Последний конвой. Часть 3 (СИ)
Рожковые ключи обнаружились в багажнике, но они особо и не понадобились. Через пару оборотов он открутил гайки пальцами. Снял и вытащил сидение наружу, перетащил поближе к багажнику, прислонил к машине спинкой. На открытой дверце багажника укрепил одеяло, проткнув его отверткой, которую засунул в щель на двери. Край расправил и свесил вниз. Придирчиво осмотрел получившийся импровизированный шатер.
Одеяло толстое, дает небольшую тень. Можно укрыться от прямых солнечных лучей. Это гораздо лучше, чем просто сидеть под открытым небом.
Стивен скинул ботинки и уселся с ногами на сидение, чтобы ступни не касались песка. Не очень удобно, но что поделаешь. Выбирать не приходится. Расслабился и закрыл глаза.
Нужно немного поспать. Я слишком сильно устал.
* * *Он проснулся через час с тяжелой головой и опухшими от воспаления глазами. Тень от одеяла падала на лицо, но отраженный свет слепил прямо сквозь веки. Никуда от него не спрятаться, он повсюду. Жжет сквозь одежду и бинты…
Боже ты мой, как жарко!
Горло вновь раздирало от жажды. Губы растрескались до крови, запеклись черной коркой. Кожа на лбу и щеках воспалилась до ожогов. Голова раскалывалась, как будто внутри нее закипели мозги.
Стивен попробовал сосредоточиться. Ему сейчас снилось что-то увлекательное, но проснувшись, он никак не мог вспомнить содержание сновидения. Осталось только смутное ощущение крайней важности полученной во сне информации.
Словно от этого зависит жизнь.
Нужно напрячь голову и вспомнить.
Стивен ухватился за спинку сиденья и осторожно спустил ноги на землю. Едва ступни коснулись песка, он непроизвольно зашипел и тут же их отдернул. Стоять невозможно. Грунт нагрелся, словно раскаленная сковородка.
Невыносимо горячо!
Резкое переключение внимания сработало триггером. Он мгновенно вспомнил содержание сновидения в деталях и красках.
Снился Мишка…
Выбрался из-под УАЗика весь в мазуте, рукавом рубашки утер лицо, отчего только размазал грязь еще сильнее, с раздражением бросил ключи на землю и проворчал недовольно:
— Опять радиатор потек. Вот же старая рухлядь! Уже несколько дней мучаюсь, но ничего не получается. Все равно течет, сволочь. Стивен, поможешь мне, ладно?
Стив почувствовал, как внезапно засосало под ложечкой.
Даже во сне Мишка пытался ему помочь намеками и подсказками. В радиаторе УАЗика должна быть вода. Даже если радиатор течет, в трубках все равно немного остается. Чтобы вытекла полностью, нужно открутить пробку слива.
Его последний шанс пережить этот проклятый бесконечно длинный и адски горячий день.
Морщась от боли, Стивен натянул ботинки на красные и распухшие ноги, затянул шнурки и, собравшись с духом, встал. Переждал период головокружения, морщась от боли, осторожно шагнул к брошенным на песок ключам.
Дежа вю. Ключи бросил на песок Мишка в сновидении.
Да нет же, это я их тут оставил, когда сидение откручивал. Назад в ящик не положил, решил — «потом, все равно никуда они не денутся».
Стивен встал на колени, сгреб ключи, тяжело вздохнул и пополз под машину. Пить хотелось неимоверно. Едва подумав о радиаторе, он живо представил себе тоненькую струйку спасительной жидкости и теперь никак не мог избавиться от наваждения. Он даже мысленно слышал, как она журчит…
На корточках неудобно, пришлось лечь голой спиной на раскаленный песок. Куртки на нем нет, только бинты, да и те не закрывают и половины тела. Грунт жжет адски. Наверняка будут волдыри. Лицо и плечи уже обгорели. Чтобы отвлечься, он сосредоточил все мысли на воде. Нужно до нее добраться, и тогда он будет спасен.
Дотянуться до радиатора оказалось непросто, но Стивен справился, хотя и не механик вовсе. Его скудных познаний в технике с лихвой хватило, чтобы разобраться. Под коллектором с левой стороны отыскался требуемый болт — пробка для слива охлаждающей жидкости.
Пусть ее там совсем немного, пусть она неимоверно грязная, но тем не менее она там есть.
Дважды пришлось вылезать из-под автомобиля. Первый раз Стивен отыскал в куче хлама, беспорядочно наваленном в багажнике, небольшой кусок резинового шланга. Это было то, что надо. Потом долго разыскивал среди инструмента молоток или хоть что-то похожее на него. Нашел, почему-то заткнутым в проржавевшую насквозь дыру в кузове.
Ну вот, теперь все необходимое есть. Полчаса мучений под капотом УАЗика принесли плоды — ему удалось слегка ослабить резьбу сливной пробки.
Что дальше?
Нужен кусок металлической трубки с резьбой, он не помнил точное название, кажется — штуцер. Его придется очень быстро закрутить вместо пробки. Сверху на штуцер необходимо натянуть резиновый шланг, а потом его еще как-то укрепить, чтобы не слетел под напором воды. Например, можно сделать хомут из проволоки…
Ничего под руками нет подходящего. Где я возьму эту чертову проволоку?
Ладно, а если просто открутить сливную пробку, то вода потечет на землю. Так? Сколько ее там осталось? Вряд ли много. Нельзя терять ни капли. Значит, нужен какой-то тазик или хотя бы ведро.
Металлическое ведро обнаружилось в багажнике, но оно так сильно воняло соляркой, что Стивен мгновенно отказался от этой идеи.
Только воду испорчу. Желудок не примет. Перерыл весь бардачок, отыскал помятую алюминиевую кружку. Маловата емкость, но вполне сойдет.
Значит так, откручиваю пробку, подставляю кружку под струю. По мере наполнения быстро переливаю в канистру. Да, часть воды неизбежно прольется мимо. Но тазик мне в пустыне взять просто негде.
Обеззараживающие таблетки нашел в бардачке. В блистере оставалось всего две штуки. На какой объем рассчитана таблетка? Неизвестно. Нужно вспомнить. Это важно.
Слишком жарко. Мозги плавятся. Невозможно думать. Не получается сосредоточиться.
Поколебался с минуту, потом махнул рукой.
Да черт с ней…
В очередной раз забрался под машину, двумя сильными ударами молотка окончательно отломил пробку, пристроил кружку под тоненькую струйку и закрыл глаза, прислушиваясь к самому прекрасному звуку на свете — журчанию.
Он не мог дождаться, пока первая кружка наполнится до краев. Колебался всего секунду, вода была густая, темно-коричневого цвета и отчетливо воняла ржавчиной. Разломил обеззараживающую таблетку пополам — нужно экономить — бросил половинку в кружку. Таблетка зашипела, растворяясь, но ни цвет, ни запах воды совершенно не изменились. Выглядело питье крайне отвратительно.
Решился, поднес ко рту и залпом выпил, не обращая внимания на мерзкий вкус. Вернул кружку обратно под струю, все это время драгоценная водичка текла в песок. Сначала он пытался подставить ладонь, но быстро сообразил, что это слишком глупо. В ладошке много жидкости не удержать. Провел мокрой кистью по лицу, размазывая грязь, как совсем недавно это сделал Мишка в сновидении.
Эх, сейчас бы искупаться…
Он провел под автомобилем еще добрых полчаса, изнывая от жара, исходящего от раскаленного песка и нагретого корпуса машины. Эх, не додумался постелить одеяло, а теперь уже поздно. Не отойти даже на секунду — вода потечет мимо.
Первые три кружки наполнились быстро, торопясь, он перелил их в канистру. Потом дело пошло помедленнее, приходилось долго и терпеливо ждать, пока емкость наполнится до краев.
Со временем струйка стала совсем тоненькой, но он не прекращал пытку жарой, упрямо выжидал, выдаивая из радиатора все, что там оставалось до самой последней капли. Вскоре источник живительной влаги окончательно иссяк. Получилось немного. Литра полтора — два отвратительно воняющей жидкости бурого цвета.
Ну а что удивительного? Мишка же ясно сказал: радиатор течет. Это все, что там оставалось. На песок пролилось совсем немного, буквально несколько капель. Конечно, он рассчитывал на большее количество, но и это гораздо лучше, чем совсем ничего.
Он вернулся обратно под самодельный навес из одеяла, пристроил канистру рядышком на сидении, чтобы поменьше нагревалась, и погрузился в тяжелый и липкий сон.