Значимые (ЛП)
Я хватаюсь за простыни, моё сердцебиение ускоряется, меня охватывает сильный жар, я чувствую приближение следующего оргазма. Второй оргазм в моей жизни – в один и тот же день.
— Аарон, я… – Его губы впиваются в мои, ладони сжимают мою челюсть, он достигает пика, и я выкрикиваю его имя. Он покрывает мою шею восхитительными поцелуями, давая мне время перевести дыхание.
— Я бы испортил тебя для другого мужчины, Элли.
Он уже это сделал. Вопрос в том, смогу ли я испортить его для другой женщины?
Аарон приподнимает меня, и я сажусь к нему на колени. Я требую большего. Он гладит мои волосы, и я закрываю глаза, отдаваясь ему, предлагая ему свою шею, пока его губы ласкают мой сосок. Он проводит умелыми пальцами по моему клитору, массируя в идеальном темпе. Я напрягаюсь и покачиваю бёдрами в такт его размеренным движениям. Рука Аарона скользит под моей ягодицей, когда я прижимаюсь к нему бёдрами, запуская пальцы в его волосы и притягивая ближе к себе. Учащённо дышу, погрузившись в своего рода освобождающий транс.
Волк знает, какое воздействие он на меня оказывает, он раздвигает мои границы, проверяет их. Он хочет быть единственным мужчиной в моих мыслях и пометить моё тело своими прикосновениями, заявить на него права, завладеть им.
Я прикусываю нижнюю губу, не в силах собраться с мыслями.
Наши движения совпадают. Наши сердца бьются в унисон. Наши стоны сливаются воедино.
— Ты моя, Элли, – стонет он.
Моя. Я обещала себе, что никогда ни с кем не буду. И всё же в этот самый момент я принадлежу ему. Интересно, был ли он таким же собственническим с женщинами, с которыми спал. Это просто игра? Это потому, что он хочет всё контролировать? Или дело во мне? Нас связывает глубокая связь, я чувствую это. Я никогда не была дикой и не позволяла первобытной похоти брать надо мной верх.
Он отстраняется от меня и встаёт позади. Волк приподнимает меня, так что моя спина касается его крепкого торса, сокращая расстояние между нашими телами. Его левая рука сжимает мою грудь, а правая прижимает меня к себе за талию. Он входит в меня, и мы двигаемся в унисон, как в чувственном танце, медленном, но глубоком. Напряжённом.
— Скажи это, Элли.
Он целует меня в затылок, контролируя темп, и я чувствую, как взрываюсь. Я больше не могу сдерживаться.
— Не останавливайся. – Задыхаюсь, не понимая, зачем ему нужно, чтобы я произнесла эти слова. Он не заводит отношений, не заводит романов, не заводит чувств, не заводит помолвок, но он хочет владеть мной. Он контролирует моё тело. Я уязвима, сгораю изнутри, но всё же знаю, что он ждёт моего слова, чтобы сорваться. Потерять контроль. Взрывоопасен.
— Элли. – Его хриплый голос выдаёт его возбуждение, и капитуляция – единственный выход.
— Я твоя. – И я пожалею об этом.
— Я никогда не теряю контроль, но с тобой трудно не…
— Потеряй его, – приказываю я, ведомая животным инстинктом. Он протестует, но я приказываю ему ещё раз потерять контроль. Мне нужен весь он. Без ограничений. Без контроля. Только мы.
И он делает это.
Наша химия взрывается чем-то страстным, жестоким, невероятно раскрепощающим. Он начинает яростно вколачиваться в меня, а я опускаю бёдра, чтобы встретить его. Хватаюсь за простыни перед собой, открывая ему прекрасный вид на мою спину, когда он отпускает меня. Я словно притягиваюсь к нему. Он воспламеняет меня. Мы вместе погружаемся в страсть, и пути назад нет. В эту ночь мы теряем контроль. Он не похож ни на кого из тех, кого я знала. Всё, что раньше отталкивало меня, заставляло чувствовать себя ничтожной, с ним становится тем, чего я жажду.
Он – моё падение в ад и мой полёт в рай.
Мой мир воспламеняется.
Он подпитывает мою душу.
— Аарон. Я не могу сдерживаться! Я не могу…Я не могу… – Его руки хватают меня за талию, и он с силой входит в меня. Кровать трясётся, наши стоны становятся всё громче и интенсивнее, и я думаю, что в соседних комнатах слышно, как мы занимаемся сексом. Мне нравится чувствовать его, я больше не стыжусь. Это так хорошо, так правильно, хотя я знаю, что это неправильно.
Он сжимает мои волосы в кулаке и сильнее вколачивается в меня, теряя контроль над нашими первобытными инстинктами. Я никогда не была такой свободной, его толчки могут быть грубыми, но его прикосновения страстные, раскрепощающие. Я испытываю его на прочность так же, как он испытывает меня. У меня начинают дрожать ноги, когда он переворачивает меня так, чтобы мы могли смотреть друг другу в лицо.
— Ты в порядке? – спрашивает он обеспокоенно. Его брови хмурятся, а взгляд мечется между желанием и страхом.
Кажется, он боится сломать меня своей потерей контроля, вероятно, не доверяя себе. Я киваю в ответ, не в силах вымолвить ни слова. Его забота обо мне заставляет меня поверить, что он не привык к такого рода взаимопониманию, к таким страстным обменам мнениями. Может быть, я смогу пометить его так же, как он пометил меня.
Позволив ему взять контроль в свои руки, он сегодня вечером теряет его из-за меня.
Он снова входит в меня, пристально глядя мне в глаза. Опускает голову мне на шею, его темп нарастает, моё тело покалывает, чувствуя приближение оргазма. Подводит меня к краю, и я рассыпаюсь под его прикосновениями. Я околдована. Ослеплена. Попала в его сети.
— Я хочу смотреть, как ты кончаешь, – стонет он, хватая меня за талию, пока я выгибаюсь от удовольствия. Его взгляд, полный похоти, не отрывается от моего. Я прикусываю нижнюю губу и чувствую жар блаженного экстаза, искры горячих вспышек, пронзающих моё тело. Мы кончаем вместе. Задыхаясь. Он поглощает меня. Овладевает мной. Очаровывает меня.
Неважно, как давно я его знаю, важно то, как наши души распознают друг друга и соединяются в симбиозе. Это необъяснимо. Захватывающе. Значимо.
Он обладает силой исцелять меня или разрушать. Он так же разрушителен, как и волшебен.
Вечная зависимость.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Проклятие 7
Тишина.
Никто из нас не говорит. Большинство людей выражают себя словами. Художники выражают себя через своё искусство. Но мы выражаем себя химически. Наши тела выразили себя за нас. Мы продолжаем смотреть в потолок, лёжа на кровати, погружённые в свои мысли. Я никогда не чувствовала себя настолько одержимой кем-то. Я ничего не вижу, когда нахожусь рядом с ним. Он поглощает меня. Превращает меня в боль, пока я не возрождаюсь. Но когда наш физический контакт прерывается, он отдаляется. Становится недоступным. И я остаюсь с чувством, что…
Он вскакивает с кровати, не говоря ни слова, и направляется в ванную. Я смотрю, как он уходит от меня. Всё дальше. Отдаляется. Закрывает дверь ванной, и я слышу, как льётся вода в раковине. Он получил от меня то, что хотел…теперь всё кончено.
Я – ещё одна.
У меня болит сердце, болит грудь, и я продала свою душу дьяволу.
Я чувствую себя ничтожной.
Быстро одеваюсь, надеваю шёлковый топ и шорты и иду на балкон, чтобы подышать свежим воздухом. Мне холодно, но мне всё равно. Я чувствую себя так, будто обгорела на солнце, и теперь расплачиваюсь за то, что открылась Аарону, не защитив от него своё сердце. Смотрю на полную луну, которая сияет и лукаво улыбается мне. Осуждает меня. Теперь ты счастлива? Тебя трахнул Аарон ЛеБо. Мне нужно подавить свою гордость и назвать это так, как оно было на самом деле: животный секс. Случайный секс. Ничего больше. Он был нужен мне, и я не могу пожалеть о своем выборе.
— Элли, – слышу я его хриплый голос у себя за спиной.
Я делаю глубокий вдох, приказывая себе не поддаваться эмоциям. Когда поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, он уже полностью одет, на нём что-то спортивное, под которым видно его мускулистое тело, и он выглядит великолепно. Неужели это так плохо, что я хочу сделать всё это снова? Он как наркотик, а я наркоманка. Но, к сожалению, никакие анонимные встречи не помогут мне избавиться от зависимости. Я думала, что, поддавшись своему желанию, оттолкну его, но вместо этого мне захотелось большего. Я – Красная Шапочка, и я попала в ловушку одинокого Волка.