Князь Барятинский 4. Операция «Кронштадт»
Зато в реальной жизни существую я, со своей биполярной жемчужиной. И могу делать всё, что угодно. Вот и сейчас жемчужина под робой остаётся нейтральной. Ведь пусть я и лгу, пусть запугиваю – но делаю это с намерением защитить Отечество. Я же не для собственного удовольствия здесь. И чёрное с белым таким образом вполне себе уравновешиваются.
– Надеюсь на тебя, – сухо сказал я. – А теперь нам нужно вспомнить уроки Мишеля.
– К-кого, простите? – захлопал глазами министр.
– Не важно. – Я впился в него взглядом и врубил на всю катушку «чёрное убеждение» -теперь уже не боясь сорвать блокировку, поскольку не собирался обращаться к засекреченным сведениям. – Закрой глаза. Ты медленно погружаешься в глубокий сон. Твоё дыхание становится ровным и спокойным. Представь себе, что ты находишься в месте, в котором тебе было хорошо… Когда я досчитаю до трёх, ты уснёшь и забудешь обо мне. Проснувшись, ты ничего не вспомнишь.
Гипнотизёр из меня был, конечно, аховый, но и министра я деморализовал достаточно. К тому же он, лишённый магических сил, легко поддался на убеждение. В транс погрузился мгновенно, и стоило мне договорить – буквально упал на кровать. Лицо его тут же расслабилось, губы приоткрылись, он начал даже похрапывать.
В этот момент открылось окошечко на двери, и внутрь всунулся поднос.
– Завтрак, – пробасил надзиратель.
– К начальству меня проводи! – потребовал я.
– Как пожелаете-с, – прозвучал ответ, и в замке звякнули ключи.
***
– Вот такие, господа, у нас с вами пироги с дерьмом, – сказал я, глядя в зеркало на то, как фальшивая личина постепенно сползает, уступая место моему настоящему облику. – Дальше я давить, само собой, не стал, это уже было бы подозрительно.
Марину Аркадьевну куда-то спровадили из её собственного кабинета под благовидным предлогом – оно и понятно, дело государственной важности. Остались только мы втроём: я, Витман и Ашот. Последний стоял с раскрытым ртом, бледный и пребывал в полнейшей прострации. Витман же, хоть и очевидно обалдел от известий, быстро взял себя в руки и превратился в профессионала.
– Похищение великой княжны, – повторил он. – Н-да, высоко замахнулись.
– Да не так, чтобы очень, – пожал я плечами. – Если ниточки ведут к МИДу, то для них императорская дочка – не бог весть какая сумасшедшая высота. Вполне себе на расстоянии умеренно дерзкой фантазии. Вопрос только, зачем. Шантаж? Я, конечно, не слишком близко знаком с императором, но, чисто моё впечатление, на шантаж его величество не поведётся.
– Эх, Константин Александрович, – вздохнул Витман. – Боюсь, тут всё гораздо страшнее.
Я отвлёкся от зеркала, в котором уже появилась моя привычная внешность, и посмотрел на Витмана.
– Что же?
– Сам по себе император, при всём моем к нему глубочайшем уважении – фигура устранимая, – заговорил Витман. – Хоть государь и является самым могущественным магом среди всех ныне живущих, настоящую силу представляет не он. Силу представляет императорская династия. И для её врагов сейчас сложилась очень благоприятная ситуация. Великий князь Борис Александрович, наследник, отличается слабым здоровьем. И все – сам государь в том числе – понимают, что, сев на трон, Борис долго не протянет. Да и не сядет он на престол. Ведь императором по закону может стать лишь человек, который удерживает в своей душе безупречный баланс света и тьмы – а Борис ничем подобным похвастаться не может. Во-первых. А во-вторых…
Витман выдержал эффектную паузу. Я закатил глаза – демонстрируя, что не ценю эффекты.
– …во-вторых, состоит в родстве с императором, – поспешил закончить Витман. – Помимо кровного, есть только один способ породниться с ним. Думаю, вы понимаете, о чём я говорю.
– Брак, – кивнул я. – Если найти правильного мага и выдать за него Анну, то у императора появится преемник. А для заговорщиков ситуация изменится в корне.
– Именно. – Витман как-то странно на меня посмотрел. – Именно эту проблему заговорщики и собираются устранить.
– Но почему тогда похищение? Почему не убийство? – пожал я плечами. – Убить ведь – гораздо проще, чем похитить.
Чуть не ляпнул «поверьте моему опыту», но удержался. О моей бурной прошлой жизни Витману знать точно не нужно. Пусть лучше крепче спит.
– И к тому же, – осенило меня, – у Анны ведь есть сестра!
– Великая княжна Елизавета Александровна уже обручена, – покачал головой Витман. – О помолвке по ряду причин пока не объявляли, но это – дело решенное, уж поверьте. Её брак необходим по политическим соображениям, однако к магии, увы, не имеет никакого отношения.
– Хорошо, – не сдавался я. – А что если Борис женится на подходящей девушке? Разве это не проблема? Женщина ведь может стать императрицей?
– Может, – не стал отрицать Витман. – И я не знаю, что именно думают заговорщики по этому поводу. Но если подходить к вопросу, так сказать, технически, то следует признать, что похитить великого князя сложнее. Вокруг него, рядом с ним постоянно находятся люди. Много людей. Это не то чтобы охрана, но… Цесаревич ведь болен. Сами понимаете, как серьёзно за ним наблюдают. Да и, к тому же…
Витман не договорил, но я его понял. Нет никаких гарантий, что слабое здоровье Бориса позволит ему дожить до собственной свадьбы.
– Но всё же, почему не убийство? – не сдавался я.
Теперь уже стало очевидно, что Витман избегает отвечать на этот вопрос. Он отвёл взгляд.
– Возможно… Не знаю. Убить… Не так это просто, на мой взгляд. Императорский кортеж, там будет охрана. Должно быть, приблизиться и похитить великую княжну несколько проще, чем… Защита ведь – именно от покушений на жизнь. Охрана готова противостоять именно этому.
– Не убедительно, – отрезал я. – Великая княжна заговорщикам для чего-то нужна. И вряд ли даже наш министр знает, для чего.
– Вот тут не могу не согласиться, – усмехнулся Витман. – Наш министр – пешка. Он знает только то, что касается его роли в происходящем.
Я задумчиво покивал. Бросил взгляд на настольные часы.
Полдень… Если поспешить, то к обеду окажусь в академии.
– Я вам ещё нужен? Если дальше справитесь сами, то у меня есть ещё и свои дела.
Витман переглянулся с Ашотом, который вроде немного оправился, но всё равно молчал, будто разом потеряв дар речи.
– Что ещё за сюрприз меня ждёт? – нахмурился я.
– В этот раз приятный, поверьте, – улыбнулся Витман. – Признаться, мысль эту заронила ещё Кристина. Я, говоря по правде, сомневался, но теперь, испытав вас, готов сделать официальное предложение.
– Благодарю, у меня есть невеста.
– А у меня нет чувства юмора, – парировал Витман. – Я предлагаю вам, господин Барятинский, пополнить наши ряды. Вступить в тайную канцелярию. Всё же согласитесь, вы – не того склада человек, чтобы остаться в стороне от происходящих событий. И в наших общих интересах, чтобы наши с вами действия были согласованы. Не находите?
Я призадумался. Предложение было, конечно, интересным, но – неожиданным.
– Разумеется, всё будет храниться в строжайшем секрете, – поспешил добавить Витман. – Ни в академии, ни в свете об этом никто не узнает. Никакого урона вашей репутации быть не может, а влияние на вашу дальнейшую карьеру может быть только самое положительное. Служба в тайной канцелярии, по сути, приравнивается к службе в армии.
– Ещё и жалованье платить станете? – усмехнулся я.
– Ну разумеется, – улыбнулся Витман. – Копейки, конечно, в сравнении с тем, чем располагает род Барятинских, но…
– Копейка рубль бережёт, – кивнул я.
– В виду ваших особых заслуг, я готов сразу же предложить вам чин лейтенанта, и…
– Капитана, – перебил я.
Витман замер с приоткрытым ртом.
– Помилосердствуйте, – очнулся он спустя пару секунд. – Вы выкручиваете мне руки, господин Барятинский! Капитан – это, по сути, глава отдела…
– Ну, значит, когда мне понадобится отдел – я его создам, – пожал я плечами. – Капитан – мне подходит, на меньшее не согласен. Если у вас нет возражений, подготовьте необходимые бумаги. А теперь мне нужен телефон.