Навий мир (СИ)

– Прекратить! – пявкнул граф Зотов, спрятавшись за воительниц, последовав примеру сыщика Персеева, до которого ещё раньше дошло, чем пахнет эта разборка.
Я же подмигнул графу, увидев его растерянное лицо, и мысленно приказал сложить магическое оружие, так как силы неравны и большого смысла воевать нет. «Кац предлагает сдаться», – мысленно захихикал я.
– Стойте! – смешным высоким голосом пропищал первый министр государства. – Кац предлагает сдаться! То есть мы сдаёмся! Не надо жертв!
  
– Давно бы так, – загоготал Елислав Радостный и, галантно поклонившись королевским бестиям, произнёс, – прошу вас дамы проследовать в воздухоплав.
– Учтите, что вы потом будете отвечать перед законом, – прошипел сыщик, пристроившись в хвост к воительницам, которые покидали поле боя с высоко поднятой головой.
Тая, Дарья и Гриша тут же бросились меня обнимать. Остальные студенты громко загудели, хвастаясь тем, как они ловко перехитрили, и смело обстреляли королевскую гвардию. И я, чувствуя, что в такую минуту надо произнести что-то духоподъёмное, закричал:
– Спасибо, братцы! С меня пиво и десяток новых песен! Теперь пусть в столице знают, что академия своих не сдаёт!
Тем временем сыщик и первый министр погрузились в дирижабль и после небольшой заминки вместе с воительницами из королевской гвардии поднялись в воздух. А следователь полиции Чарополя приобнял меня могучей рукой за плечи и тихо спросил:
– Теперь рассказывай, что ты на самом деле натворил?
– Да так ничего такого, – хохотнул я. – Спас ваше королевство от вырождения, развала и смерти. Я всё потом подробно в объяснительной распишу. А ещё лучше поговори с ректором Заратуштрой, вон он идёт, когда всё уже закончилось.
***
Спустя шесть дней после сенсационной победы моих «Чародеев» над чемпионами королевства столичными «Витязями», матч решено было не переигрывать, и воцарением на престоле новой венценосной особы, принцессы Софьи, которая ради этого улетела в столицу задолго до начала игры, ничего кардинального в жизни академии не поменялось. Ибо правители приходят и уходят, а воспитание юных волшебников и чародеев пока ещё никто не отменял. Наша боевая пятёрка, как и было оговорено ранее, вышла на патрулирование восточных рубежей за левый берег реки Ра. Я, Дарья, Таисия, Гриша Баярдович и Кантемир, который после пропажи кольца некромантов буквально воспрял телом и духом, уже третий день дежурили в маленьком посёлке с красивым названием Верхние Лужки.
Этот населённый пункт располагался в семи верстах от горной системы Манарага, вершины которой покрытые лесом возвышались на востоке, и представлял собой двадцать дворов, окружённых деревянным частоколом. И если простые горожане Чарополя одевались по моде 60-х годов, то в этих Лужках я словно окунулся в прошлый век. Парни ходили в длинных рубахах, подпоясавшись кушаками, а красные девицы носили самые настоящие кокошники.
Кстати, встретили нас, прямо скажем не очень. Местный кузнец Яков, как только увидел перед собой двух смазливых и молоденьких девчонок и трёх, по его мнение, желторотых парубков, заголосил на всю округ, что там, в Чарополе, над ними издеваются. Дескать, по лесам шастает клыкастая и зубастая нечисть, а вместо ренальной помощи сюда посылают каких-то молокососов. В общем, пока я его силой мысли не заставил окунуться в большую бочку с дождевой водой, он не успокоился. А когда Кантемир Сирин перевоплотился в большого чёрного грифона и сделал небольшой облёт вокруг этих Верхних Лужков, то до селян дошло, что с нами шутки плохи.
Разместились мы в пустующей избе возле восточных ворот. Распределили дежурство и принялись ждать, предполагаемой вылазки упырей и волколаков. Кроме того Дарья и Таисия, привезя с собой разные травы и настойки, организовали что-то наподобие лекарни. И страждущие потянулись к нам не только из этого посёлка, но и с других близлежащих усадеб и деревень. И я опять ощутил, что люди не только уважают, но боятся и недолюбливают нас, волшебников.
– Что думаете делать дальше, сынки? – спросил меня старейшина посёлка Трофим Осипович, 60-летний седовласый мужчина, когда я, сидя за деревянным частоколом, обозревал окрестности в телескопическую подзорную трубу. – Вы как появились, так они словно в воду канули. Ушли может куда? Перетрухали?
– Никуда они не ушли, и не уйдут, – улыбнулся я, сложив трубу. – Отсиживаются в пещерах и ждут подкрепления. И нам это на руку. Потому что за каждой отдельной тварью бегать замучаешься. А тут мы их всех скопом похороним.
– Ну да, ну да, – недоверчиво закряхтел старейшина. – А коли они вас самих толпой затопчут? Что тогда?
– Тогда можете считать нас коммунистами, – усмехнулся я.
– Кому кем? – опешил он.
– Всем. Кто были никем, тот станет всем, – хохотнул я. – Всё нормально, Трофим Осипович, всё продумано, – я снова разложил трубу и стал всматриваться в лежащий на горизонте лес. – То, что мы всё здесь завалим трупами упырей - это даже не вопрос. Нам бы парочку взять живьём. Вот она задача со звёздочкой.
– Свят-свят-свят, – пробормотал старейшина и, перекрестившись двумя перстами, поспешил за частокол.
Зато вместо него из восточных ворот вышла Тая:
– Кася письмо прислала, – объявила она, показав волшебный бумажный самолётик, который прилетел из академии от Кассандры.
– Что пишет? – буркнул я, приглядевшись к какому-то подозрительному движению над верхушками сосен.
– Доброгода пошла на поправку, и её скоро выпишут. Принцесса Софья передаёт нам привет и обещается через 10 дней прибыть в Чарополь. Извиняется, что пришлось тебя использовать вслепую. А ещё «Винтика» и «Шпунтика» уже выпустили из лекарни, – захихикала моя подруга. – Они на радостях прикрутили колёса к стулу и устроили ещё одни испытания.
– Надеюсь, никто не пострадал?
– «Винтик» ногу сломал, – захохотала Таисия. – Теперь его снова отправили в палаты для больных, ха-ха-ха!
– Смешно, – пробурчал я. – А вот это совсем не смешно, бесокрылы летят, – показал я рукой в сторону леса и горных вершин Манараги. – Скоро здесь будет жарко, – шепнул я и, отдав подзорную трубу Тае, рванул в посёлок. – Граждане селяне, большая просьба всем разойтись по домам и плотно закрыть ставни и двери! – закричал я, вбежав внутрь частокола, обращаясь к людям, которые столпились около нашей избы. – Быстро расходитесь по домам! Кошек, собак и прочих животных рекомендуется на несколько часов спрятать у себя в хатах!
– Демоны идут! – завизжала какая-то бабулька. – Это нам кара за грехи наши! Молитесь, братья и сёстры! Демоныыы!
– Демоны! Демоны! Мы все умрём! – послышалось с разных сторон и сельские жители с криком и плачем бросились к своим хатам и избам.
– Гриша, – обратился я к нашему здоровяку, не обращая внимания на переполох, – знаешь, где расположился отряд сестёр Багировых?
– В десяти верстах, однако, – пробасил он.
– Давай ноги в руки и за ними, – скомандовал я. – Одна нога здесь, другая - там и снова здесь.
– Как за ними?
– На крыльях любви, вот как! – рявкнул я. – Кто из нас крылатый единорог, ты или я? Перекроешь с девчонками у леса путь к отступлению. Парочку бесокрылов или упырей нужно взять живьём.
– А вы? – буркнул Гриша Баярдович, почесав мощный затылок.
– А мы устроим День гнева, – подмигнул я другу. – Повеселимся сегодня на славу, чтобы было о чём наврать в мемуарах. Только чует мой сердце, братцы, – сказал я своим друзьям: Тае, Дарье, Кантемиру и Грише, которые в данный момент смотрели на меня, – что это только начало. Большая игра затевается, очень большая.