Охотники за книгами Сезон 1

Если чувствуешь, ты, видимо, в безопасности.
Но даже если ты и в безопасности — ты уж мне поверь. Дом этот где-то есть, а в доме живет мальчик по имени Алекс, и в этом доме Алекс выбегает с криком из освещенной пламенем камина комнаты. Он бежит навстречу чему-то. Они пока не встретились.
***
Сэл закрыла дверь своего номера. В темноте дошла до ванной, и эту дверь закрыла тоже. Лампа дневного света прорезала тени на ее лице. О сетку в открытом окне бились ночные мотыльки.
Сэл посмотрела в глаза своему отражению.
— Я знаю, что ты там, — сказала она осторожно, будто проверяя, способна ли произнести это вслух.
Ничего не случилось.
— В библиотечном туалете был перебор. Но потом, полагаю, нужно было или победить сейчас, или уйти, верно? Не мог ты позволить Норсу узнать твое число.
Стрекотали сверчки.
— Асанти правду сказала: ты давал мне намеки, которые вели нас в почти правильном направлении. Ты отправил Грейс и Лиама на смерть, зная, что гомункул их поймает — потому что тебе нужно было убрать их с дороги. Ты сделал так, что мы нашли библиотеку. Ты сделал так, что я в нужный момент вспомнила, куда идти. Ты даже помог нам произнести заклинание. А я еще гадала, блин. — У нее перехватило дыхание. Глаза жгло огнем. По щеке поползла слеза. Слезу она видела, но не чувствовала. — А я еще гадала, почему на мне серебро так быстро покрывается патиной. Гадала, почему я голыми руками смогла закрыть твою книгу.
Она ошиблась. Разум способен что угодно разъять на части, даже самого себя. Это просто стресс, страх, остаточное свечение магии. И все.
— Верни мне брата, сукин сын.
Закончить она не смогла.
Глаза закрылись.
А когда открылись, то превратились в озера крови, и из ее безъязыкого рта откликнулся пламенеющий голос:
— Нет.
  
Эпизод 12
 
Брайан Фрэнсис Слэттери
 
Куклы
   
1
 
Ранним солнечным утром человек в рыжеватом пиджаке шагал через двор к Ватиканскому дворцу, засунув руки в карманы и что-то бормоча себе под нос, лавируя между туристами и зеваками, гревшимися на утреннем солнышке. В этом прохожем вроде бы не было ничего примечательного, и поначалу он не привлек внимания полиции и швейцарских гвардейцев. Шел, будто знал, куда идет. Лишь чуть позднее что-то в его походке переменилось: она стала слишком торопливой, слишком целенаправленной — и он все ускорялся.
Наконец один из полицейских приметил темную фигуру, перемещавшуюся в толпе, — так спасатель на пляже замечает под водой тень акулы. Связался по рации с парой коллег. Двинулся наперерез — разбираться.
Человек в рыжеватом пиджаке тоже заметил полицейского и зашагал еще стремительнее. Он перестал вилять и теперь продвигался к дворцу по прямой. Толкнул женщину, которая что-то фотографировала, задел плечом туриста, шедшего навстречу. «Эй», — возмутился турист. Человек в пиджаке не оглянулся. Шагал он быстрее прежнего, почти бежал.
Полицейский двигался к незнакомцу сквозь толпу и по рации вызывал подкрепление; откликнулись двое его коллег. Второй полицейский приблизился к незнакомцу в пиджаке сзади, третий — сбоку.
Человек перешел на бег. Из него вырвался звук: сперва вой, а потом рев, который не вместить в человеческую глотку. Третий полицейский нагнал его первым, схватил за руку. Незнакомец попытался его отбросить, но полицейский не отступал. Незнакомец метнулся вперед — в направлении дворца. И тут его кожа начала меняться. Она заблестела, замерцала, сделалась почти прозрачной. Потом пошла красными пятнами. А он все бежал.
Первый полицейский потребовал освободить площадь. Почти все прохожие повиновались. Некоторые достали телефоны, чтобы снять видео. Телефоны не работали.
Второй полицейский нагнал незнакомца со спины, повалил на землю. Третий схватил его за руку. Подбежал первый полицейский, пригвоздил вторую руку к земле.
— Спокойно, синьор, — произнес первый полицейский.
Незнакомец взревел громче прежнего. Он изрыгал поток слов на языке, которого никто из полицейских раньше не слышал. Было похоже на проклятия — древние и мерзкие.
 
А потом незнакомец начал облезать, очень стремительно. Кожа его растрескалась, из нее повалил дым. Кровь сгорала, не успевая вытечь, — полицейские отскочили, а незнакомец самоуничтожился прямо перед Ватиканским дворцом, да с такой скоростью, что вся одежда — брюки, носки, пиджак и прочее — осталась на месте, — тлела, дымилась, но была в наличии.
— Что еще за чертовщина? — поинтересовался третий полицейский.
Второй только вытаращил глаза, покачивая головой.
— Все назад! — рявкнул первый полицейский на посетителей, которые напирали, пытаясь разглядеть, что же случилось. — Не фотографировать, ясно? Не фотографировать!
Позднее троим полицейским сообщили, что им удалось предотвратить террористическую атаку. Выдали премию и добавили несколько выходных. Хилари Сэнсоун из Второго отряда обошла ключевые СМИ и изложила им ту же историю. Газеты и телешоу остались очень довольны. Свидетели рассказали, что они якобы видели; их воспоминаниям дали якобы правдоподобные объяснения. Впрочем, никто так и не смог объяснить, почему не работали камеры, но с этим было уже ничего не поделать. «Какая-то у него бомба была особенная», — предположил кто-то, и на этом все закончилось.
***
Зато в Братстве прекрасно знали, что произошло. Это было уже третье нападение за неделю. Третий отряд обнаружил мелкого демона на шоссе, ведущем в город. Они гнались за ним на машине несколько километров, преследовали его по зигзагам боковых улочек, пока демон, не знавший местных дорог, не уперся в тупик. Когда Грейс подошла к машине, тело, где обитал демон, превратилось в воду прямо на водительском сиденье автомобиля, который он заставил угнать несчастного одержимого.
Еще один демон, лихой, но глуповатый, угодил в тюрьму за хулиганство и повесил одержимого прямо в камере. Третий отряд узнал об этом только благодаря Сфере. Повешенного не опознали. Полиция похоронила тело. Демон шлялся по городу, выискивая, в кого бы еще вселиться. В этом Третий отряд не сомневался. Первый тоже.
Третий отряд сидел в полном составе в Архиве, когда к ним явилась новая глава Первого. Она быстро спустилась по длинной винтовой лестнице в сопровождении трех мужчин и неведомым образом с ходу нашла дорогу к столу Асанти. Глава Первого отряда одарила каждого из членов Третьего любезной улыбкой и быстрым кивком, но Сэл не могла отделаться от ощущения, что эта новая начальница явилась ее арестовать.
«Они всё знают», — подумала Сэл.
«Ничего они не знают», — возразила Рука.
— Отец Менчу, — начала глава Первого отряда. Потом стала поворачиваться ко всем по очереди. — Грейс. Лиам. Сэл. Асанти. Можно к вам так обращаться? Меня зовут Тавани Шах, я новый командир Первого отряда. Я ознакомилась с материалами касательно вас и вверенного вам архива и хочу сразу же сказать, что искренне восхищаюсь вашей работой.
— Благодарю, — откликнулся Менчу.
— Я слышала, некоторые из вас присутствовали при гибели моего предшественника.
— Да, — подтвердила Сэл.
— Надеюсь, я буду служить вам так же честно, как и он.
«Надеюсь, с тобой будет хоть немного попроще», — подумала Сэл, но оставила эту мысль при себе.
Шах огляделась.
— Прекрасное место. С удовольствием зайду к вам как-нибудь, когда будет время рассмотреть все как следует. А сейчас давайте работать.
Взгляд ее опять устремился на Менчу.
— Я знаю, что в вашем отряде работают очень способные люди, однако мы намерены усилить вашу охрану. — Она указала рукой на троицу, пришедшую с ней вместе. На двоих была красочная форма швейцарской гвардии — Сэл все еще не научилась относиться к этим нарядам всерьез. Третий был в просторном камуфляже — так предпочитали одеваться члены Первого отряда.
 
— Гвардеец Шаффнер и гвардеец Хюгин, — представила Шах. — С ними Джоки Ваз, из нашего личного состава. Вопрос: могу ли я разместить их у вас, в Архиве?