Жрец богини Лу. Гексалогия (СИ)

Я молча подхватил девицу за локоть и затолкал внутрь.
– Где Нагаль? – не спросил, а глухо прорычал я.
– Остался кружку пива пропустить в городе, через полчаса будет…
Еще раз твою мать!
Старый маг где‑то загулял, а нужно, чтобы он срочно вернулся домой. Я метнулся во двор, кликнул бьющего палкой уже сухую траву соседского пацана и, бросив ему медную монетку, приказал срочно найти старикана и сказать, что у нас тут дом горит. Или что Риса заболела. Что угодно, чтобы он тащил сюда зад!
Таким злым пацан меня никогда не видел – а поручения мои он выполнял периодически – так что уже через миг я увидел, как малец несется по улице, чуть не теряя в липкой грязи свои деревянные башмачки.
Нагаль прилетел домой через десять минут – красный и нервный. Видно, что дед успел накатить не просто кружечку, а пол кувшина вина, и сейчас был откровенно не в кондиции. Особенно, после пробежки по улочкам Осфилда.
– Что?! Что стряслось?!
Магик посмотрел сначала на Рису, которая тихо надувшись сидела на лавке за столом, а потом на меня, подпирающего плечом противоположную стену. В таких позах мы и прождали старика все это время.
– Расскажи ему, Рисанриэль, а я послушаю, – ядовито предложил я слово магичке, за что меня чуть не прожгли взглядом.
– Мэтр Нагаль, один из солдат попытался меня облапать…
– И наша доблестная Рисанриэль отпинала его по яйцам, – вставил я. – А чтобы товарищ не пришел к нему на помощь, навела на него «огненную муху». Я правильно назвал заклинание? Это же была муха, верно?
От моих познаний в магии огня Нагаль опешил, а Риса вообще потеряла дар речи.
– Господин Антон, а что вообще солдаты Кватта тут делали…
– Приходили за взяткой, – просто ответил я, наливая себе полный стакан хорошего токонского вина из неприметного кувшина, что стоял на кухне.
Вино было отвратительно теплым, но намного лучше моего самогона. Об опьянении речи не шло: адреналин зашкаливал, сердце исправно прокачивало литры крови, и сейчас я мыслил слишком четко и здраво. А хотелось бы, чтобы это все было просто пьяным сном.
– За взяткой?..
– Ага, за взяткой, – повторил я вслед за стариком, – чтобы ваши магические задницы тихо сидели на моей шее и потом, погрузившись на корабль моих друзей, отбыли в Дуртон. И чтобы на ваше место прибыли другие магики, которым нужен кров. За их головы я бы тоже заплатил небольшую взятку, и все были бы довольны. Но вот она, – я тыкнул пальцем в Рису, – оказалась очень чувственной натурой с минимумом мозгов.
Девица вскочила с места, формируя на ладонях сразу два заклинания: огненное лезвие и еще одну «муху».
– Да ты, свинья, как смеешь?! – взвизгнула девица и с огромными от ужаса глазами, потому что чувствовала, нутром чуяла, что совершает огромную ошибку, отправила лезвие в полет.
Конструкт был не слишком широким и двигался медленно, так что я просто вскинул правую руку и впитал заклинание латной перчаткой бога Войны.
Маскировка из тонкой кожи, которая стоила три золотые монеты, вспыхнула, оголяя черную сталь и пылающую руну Пала на обратной стороне ладони. Пока девица не успела очухаться, я в два шага приблизился к ней и поймал пальцами мечущуюся над ее ладонью из стороны в сторону «огненную муху», погасив заклинание, что расплавляет кости, будто затушил свечу. Левой же рукой я отвесил истеричке оплеуху, повалив магичку на пол.
Мэтр все это видел в деталях, от чего у старика чуть не случился сердечный приступ.
– Кто‑нибудь еще хочет поколдовать, или тут все же есть думающие головой люди? – спросил я в пустоту, оглянувшись при этом на Нагаля.
Риса, сидя на полу, потирала отбитую щеку, по которой уже стал расплываться синяк.
Я давно понял, что с такими людьми бесполезно вести разговоры. Лу тоже была когда‑то такой, но тогда у нас было пять лет на то, чтобы она повзрослела и приняла мои методы и вообще, мою к ней любовь. Сейчас же у нас было примерно полчаса, так что пришлось использовать экспресс‑методы. Я отдавал себе отчет в том, что этим ударом, скорее всего, нажил себе смертельного врага, но сейчас Рисанриэль была столь незначительна в моих глазах – скорее помеха и источник проблем, чем человек, о котором стоило бы заботиться – что мне было откровенно плевать на ее реакции.
 
– Милочка, если ты попытаешься сколдовать что‑нибудь еще, я ударю тебя правой рукой, – сквозь зубы процедил я.
Подействовало. Риса наконец‑то посмотрела на мою правую руку и увидела, что это даже рукой‑то не было. Часть моего тела – артефакт с руной Первородного. После оплеухи перчаткой Пала выжить не получится.
– Так что будем делать, господа магики? Точнее, что делать с вами мне? Может лучше вытолкать за забор и отдать служителю Единого? У меня много домов, к тому моменту, как вас повесят на дыбу и вы что‑нибудь ему скажете, я буду уже далеко отсюда. И меня никто не найдет, а если найдет – ему же хуже.
Я поднял правую руку и показал уже тускнеющую руну.
От впитанной стихийной магии чуть тянуло плечо. Было бы намного проще, если бы я сразу нанес удар, пусть просто рукой, пусть посохом – часть поглощенного вышло бы наружу, сейчас же мне приходилось переваривать чужую силу, для которой у меня не было вместилища. Процесс, скажу я вам, далекий от приятного.
Нагаль молчал, все еще держась за грудь, Риса вообще боялась пошевелиться.
Я, тяжело вздохнув, поднял перевернутую лавку, которую опрокинул, когда потянулся к магичке, уселся за стол и жестом предложил сесть с противоположной стороны Рисе и ее наставнику.
– Господин Антон, мы…
– Мэтр Нагаль. У вас минут пять чтобы убедить меня в том, что мне стоит выйти с вами против двух десятков бойцов Кватта во главе которых будет жрец Единого. С которыми я, скажу честно, дела еще не имел. Не с такими фанатичными и способными подавлять магию, во всяком случае.
Я почувствовал, как в голове старика зароились мысли. Разные мысли.
Придется играть в открытую.
– Не пытайтесь мне врать, – я демонстративно потянулся к ним обоим ментальной магией.
Мои глаза, не так ярко, как у Лу, но тоже полыхнули фиолетовым огнем, отчего Нагаль стал еще бледнее, а Риса наоборот, будто бы возбудилась.
– Так что вы предложите мне, господа маги, за свои шкуры? – я начал терять терпение. Время поджимало.
Надо или готовиться к драке, или валить отсюда.
– Менталист! Менталист! – старик хватал ртом воздух, – Что вам надо? Я расскажу, что угодно, пожалуйста! Заступитесь! О! Я знаю! Я знаю!
Старик сорвался с места и побежал на второй этаж, за своим мешком с вещами. Уже через полминуты он вернулся и вывалил на стол черную коробку.
– Что это? – спросил я.
– Мэтр, вы что творите… – пропищала Риса, но быстро умолкла под тяжелым взглядом старика.
– Это фолиант! Древний! Очень! Со времен, когда маги разума свободно ходили по земле! О запретной магии!
Я был поражен. Что?! Учебник?! Целая книга о ментальной магии почти неделю лежала в мешке этого старика в моем доме? И я не знал? Но как?
Все просто. Я покопался в поверхностных мыслях Нагаля. Он не мог его прочитать, никто не мог. Поэтому старик даже не думал о книге, она болталась на задворках его сознания.
Я рванул к себе коробку, которая оказалась старым переплетом – да, книга была с тех времен, когда обложку делали еще из дерева – и аккуратно открыл фолиант.
Внутри было что‑то похожее на нумерацию на древнеклерийском или языке Токонской Империи, тут я был не силен, несколько иллюстраций и… Все?
– Он пустой, – я разочарованно посмотрел на старика, – тут ничего нет.
Нагаль мялся.
– В записях говорится, что прочесть его может только обученный маг разума. Так ваши предшественники сохраняли тайну знаний от магов стихий… Не выдавали секретов…
 
Я еще раз посмотрел на пустые страницы. Только обученный маг разума? Боги! За что мне это? Опять эксперименты. Я и так натерпелся, когда испытывал предел возможностей перчатки и посоха, а тут еще эта книга! А даже если я увижу, что там написано, может и прочесть не смогу! Она же древняя, как сам этот мир!