Виктор II. Академия

Авось уже скоро произойдёт что-нибудь из вышеперечисленного и мне можно будет вернуться к привычной жизни.
Пока же я закрыл глаза и отправился в царство снов. Правда, мне недолго довелось пробыть в нём. Меня разбудил будильник, который лежал под подушкой. Я выключил его, встал с кровати и глянул за окно. Там царила темная, безлунная ночь. Но хоть опостылевший дождь вроде бы не собирался в очередной раз пролиться на землю. И на том спасибо.
  
Я торопливо надел кофту, трико и плащ-макинтош, а затем выскользнул из комнаты. Бесшумной тенью спустился на первый этаж и через окно со снимающейся решёткой уже привычно покинул башню.
Дальше мой путь лежал к Лысому холму. Я потопал по брусчатым дорожкам в сторону леса. И при этом мой внимательный взгляд скользил по сторонам. А уши ловили звуки, раздающиеся в ночи. Вот кто-то захлопал крыльями, в траве раздался испуганный писк, а вторил всему этому треск мигающего фонаря.
В лесу же звуков стало ещё больше, а освещение резко ухудшилось. Мои нервы взвелись тугой пружиной. Но я всё же не все тени принимал за перевертыша Люпена, а лишь каждую вторую.
Благо, что все мои опасения оказались напрасными. Мне удалось без происшествий достигнуть вершины Лысого холма. И тут я принялся ждать Веронику.
Кажется, она опять опоздает.
Но – нет. Спустя всего минуту в пяти метрах от меня вспыхнул портал и из него вышла магичка, облачённая в длинный тёплый плащ. Она держала в руках две лопаты, а на её плече висела пухлая сумка. И отчего-то на лице Вероники царило мрачное выражение. Может, она опять не выспалась?
К сожалению, моя догадка оказалась далека от истины. Правда была страшнее. Следом за девушкой из портала вышел щуплый паренёк в сером драповом пальто и цилиндре. Твою мать, это же Эдуард!
Я шокировано уставился на него, протёр глаза и выпалил:
– Господи, кажется, у меня кошмары наяву! Я же не могу действительно видеть тут Эдуарда?
– Можешь, – буркнула магичка и неприязненно покосилась на мага тьмы.
Тот с момента нашей последней встречи не стал краше. Он всё так же напоминал несвежего костлявого мертвеца с кругами под глазами, плешкой и треугольным лицом.
– Вероника, ты зачем его сюда привела?! – выдохнул я, глядя на самодовольную ухмылку паренька.
– Так получилось, – смущённо отвела взгляд девушка и развеяла портал. – Я в его присутствии случайно обмолвилась о склепе. А он будто клещами вцепился в меня и начал шантажировать. Дескать, я кое-что расскажу о тебе Люпену. А ему ведь и правда есть что рассказать. Ну вот я всё ему и выложила. И Эд пожелал присоединиться к нам.
– Да как ты посмел шантажировать Веронику, захребетник?! – возмущённо выдал я и пронзил мага тьмы яростным взглядом.
А тот махнул своей крысиной лапкой и проговорил высоким, писклявым голоском:
– О-о-о, ерунда. Я делал вещи и похуже.
– Угу, например, родился, – ядовито бросил я, скрипнув зубами. – Какого хрена тебе здесь надо? Долю от возможных сокровищ ты получишь только через мой труп. А я в ближайшее время помирать не собираюсь.
– Мне не нужно презренное золото или другие ценности, – фыркнул Эдуард. – Я тут ради науки.
– Вот и копай ради науки, – прошипел я, кивнув на лопаты, которые продолжала держать Вероника.
Маг тьмы недобро глянул на меня, но принял из рук девушки инструмент с черенком. А я взял другую лопату и услышал горячий шёпот магички:
– Вик, прости что так вышло.
– Бывает, – отмахнулся я и попытался найти плюсы в сложившейся ситуации: – Зато у нас появился ещё один землекоп. Да и в случае чего будет кого оставить на растерзание каким-нибудь не особо разборчивым монстрам.
Эдуард сделал вид, что ничего не услышал. А вот красотка прыснула в ладошку и следом азартно спросила:
– Пошли к той трещине?
– Пойдём, – ответил я и направился к давешнему открытию.
Трещина за это время никуда не делась. Она всё так же красовалась на одном из склонов холма.
Эдуард опустился возле неё на колено и внимательно осмотрел её. А затем он чему-то кивнул, снял пальто, цилиндр и в одной рубашке принялся рьяно орудовать лопатой. Я удивился его энтузиазму. Раньше мне как-то не доводилось видеть парня за физической работой. Он всё больше игрался с жидкостями, смешивая их в колбочках. Потому мне казалось, что физический труд для него, как для меня балет – что-то на уровне слухов.
Я ещё раз удивлённо покрутил головой, снял плащ, поплевал на ладошки и присоединился к магу тьмы. И мы вместе стали вгрызаться лопатами в податливую почву.
Вероника же достала из сумки фонарь, включила его и поставила среди травы так, чтобы концентрированный луч света освещал ямку. А та, благодаря нашим стараниям, становилась всё глубже.
Правда, в какой-то миг Эдик тяжело захрипел и стал отдыхать едва ли не дольше, чем орудовать лопатой. По его бледной физиономии ручейками скатывался пот, а впалая грудь бурно вздымалась.
В какой-то миг Вероника сжалилась над ним и протянула алюминиевую фляжку:
– На, попей.
– Благодарю, – нехотя процедил он, взял тару и сделал несколько шумных глотков.
Я косо глянул на парня и подметил, что Эд успел перепачкаться в земле. И если присовокупить сюда его внешний вид и то, что он стоял по пояс в яме, то у кого-то может возникнуть мысль, что мы откопали живого мертвеца.
Меж тем «мертвец» вернул фляжку магичке и снова взялся за лопату. А я наоборот – вылез из ямы и решил немного отдохнуть.
Вероника глянула на меня и предложила:
– Сигаретку?
– Ты же знаешь, что я не курю.
– А я вот покурю, – пожала она плечиками, вытащили из кармана портсигар, взяла из него тонкую сигаретку и вставила её в длинный мундштук. Подожгла сигаретку и с наслаждением сделала первую затяжку. – О-о-о, красота.
Моих ноздрей коснулся терпкий аромат табака. И я поморщился. Девушка тотчас заметила мою гримасу и отошла в сторонку. А я без задней мысли спрыгнул в яму. Подошвы моих ботинок ударились о рыхлую почву, колени подогнулись, а потом произошло кое-что непредвиденное… Земля подо мной и Эдуардом провалилась. И мы вместе с рушащимися стенами ямы, камнями и воплями полетели куда-то вниз в темноту. А вслед нам понёсся перепуганный визг Вероники, оставшейся на поверхности.
Благо, лететь по ощущениям пришлось неглубоко. Уже спустя несколько секунд я упал грудью на что-то каменно-твёрдое и вскрикнул от боли, прострелившей ногу. А затем меня накрыло ковром земли и несколько камней пребольно ударили меня по спине.
В это же время рядом со мной с костяным грохотом рухнул Эдуард, который сразу же болезненно простонал:
– Ай, моё колено-о-о!
– Помолчи, – лихорадочно шикнул я на него, почувствовав на губах вкус чернозёма. Потом с кряхтением выскользнул из небольшой кучки земли и перевернулся на спину. – Твою мать, провал завалило. Кажись, мы в заднице!
Кругом царила кромешная тьма. Хотя нет, не кромешная. В паре метром надо мной, точно звёздочка, блестело крошечное пятнышко электрического света. Похоже, это фонарь упал на земляную пробку. И теперь крайне важно, чтобы эта пробка не рухнула на нас. А то ведь она с лёгкостью похоронит наш дуэт.
Я протёр ладонью грязную физиономию, осторожно принял вертикальное положение, встал прям под лучиком света и заорал во всю мощь своих лёгких:
– Вероника! Вероника! Не вздумай спускаться в провал! Не вздумай!
– Вик? – донёсся до меня еле слышный голос магички, который едва пробивался сквозь толщу земли. – Ты жив?
– Жив! И Эдуард, к сожалению, тоже жив! – проорал я и смахнул с лица, упавшие земляные крошки. – Отойди от края провала! И даже не думай прыгать в яму, дабы раскопать её! Мы сами придумаем, как выпутаться! Дай нам полчаса, а потом возвращайся к яме!
– Хорошо! – услышал я крик девушки, в котором смешались радость и тревога. Первая была вызвана тем, что мы с магом тьмы выжили, а вторая – тем, что мы под землёй и пока непонятно, как нам отсюда выбираться.
Первым делом, ясный пень, надо осмотреться. Фонаря у меня не было, а вот спички имелись. Я поспешно вытащил коробок и зажёг спичку. Её трепещущий свет вырвал из тьмы склизкие от влаги неровные земляные стены, такой же изрезанный трещинками земляной потолок и довольно большой плоский камень. Он точно крышка закрыл «горлышко» провала. И вся масса неосыпавшейся земли давила на него. Конечно, всё это выглядело крайне ненадёжно. Казалось, что потолок вот-вот рухнет.