Последний конвой. Часть 3 (СИ)

— Я могу с ним поговорить?
— Ну конечно, — удивилась она, затем слегка повысила голос, — Ашвани, топай сюда.
Индус моментально подскочил, как будто его ужалили, прибежал, церемонно поклонился.
— Слушаю вас, госпожа, — пробормотал он на плохом английском.
— С тобой хочет поговорить Стивен.
— Да, госпожа. Слушаюсь, госпожа.
Стивен, не удержавшись, хмыкнул. Слишком вычурно и театрально вел себя индус.
— Общайтесь, — царственно разрешила Лидия Андреевна и удалилась по своим делам.
— Ашвани, я должен задать тебе несколько вопросов.
— Да, господин.
— На каком языке вы говорите между собой?
— Ашвани не знать, господин.
— Как это не знать? — опешил Стивен.
— Моя не говорить, моя работать, — уклонился от ответа индус.
— Хорошо, — напрягся Стивен, — а на каком языке ты разговариваешь с Асуром?
— Моя не говорить Асур. Асур приказывать — моя выполнять.
— На каком языке тебе приказывает Асур?
— Я не знать, господин. Асур приказывать Лакшит. Лакшит ходить, звать Ашвани — говорить Ашвани, что делать. Ашвани выполнять. Ашвани молодец.
— Кто такой Лакшит?
— Лакшит — маленький командир.
— Сержант? Командир взвода?
— Моя не знать. Моя не понимать Стиве, господин. Стиве много-много говорить непонятный слова. Ашвани глупый. Ашвани знать мало слова. Так Лакшит сказать.
— Можешь позвать Лакшит?
— Нет, господин. Эмир забрать Лакшит, уехать далеко. Ашвани оставаться Окту.
— Почему тебя не забрать…тьфу… почему тебя не забрали с собой?
— Лакшит приходить, сказать. Ашвани — плохой воин. Ашвани — хороший слуга Окту. Эмир сказать — дарю Ашвани Жасмин. Теперь Ашвани служить Жасмин всегда.
У Стивена от удивления отвисла челюсть.
— Кто такая Жасмин?
Индус многозначительно кивнул головой в сторону Лидии.
— Она — Жасмин? — поразился Стивен.
— Жасми-ин, — многозначительно протянул Ашвани.
— Ясно, продолжай.
— Эмир сказать, — «Ашвани, обижать Жасмин — голова долой».
— Отвечаешь головой? — уточнил Стивен, — Или если обидишь, голову оторву? Как правильно?
— Оба два, правильно.
— Тьфу, ты… — Стивен почувствовал подступающее раздражение, — с Асуром ты не разговариваешь, а только выполняешь приказы, переданные тебе «маленьким командиром» Лакшитом, но при этом свободно общаешься с эмиром? Так?
Ашвани быстро помотал головой.
— Нет, господин. Эмир уезжать, звать Лакшит. Сказать, — «Ашвани ко мне. Живо!». Лакшит звать Ашвани. Ашвани бежать, кланяться эмир. Ноги падать, песок есть. Эмир говорить: «Ашвани, обижать Жасмин — голова долой». Эмир говорить: «Ашвани, уходи навсегда». Ашвани кланяться. Ашвани уходить. Жасмин хорошая. Ашвани верно служить Жасмин. Долго-долго. Пока смерть.
— Бог ты мой, как все сложно… — пробормотал Стивен вполголоса.
Опять заболела голова и приступом подкатила тошнота.
— На каком языке с тобой говорил эмир?
— Английске.
— А с другими наемниками на каком языке он говорит?
— На разных. Шейх знает все языки мира. Он очень умный. Джарваль — велик.
— Никто не может знать все языки мира, — со злостью произнес Стивен, — это невозможно, их слишком много.
Индус помотал головой
— Никто не может знать. Джарваль — знает. Эмир — велик.
— Все с тобой понятно, — отмахнулся Стивен, — свободен.
Увидев, что Стив отпустил индуса, вновь подошла Лидия Андреевна.
— Ну что, побеседовали?
— Да, Жасмин Андреевна, мы немного пообщались с вашим слугой.
— В каком смысле? — напряглась Лидия.
— В прямом, — усмехнулся Стивен, и повторил, — «Эмир сказать — дарю Ашвани Жасмин. Жасмин хорошая. Ашвани верно служить Жасмин. Долго-долго. Пока смерть».
— Вот еще… И что мне теперь с ним делать?
— Понятия не имею, — пожал плечами Стивен, — сами решайте, это же ваш слуга.
И оставив Лидию в полном недоумении, он развернулся ушел.
Этот безграмотный индус как переводчик нам не подойдет.
* * *
Едва на небе появилась розовая полоска, предвещавшая скорый рассвет, Стивен разыскал и разбудил Мишку:
— Вставай, лежебока. Эмиссар дает нам «поварешку» на два часа для поисков артефакта. Если не найдем, у обоих голова с плеч слетит.
  
Он на секунду запнулся.
Вот, черт… и я уже как тот индус заговорил.
— Давай, Мишаня, поторопись. Время пошло.
Мишка послушно вскочил, принялся натягивать ботинки.
— Собирайся пока, а я пойду пару солдат возьму для охраны.
— А может, ну их? Сами смотаемся по-быстренькому.
— Это тебе что, вечерняя прогулка перед сном? Не положено без охраны. Артефакт — самый ценный груз в экспедиции. Понимать надо.
Мишка непроизвольно вздрогнул, вжал голову в плечи и ничего не ответил.
Через полчаса загрузились в пикап. Мишка на место водителя, рядом Стивен, двое штурмовиков, вооруженных автоматами, в кузове. Стив пристроил АКСУ на коленях, кивнул Михаилу:
— Поехали.
Мишка завел двигатель, слегка прищурился и включил передачу. Край Солнца уже показался из-за горизонта. Ехали молча, Мишка несколько раз пытался завести непринужденный разговор, но Стивен каждый раз его одергивал: «помолчи. Сначала дело, потом болтовня».
Примерно через десять минут пути Стивен попросил остановить машину. В голове опять пульсировала боль, а к горлу подкатывала тошнота.
— Он где-то совсем близко, — прошептал Стивен, чтобы услышал только Мишка, — я это чувствую по излучению.
— Серьезно? — уточнил Михаил, — я вот ни капельки не ощущаю.
— Давай пройдемся немного вперед.
— Пошли!
— Или нет… — задумчиво пробормотал Стивен, — я пойду один, а ты возвращайся к машине, заводи и потихонечку езжай следом. Но не обгоняй. Понял? Держись метров на десять позади меня. И запомни, что бы ни произошло, ко мне близко не подходи. Даже если я потеряю сознание. Понял?
— Ага… я сейчас, я быстро.
Мишка развернулся и побежал к пикапу.
— Ну где ты? — громко спросил Стивен, когда остался один.
Наверное, со стороны это смотрелось очень глупо. Стоит человек посреди пустыни и сам с собой разговаривает.
Артефакт не отзывался. Стивен прошел несколько шагов, позвал снова:
— Ты ведь этого хотел? Не так ли? Ну вот, я вернулся за тобой. Покажись!
Стивен прошел еще несколько десятков шагов, позвал в третий раз:
— Долго мы еще в прятки играть будем? Я же знаю, что ты совсем рядом. Отзовись!
И словно в ответ на вопрос сильный удар в голову изнутри, а затем невыносимый приступ тошноты. Стивен пошатнулся, не смог удержать равновесия, рухнул на колени. Из носа толчками пошла кровь, испачкав новенький китель.
— Ага, вот ты и откликнулся, — засмеялся Стивен, утирая кровь, — а теперь просто веди. Хватит в игрушки играть, у нас времени мало.
По всему телу Стивена прошла волна озноба. Уши заложило, словно нырнул на большую глубину, а изображение перед глазами раздвоилось. В голове, словно молоточек метронома, стучал пульс.
— Веди! — приказал Стивен, — я знаю, ты это можешь.
Он с трудом встал, сделал первый шаг. Пустыня вокруг окрасилась в розовый оттенок. Пульс в голове стучал все громче. Стивен сделал еще один шаг. Неудержимо тянуло повернуть голову вправо. Он повиновался, слегка изменил направление, зашагал увереннее. Шагов через тридцать остановился, снова прислушался к внутренним ощущениям. Где-то позади на пределе слышимости тарахтит двигатель «пикапа». Еще один шаг…
Снова резкий и невыносимо сильный приступ тошноты. Стивен опять рухнул на колени, свежие капли крови брызнули на песок, окрашивая его.
Я нашел!
Да, теперь никаких сомнений не оставалось. Знакомая трещина в грунте и на треть погруженный в нее громадный валун.
Стивен поднялся, шагнул к камню, навалился всем телом, пытаясь опрокинуть его. С третьей попытки удалось раскачать застрявший в разломе грунта артефакт и перевернуть кверху рунами.
Убедившись, что не ошибся, Стивен поднял руку и махнул Мишке.