Невероятные приключения циников в Скайриме (СИ)
Я поймала себя на мысли, что любуюсь Бишопом. Святые нейроны, только не опять! Всё же нормально было, что опять-то? Так, Анюта, сосредоточься! У нас опасный довакин, задача и свиток! Я перевела взгляд на ссутуленную спину драконорожденного, глубоко вздохнув, шагнула в общий зал и отправилась к стойке хозяина таверны платить по счетам. Когда кошелек заметно полегчал, а лицо трактирщика заметно просияло, я собралась к выходу, стараясь слиться с интерьером и не попасться на глаза довакину. Толкнув дверь наружу, вывалилась в холодную зимнюю ночь.
Как хорошо, что сейчас не было пронизывающего ледяного ветра, обычного для этих мест. Погода стояла ясная, а воздух был прозрачен, как медицинский спирт. На небе огромными шторами переливалось северной сияние — зеленые и желтые завораживающие световые полотна. Я втянула морозный воздух, прочищая мозги. Мне начинало нравиться это место. Дома похожую картину я уже вряд ли увижу… Интересно, а земное северное сияние такое же?
Кто-то тронул меня за плечо, и я вздрогнула от неожиданности.
— Стражников нет, можем разобраться с довакином, не отходя далеко от селения, — Бишоп вышел из тени и, кутаясь в медвежью шкуру, шмыгнул носом, — давай поскорей заберем этот проклятый свиток и вернемся в Рифтен. Мне до жути хочется на нормальную охоту.
Он снял со спины лук и тронул пальцем натянутую тетиву, отчего та низко загудела. Я оглянулась по сторонам — не привлечет ли звук лишнего внимания, но вокруг не было ни души.
— Что ж. За дело. Я выманиваю довакина, а ты… Будь осторожнее, хорошо?
Бишоп удивленно покосился в ответ:
— «Осторожнее»? С чего вдруг такая забота, или ты просто заговариваешь мне зубы? Хочешь отказаться от сделки? Так не пойдет, красотка: три дня свободы, попойка за твой счет и деньги на шлюх — мы договорились.
— Кто о чем, а вшивый о бане, — я закатила глаза, но из-за опухшей скулы это получилось не так эффектно. — Жди довакина.
Приведя себя в растрепанный вид и дождавшись, пока Бишоп исчезнет и займет выгодную позицию, я рывком распахнула дверь. Надо сказать, что мое появление прошло с блеском: с всклокоченными волосами, красным лицом и заплывшим глазом я ввалилась обратно в таверну и упала на колени.
— Кто-нибудь… Помогите…
Клиенты местной таверны перевели на меня испуганные взгляды. Трактирщик вышел из-за стойки, а довакин отвлекся от еды и повернулся на голос.
— Боги, что случилось?.. Опять маги… Наверняка они… Снежный тролль… — тихо раздалось с разных сторон.
— Дракон… — прошептала я и сделала вид, что теряю сознание от страха.
— Дракон?! Она сказала дракон?!
Послышались звуки сдвигаемых лавок — народ повскакивал с мест. Кто-то бросился на помощь, и меня перевернули лицом к свету. В поле зрения возникла бородатая физиономия довакина, и я испустила страдальческий вздох. Ну, если на это не поведется герой — я не знаю что еще предпринять. Хотя нет. Знаю. Пущу слезу.
— Не успели мы отойти от таверны, как вдалеке показался дракон… Он дыхнул огнем, и я спряталась, но моего спутника ранило… Пожалуйста, помогите… Кто-нибудь…
Я судорожно вцепилась в меховой воротник магической робы довакина. Мужик нахмурился, но бросаться на помощь не спешил.
— Хм… Но на улице тихо. Да и твое лицо мне кажется знакомым…
Я открыла рот, лихорадочно соображая, как же выкрутиться из скользкой ситуации, но тут за стеной что-то грохнуло. Наверняка Бишоп подстроил. Подслушивал что ли? Обожаю его.
Я невинно захлопала работающим глазом:
— Говорила же «дракон»! Пожалуйста…
Договорить не успела, как стены таверны содрогнулись. С потолка посыпались щепки и комки пыли, а в двери ввалился стражник:
— Спасайтесь! Драконы!!!
— Ага! Говорила же… — заикнулась было я, — погоди, что?!
В третий раз изба затряслась так, что со столов посыпалась посуда, а в погребе звякнули бутыли с пойлом. Громовой рев заставил всех съежиться в каком-то первобытном страхе. Святые нейроны, похоже там и впрямь дракон!
В таверне началась суматоха. Закричали женщины, завизжал бард… Трактирщик и довакин, бросив меня на произвол судьбы, выхватили оружие и поспешили вслед за стражником, который уже исчез на улице. Черт-черт-черт! Все опять пошло не по плану! Какие к лешему драконы? Я вскочила и вытащила кинжал из ножен. Против ящера и на танке не попрешь, но так хотя бы руки при деле.
С улицы донеслись крики и лязг стали. Святые нейроны, там же Бишоп! И мой свиток! Не дай бог порвут кого-то из них. Обогнув перевернутую лавку и перешагнув через лежащего в обмороке барда, я выскочила на улицу. Мать моя женщина! Действительно драконы! Двое! Два здоровых, размером с БелАЗ, ящера кружили над Винтерхолдом и лениво поплевывали сверху ледяными шарами по домам. Собранные из толстых скайримским бревен, те мгновенно покрывались ледяной коркой и становились хрупкими, как стекло.
Откуда-то донесся детский плач:
— Матушка… Мама! Вставай!
На главную улицу выскочил богато одетый мужчина с двумя стражниками. Судя по поблескивавшему в темноте золотому венцу — местный ярл.
— Старикам и детям укрыться в подвалах, — его зычный голос эхом отразился от стен домов, — всем, кто может держать оружие, в бой! За Винтерхолд, братья и сёстры! Совнгард ждет!
Он вытащил меч, скинул шубу и бросился в сторону холма, над которым кружил один из драконов. Я стояла, разинув рот, пока кто-то не толкнул меня в плечо — мимо пронеслась жена трактирщика, поднимая на ходу лук. В Скайриме даже женщины — настоящие воины. Проклятье! Хочу домой! Я сбежала со ступенек, огляделась по сторонам: всюду бегали люди с факелами, кто умел — стрелял из лука по летающим драконам, но те были слишком высоко. Ящеры медленно парили над селением, но не нападали. Чего они ждут? И где, святые нейроны, рейнджер с его соколиным зрением? Или довакин? Где, проклятье, настоящие герои, когда они так нужны?!
— Do-vah-kiin… [Довакин…] — низкий голос опустился на город, словно свинцовое одеяло. Непроизвольно я прижалась к земле, схватилась за живот: казалось, что меня сейчас вывернет наизнанку. С трудом сфокусировав взгляд, обнаружила, что драконий голос так действовал не только на меня: все, кто был на улице зашатались, а иные упали без сознания. Что это такое, черт возьми? Магия? Низкочастотные волны?
— Si-iv do-vah-kiin… [Найти довакина…] — нас догнала вторая волна, — Qahnaar rok… [Убить его…]
Я упала на колени и замотала головой, стараясь удержаться в сознании. Разлепив слезящийся до рези глаз, осмотрелась: на улице повсюду лежали тела тех, кто еще держался на ногах после первого слова. В стороне мелькнула яркая вспышка — исходящий искрами шар, быстро набирая скорость, летел в сторону драконов.
— Сдохните, сукины дети!
О, Довакин, слава нейронам! Мы спасены…
Драконорожденный маг запрыгнул на валун. Одним движением закинул на спину бесполезный посох призыва дреморы, и выпустил из обеих рук новые электрические шары. Не теряя времени даром, я поднялась с колен и, пошатываясь, побрела по улице.
— Бишоп… — тихо позвала, пытаясь разглядеть в темноте знакомые очертания.
Рядом кто-то застонал, но это оказался незнакомый стражник. Извини, дружище, не до тебя. Я побрела дальше.
— Бишоп, — уже громче.
С небес раздался возмущенный рёв — похоже довакин все-так подпалил драконью задницу. Так их.
Я брела между тел: кто-то уже приходил в сознание, кто-то еще нет. Один лежащий на земле за домом ярла силуэт показался мне знакомым. Подойдя ближе, учуяла запах мокрой псины. Бишоп, слава святым нейронам! Он уже приходил в себя, со стоном сел и привалился к стене дома. Я наклонилась к рейнджеру, потрясла за плечи, но тот по-прежнему ничего не понимал. Пришлось снять с его пояса флягу с водой. Поднеся ко рту, я как следует хлебнула, чтобы плюнуть на рейнджера, но едва не проглотила язык: по нёбу прокатился и расплескался где-то в желудке крепчайший самогон. Распахнув пасть и дыша по-собачьи, лишний раз порадовалась, что умею плеваться огнем: не будь моя глотка подготовлена к настоящему пламени, я бы уже грызла снег от пожара внутри.