никому из живых.
— Выходит, он жив? — Душа Перри, застрявшая в демоническом измерении, заточенная в камере из стекла и терновника. — Он не ушел навсегда? — То есть я его не потеряла.
— Он… не совсем ушел. Вот только человек, которого ты раньше знала как своего брата, уже не вместится в такое утлое тело. Рука выскребла оттуда все, что можно. — Арон указал на кровать, на ее брата. — Но, забрав себе его тело, я могу дать ему жизнь.
 
— Речь шла про вред.
— Мне придется занять побольше места… — Арон осекся. — Вроде как перезапустить его изнутри, а это, видишь ли, приведет к тому, что оно… Он потом будет не совсем человеком. Однако отсюда выберется.
В голове у Сэл саднило и пульсировало. Она задала единственный, самый важный вопрос: