Английский для миллионера (СИ)

Или Аракчеева заводит, что она ему возражает и пытается учить уму-разуму? Тоже экзотика для него, наверное! Может, у него спортивный интерес – подмять ее, приручить? Да нет, непохоже. Он не такой.
Да откуда ей знать, какой он!
Если он не испытывает к ней того же, что и она, лучше ничего и не начинать. Лучше не терзать себя, не выдумывать того, чего не может быть.
Ведь и правда, какие могут быть у них отношения? Никаких! И даже если они будут… просто спать вместе… (Марианна вспыхнула от этой мысли), что будет с Дашей, если она об этом узнает? Она сочтет это предательством. И кого она посчитает предателем – учительницу-подругу или отца?
Нет выхода и нет решения. А значит, все. Она доработает оставшееся время и распрощается с Аракчеевым навсегда. А пока будет вести себя как настоящий педагог. Если ему потребуется ее профессиональный совет – она даст совет. Если он захочет поговорить с ней о дочери – она поговорит.
Ах да, надо еще найти отдельное жилье. Это будет разумно и правильно, иначе она совсем истерзается. Это будет по-взрослому.
Марианна так расстроилась от своих правильных и взрослых рассуждений, что пропустила момент, когда Петр закончил читать и захлопнул книгу.
– Ну? Понравилось? – спросил он Дашу.
– Прикольно, – кивнула она. – Только непонятно местами. А еще страшные рассказы есть? Попроще?
– Стивена Кинга тебе еще рано.
– Есть детские ужастики писателя Роберта Стайна, – несчастным голосом сказала Марианна. – Можно почитать их на английском. Он тоже писал про вампиров и привидений. Все, что любят подростки.
– Я не понимаю, почему детям нравятся ужасы. Мне кажется, это вредно для психики.
– Нифига. Психологи считают это полезным, – важно заметила Даша. – Я смотрела ролик на ютубе. Там одни блогер-психолог говорил, что...
– Даша, нельзя верить всему, что говорят блогеры на ютубе, – мигом рассердился Аракчеев. – Там полно идиотов, которые…
– Психологи и правда считают, что дети так учатся преодолевать свои страхи, – вмешалась Марианна. – Мы же не собираемся смотреть «Пилу»! Моя тетя Зоя рассказывала, что в детстве они пугали друг друга страшилками – про красную руку, про зеленые глаза на занавеске, про гроб на колесиках. А вы в детстве рассказывали такие истории, Петр Аркадьевич? Когда… с пацанами костры жгли? Или в интернате?
– Рассказывали, – неохотно признался Аракчеев. – Было дело. Девчонки их любили… в лагере, и в интернате. А мы, пацаны, их пугали. Я одну девчонку постоянно доставал… Ленку. Мы прятались под окнами, и...
Он неожиданно озорно улыбнулся воспоминаниям, но тут же спрятал улыбку, как будто устыдившись. А Марианна ощутила нелепейший укол ревности к той Ленке, которую доставал подросток Петя. Он наверняка был в нее влюблен.
– А расскажите-ка нам какую-нибудь историю, Петр Аркадьевич, – предложила Марианна. –  Про красную руку. Или про белую даму!
– Ну что вы придумали! – сказал он с досадой. – Я не помню ничего.
– Эх, жалко, – огорчилась Даша.
– Ну ничего, я помню, тетя Зоя много страшилок знает.  Про белую даму, например. Даша, иди сюда, садись ближе! История страшная! Нет, Петр Аркадьевич, не надо подбрасывать полено в камин! Пусть погаснет и станет совсем темно.
– Рассказывайте скорее! – потребовала Даша.
Петр послушно вернулся к дивану и сел рядом с Марианной. Очень близко. А потом положил ей руку на спину – приобнял – наклонился к ее уху и прошептал:
– Марианна, меня вновь смущают ваши педагогические методы. Вы уверены, что ребенку нужны разные ужасы?
– Видите, Даша не боится, – прошептала она в ответ. – И вы не бойтесь – я же рядом! Я вас в обиду привидениям не дам.
В ответ Петр засмеялся и прижал ее к себе покрепче. Марианна наслаждалась прикосновением его твердого плеча и теплом его ладони на ее пояснице, и поэтому не сразу вспомнила суть истории  про страшную белую даму, непослушную девочку и черные перчатки…
Петр убрал руку и немного отодвинулся, Марианна облизала пересохшие губы и начала рассказ.
Когда она закончила, Даша снисходительно заметила:
 
– Ну кто такую ерунду придумывает! Детский сад, нифига не страшно. А еще такие истории знаете?
– Знаю, – улыбнулась Марианна.
– А ведь у нас в доме тоже водится привидение, – вдруг вспомнила Даша с легкой опаской. – То, музейное. Папа, ты его видел хоть раз? Олька говорит, что видела. И тетя Катя в него верит.
– Не Олька, а Ольга, – поправил ее папа. – Нет, не видел, конечно. Людвиг Александрович, бывший директор музея, в него не верил. Но если тебе интересно, спроси тетю Валю. Она тоже работала в музее.
И именно в этот момент порывом ветра захлопнуло форточку, дождь сильнее заколотил в окно, дверь распахнулась и в гостиную быстрым шагом вошла сама Валентина.
– Петр Аркадьевич… Петруша, – сказала она очень взволнованным голосом. – У меня новости.
– Что такое? – удивился Аракчеев.
– Привидение нарисовалось? – весело предположила Даша.
– Артур приехал. Он уже два дня в городе, а ничего не сказал. Сейчас позвонил, через пять минут будет тут!
– Артур приехал! – Даша сорвалась с места. – Ура-ура-ура!
– Картина Репина «Не ждали», – усмехнулся Петр. Марианне показалось, что он был недоволен. – Раньше не мог позвонить? Артур – это мой двоюродный брат, сын Валентины – напомнил он в сторону Марианны и нахмурился.
В доме все закрутилось колесом. Повариха уже ушла, поэтому Валентина бросилась на кухню собирать ужин. Артур будет с дороги и наверняка голоден. К счастью, горничная Олечка еще не ушла. Она любила торчать в доме допоздна, пока не вернется хозяин. Тогда она встречала его в прихожей и сладким голосом расспрашивала, как прошел день. Теперь, когда Марианна поселилась с ним под одной крышей, Олечка являлась на службу ни свет ни заря и уходила уже затемно.
Когда Олечке сказали о приезде Артура и попросили приготовить комнату, она просветлела лицом и кинулась исполнять распоряжение.
Кажется, в этом доме Артура любили все. Он был редким и долгожданным гостем. Но Петр продолжал хмуриться. Хмурясь, он пошел открывать ворота.
Марианна осталась в гостиной в легком смущении.
Наверное, теперь все изменится. Артур – новая величина. Неизвестно, как эта величина впишется в уже привычный уклад в доме. Ей не хотелось, чтобы что-то менялось. Она уже забыла, что сама собиралась сбежать...
Хлопнула дверь, Валентина заговорила взволнованно, кто-то ахнул, засмеялся. Марианна решила одним глазком посмотреть на гостя и вышла в прихожую.
Там было полно народу. Даша оглянулась на нее с сияющими глазами и тут же отвернулась. Марианна заметила, что она надела чистую футболку и подкрасила губы. И Олечка тоже нацепила нарядный фартук и подкрасила губы и глаза, да еще сережки надела. Только Петр Аркадьевич никак себя не украсил. Но он и так был хорош. У Марианны каждый раз вздрагивало и холодело в груди, когда она видела его профиль.
– Ну, привет, – говорил он молодому белокурому мужчине, которого Валентина поглаживала по плечу. – Что ж ты не предупредил? Я и не знал, что ты не в Москве.
– Так вышло! – засмеялся Артур. – А что, не рад мне?
– Мы все очень-очень рады! – пылко сказала Даша и засмеялась.
Марианна изучила гостя критическим глазом.
Артур очень похож на Петра. Тоже среднего роста, худощавый, русоволосый. Но в нем нет холодности его двоюродного брата. И, пожалуй, нет его внутреннего стержня.
И привычки у него другие, и манеры. Одежда на нем дорогая, яркая, как у Незнайки из Цветочного Города: узкие зеленые брюки с подворотами, желтая рубашка, синий галстук, голубой клетчатый блейзер. Прическа тоже загляденье: затылок выбрит, виски выбриты, косой пробор, а на лбу залихватская рваная челочка.
 
Узкое лицо украшает эспаньолка, на носу сидят очки в массивной оправе, похожие на те, в которых Марианна впервые заявилась в дом Аракчеевых. Но на Марианне очки смотрелись нелепо, а на Артуре – до невозможности стильно. Глаза за очками быстрые, умные и ироничные.