Жрец богини Лу. Гексалогия (СИ)

Благо, Антон поставил достаточно алтарей как в баронстве, так и по всей Клерии – при поддержке Кая – и сейчас Лу могла более‑менее свободно перемещаться не только по северному государству, но и между мирами, отправляясь в Пантеон.
Когда‑то она прорвалась сюда почти чудом – вроде бы, для божества семь лет не срок, но Лу казалось, что все это случилось давным‑давно. Слишком многое произошло с ней с тех пор.
Выжил. Это главное. Когда она поняла, что Антон в опасности, первой мыслью было прорываться к Палу или Калите, но по пути в Верхний Круг она встретила Орансу, которая мигом согласилась помочь. Наверное, так даже лучше, ведь зачем опять вмешивать Старших в ее дела?
Полог границы опять колыхнулся, и Лу показалось, что она увидела фигуру, от которой у нее начинали дрожать руки и ноги.
Впервые с посланником Единого она встретилась больше года назад – когда проходила через бездну между алтарями. Безликое изваяние с огромным мечом в руках будто учуяло ее, и тогда Лу еле‑еле удалось оторваться. От неведомого бесполого существа тянуло огромной, холодной, чужеродной силой и опасностью, и богиня чувствовала, что если оно настигнет ее, то просто вырвет из нее божественную суть, будто Фор – человеческую душу.
Потом стали пропадать духи и малые боги, которым молились на западе Таллерии, после чего Старшие наконец‑то рассказали, что происходит. В их мир пришел чужак. Древний, сильный и агрессивный чужак, который не ведет переговоров и истребляет все и всех, что связано с магией: алтари, жрецов, магов и даже самих богов. Пока только младших – но в этой группе риска была и сама Лу. Для той же Орансы даже несколько посланников Единого были не страшны: богиня моряков легко истребляла их, но если на нее навалится десяток‑другой, кто знает, что случится. А безликих становилось все больше и больше.
А еще под ударом оказался и Антон – как ее Истинный Жрец. Когда Лу поняла, что безликое изваяние может прийти за ним по ее следам и, подкараулив мужчину в бездне, убить, то окончательно решилась разорвать с ним все контакты. А с любым служителем Единого из плоти и крови он справиться сможет.
Кто эти посланники и как они появились – никто не знал. Так что сейчас младшие боги не только охраняли свой общий дом, но и, по сути, укрылись под защитой Матери, не рискуя выходить в мир лишний раз.
Но они нашли Пантеон и сейчас Лу вместе с Орансой были, фактически, в дозоре: наблюдали за бездной, чтобы не проморгать возможную атаку.
Это была вынужденная мера и даже Геора не знала, насколько силен стал чужак. Может, он уже способен разрушить полог, который она установила еще на заре времен для защиты обитателей Пантеона? Несколько раз безликие подходили к самому Пантеону, пытаясь прорваться внутрь купола, однако древняя магия Георы испепеляла их при малейшем контакте с защитой дома богов.
– Странные они, эти безликие… – протянула Оранса, лениво скользя взглядом по пространству за пологом Пантеона, – Выглядят, как люди. Но… неживые. Как будто пустые, словно куклы.
Лу согласно кивнула. Теперь она была осторожна и видела посланников Единого еще несколько раз – издалека. Но впечатление они создавали именно такое. Они были чужды не только для этого мира, но даже для самой бездны, как будто бы она отторгала их.
– На западе, говорят, совсем плохо стало, – сказала юная богиня, – я встречала пару духов, которые еле‑еле прорвались из Кватта сюда.
– Я как‑то рискнула сунуться к тамошним морякам… Знаешь, там как будто пресс на грудь давит. Мне легче в бездне месяц просидеть, чем там – день. Будто что‑то силы тянет.
– А зачем тебе вообще было в Кватт? Твои же почитатели – это Бланд, в основном, – спросила Лу.
– Они стали строить новые корабли. Большие, сильные, много парусов. Мне стало любопытно… но я так ничего и не поняла, – ответила покровительница моряков.
Сейчас они проходили по краю Пантеона – у самого полога. Навстречу им должны двигаться несколько духов полей и лесов, которые сопровождали высокомерного Кея. С покровителем гонцов так никто сдружиться за все эти столетия не смог, слишком едкий и высокомерный он был, считал себя чуть ли не достойным стать Восьмым. Духи же нервничали, что Матерь может посчитать их бесполезными и просто изгнать из безопасной твердыни, так что брались за любые задания, которые исходили из Верхнего Круга.
 
– Говорят, давно Сидира не видели, из мастерских даже не выходит.
– Это же хорошо, девочка. Значит, Пятый кует нам мечи и копья, делает другое оружие. Значит, Семеро готовятся если не уничтожить чужака, то обезопасить Пантеон.
Лу глянула на свой меч, на котором не так давно появилось клеймо бога‑мастера. Великая честь и большая сила, на самом деле, теперь такое оружие было у каждого из богов, во всяком случае, на время опасности. А если Сидир делает оружие для каждого… Лу не верила в щедрость Семерых. Скорее всего, они просто стоят на краю гибели.
– Стой! Смотри!
Оранса внезапно схватила Лу за плечо, чуть не оторвав маленькую богиню от земли. При этом богиня моряков и ветра указывала куда‑то за полог.
Лу всмотрелась и увидела семь бледных фигур. Посланники Единого! Но сюда они подобраться не могли – полог надежно закрывал их от безликих.
При этом фигуры не обратили никакого внимания на богинь; трое встали в тесный круг, вскинули руки ввысь и закачались, исполняя какой‑то ритуал, еще четверо стали вокруг них кругом – опершись на мечи.
Когда Лу уже подумала, что это мираж, с ладоней безликих сорвался луч белого света, который ударил в купол Пантеона. Магическая преграда задрожала и пошла какими‑то волнами. Ранее плотная, похожая на масляную пленку оболочка обиталища богов стала бледнеть в точке соприкосновения с силой безликих.
– Что они делают?!
– Не знаю, девочка… Ты чувствуешь?
Место касания луча находилось совсем рядом, так что Лу ощущала, что вроде бы похолодало. Как будто она сейчас вернулась в прошлое, когда была заперта в теле человека и путешествовала с Антоном, а пустота междумирья тянула из нее силы.
– Они?..
– Вытягивают силу из преграды Георы, – прошипела Оранса, заканчивая мысль Лу. – Девочка, беги в Пантеон! Предупреди Старших!
Это было правильное решение. Лу не была уверена, что справится даже с одним из безликих, в отличие от мощной Орансы. В руках богини моряков же уже материализовалось ее оружие: огромная кривая сабля, с которой моряки шли на абордаж, и под стать ей по размерам рыбацкий гарпун, с которым ходили на охоту северные китобои Бланда.
Оранса подняла руку с гарпуном и, ничуть не сомневаясь, метнула свое импровизированное копье в сторону семерки. Бросок оказался успешным: зазубренный наконечник пробил грудь ближайшей фигуры, вошел в спину стоящего за ним, опять прошел насквозь и, в итоге, застрял в плече стоящего третьим безликого. Посланники Единого дернулись, пытаясь понять, откуда произошла атака, на что богиня попутного ветра только довольно оскалилась и вышла за пределы пантеона, перехватывая поудобнее верную саблю. Хоть какое‑то развлечение, а то эти патрули и беседы хоть и с приятной, но еще совсем малышкой Лу, стали ей надоедать. Ведь моряки не только торговцы и гребцы – но еще воины или пираты, всегда готовые напоить свои сабли чужой кровью.
У оставшихся подвижными безликих не было ни единого шанса.
Лу этого уже не видела. Она, пользуясь божественными силами, длинными, в целые лиги, мгновенными прыжками сквозь пространство, спешила к видневшейся вдали неприступной и прекрасной цитадели Пантеона, которая горой возвышалась в самом центре созданной Георой сферы.
 
  
Глава 1. Воля к жизни
 
Сначала пришлось вспоминать – как дышать. Оказывается, для этого жизненно важного процесса на пути от глотки до легких не должно быть ничего лишнего, например воды. Так что исторганием оной я сразу и занялся, перекатившись с бока на живот и пытаясь встать при этом на колени.