Охотники за книгами Сезон 1

— Ты, липучка сраная, — обозвал его Лиам.
Менчу улыбнулся. Рескетель негромко заворчал.
— То-то и оно, — подтвердил Лиам. — Готов сдаваться?
Тут Рескетель показал им, что до сих пор это была только разминка. Он отрастил четыре псевдоконечности, подцепил Лиама и Менчу за ноги, приподнял, отодвинул от дверей и отшвырнул в другой конец вестибюля. Пока Менчу с Лиамом вставали, Рескетель приоткрыл дверь и утек внутрь.
Он оказался в подвальном хранилище, длинном помещении, заставленном полками в четыре этажа — в середине они исчезали из виду. Полки были закрыты металлическими щитами: похоже, они опустились автоматически сразу после взлома дверей. Рескетель взглянул на края полок и понял, что каждую можно открыть с помощью ключа. Любил он, когда меры безопасности работают в его пользу.
Он втянулся внутрь, отрастил длинные ноги для бега. Позволил себе отвлечься на пару секунд и оценить предметы, над которыми пролетает. Тут была веревка, с помощью которой нашедший ее якобы мог попасть на небеса, но она душила человека при первой же попытке сделать это. По странному совпадению Рескетель однажды присутствовал при таком. Был также шлем, который обеспечивал носящему его непробиваемую защиту — если только тот не против сперва лишиться рассудка. И скульптура ангела: он охранял помещение. А под стеклом лежала священная реликвия: палец святого в металлической перчатке. На этикетке под витриной было написано: «В случае опасности разбить стекло». Рескетель улыбнулся про себя. По крайней мере, библиотекарь не лишена чувства юмора.
А еще тут были бесконечные ряды запертых под замок книг — на языках этого мира, несколько книг из мира Рескетеля и очень много — извне обоих миров. Рескетель знал, что в некоторых просто чистые страницы. Другие замазаны чернилами до нечитаемой черноты. Сколько можно с их помощью натворить зла! Но Рескетелю хватило ума не отвлекаться. Он знал, зачем пришел, и благодаря Эриат в точности знал, где это искать.
Он добрался до нужной полки, придал короткому отростку форму ключа, и замок быстро открылся. Металлический щит отошел в сторону, под ним оказался сейф, в котором хранился «Кодекс». Еще один замок, к которому нужен ключ, отрастим еще один палец. Как же все просто.
Он уже вытащил «Кодекс» из сейфа и направился к двери, когда Менчу с Лиамом сумели проникнуть внутрь. Рескетель отрастил голову с лицом — из чистой любезности. Ему даже удалось одарить Лиама с Менчу отвратительной победоносной улыбкой и издать радостный вопль. Оба бросились на него. Рескетеля восхитила их отвага. Однако оба успели выдохнуться, так что Рескетелю не составило труда пошире расставить ноги, согнуть колени и уклониться. На Менчу, судя по виду, разом навалились все его годы. Он качнулся вперед, но неудачно, потерял равновесие и грохнулся на пол. Лиам был моложе, сильнее, он успел отскочить. Потом разбежался, подпрыгнул и прицепился к тому, что в нынешнем обличье Рескетеля представляло собой туловище. Рескетель, продолжая двигаться к двери, на всякий случай удлинил руку, в которой держал книгу, чтобы Лиам уж точно до нее не добрался. Затем разделился надвое.
Этот прием он приберег до нынешнего этапа похищения. Это деморализовывало противников безотказно. Лиам изумленно смотрел, как туловище, за которое он цеплялся, развоплощается прямо у него под руками. Лиам упал на пол. Ноги Рескетеля бежали дальше. А верхняя часть тела, с головой и руками, — к ней по-прежнему крепился Codex Umbra — на пол так и не шмякнулась, потому что у нее тоже отросли ноги. Верхняя часть подпрыгнула и слилась с нижней уже у самой двери, после чего Рескетель вышел.
Он слышал за спиной крики Лиама и Менчу — они поднялись и ринулись в погоню: выкрикивали какие-то слоги, видимо, имена других членов отряда. Рескетеля это не заботило. Дверь в основные помещения Черного Архива так и не закрыли. Но там, преграждая ему путь, стояла Асанти — и улыбалась.
— Прекрасно, — похвалила она. — Мне даже не придется жечь свои книги.
Из сопла огнемета вылетел поток пламени. На долю секунды Рескетель отпрянул. Впрочем, ничего страшного. Он подпрыгнул и растекся по потолку. Асанти выпустила в него еще одну струю пламени, но он к этому моменту уже бежал по стенам — стремительно стекающая жидкость с единственной рукой, в которой зажата книга. Остальную часть себя он направил в щель между стеной и полом. Для Асанти это выглядело так, будто у книги выросли невидимые колеса. Книга пронеслась вдоль кромки пола, скользнула между ног Асанти. У нее за спиной Рескетель перегруппировался и через дверной проем рванул в библиотеку.
 
Там шел снег из обрывков бумаги. Горогор лежал на холмике из книг, которые обрушились в аккуратную кучу будто бы для костра. Голова его торчала под странным углом, а люди, которые раньше с ним боролись, стояли над ним, тяжело дыша, — похоже, все-таки одолели.
Эриат уже преодолела половину сохранившейся лестницы: после устроенного Асанти взрыва лестница покачивалась, но держалась.
«Горогор погиб», — скользнула Рескетелю в голову ее мысль.
«Вот и отлично, — ответил Рескетель. — Сделали нашу работу».
«Верно», — подтвердила Эриат.
После этого Рескетель в очередной раз порадовался, что умеет прятать от сообщницы свои мысли. Не придется вести тяжелый разговор, который неизбежен, когда Эриат поймет, что Рескетель уже соображает, как бы поаккуратнее убить ее и единолично завладеть «Кодексом». Именно Эриат первой захотела заполучить эту книгу и стать владычицей всей Земли. Такая умная и такая наивная, подумал Рескетель. Да, захватить — это, безусловно, весело. Но потом всем этим нужно будет управлять — разбираться с рабами и приспешниками, не говоря о надзоре за огромной бюрократической инфраструктурой пыток, — Рескетель сразу понял, что ему такая жизнь будет очень тяжела. Кроме того, этот мир ему нравился и в его нынешнем виде. Многое в нем он даже находил красивым — в некотором смысле даже красивее того, чем был богат его собственный мир.
Просто ему нужны были деньги, чтобы жить в этом мире так, как хочется. Можно было, конечно, взять и вселиться в тело какого-нибудь богача, но Рескетелю хотелось заработать состояние собственными силами. Ему нравилось преодолевать трудности. «Кодекс», который он держал под мышкой, был для него средством мгновенного обогащения. Он обязательно продаст его кому-нибудь, кому вздумается использовать книгу в какой-нибудь иной плоскости бытия. «Нет уж, — подумал он, — этой штукой я ни с кем не собираюсь делиться». Оставалось лишь убить Эриат при первой возможности, может, даже прежде, чем покинуть эту комнату — и тогда сбудутся все его мечты. Он присмотрел себе домик на побережье Кюсю. Прямо видел его мысленным взором.
И тут он вдруг почувствовал, как что-то сдавило его туловище — не высвободишься.
***
Сэл продолжала сражаться с Рукой, когда разжиженный демон появился вновь, с «Кодексом» в руке, и стремительно двинулся по бумажной пустоши к лестнице. До этого она видела, как пламя озаряет вестибюль Архива, видела, как Рескетель отпрыгнул от двери, как за ним бросились Асанти, Менчу и Лиам, видела дым от огнемета. С момента появления демонов и разрушения библиотеки прошло меньше минуты. Сэл за это время не шелохнулась.
Рука замурлыкала где-то у основания черепа.
«Огонь. Хорошая мысль», — одобрил демон.
Сэл почувствовала внутри жжение: огненный шар разрастался прямо у нее под сердцем. Пламя потекло по венам, прорвалось сквозь кожу. Она закричала.
«Не убивай меня, — взмолилась она. — Я тебя очень прошу».
 
«А это и не входит в мои планы», — ответила Рука.
Пламя выжгло все ее внутренности, боль уступила место чему-то иному.
***
Остальным членам отряда показалось, что в библиотеке вспыхнул факел. Сэл оставалась Сэл. Но ее объяло лиловое пламя.
Рескетель изменился. Развалился надвое. Но на сей раз не по собственному желанию. Та его часть, в которой еще теплилось сознание, в изумлении оглянулась на вторую, которая превратилась в руку и крепко обхватила первую. Он утратил контроль над собой.